Джойстик снова кивнула.
— Отлично. Мы будем посылать всех, кого сможем найти, к вам. Отправляйте корабли по мере заполнения. Всем ясно? Вопросы есть? — Вопросов не оказалось, и сержант снова обратился к Джойстик: — Возьмите как можно больше боеприпасов. И идите осторожно.
Джойстик уже направилась к лежащей на полу куче патронташей, но Грин остановил ее:
— Еще одно.
Он повернулся к группе гражданских:
— Кому-нибудь приходилось иметь дело с жуками?
Руки подняли только Джойстик и Крей.
— Тогда дам вам несколько советов. Стреляйте в голову или по коленным суставам. Стоит попасть в туловище, и все в радиусе десяти-пятнадцати метров зальет кислотной кровью. Как правило, они нападают сверху и двигаются со скоростью молнии. Не пытайтесь держать оборону: отбивайтесь и сразу отступайте, ясно? — Он поглядел вокруг. — И не забывайте принюхиваться. В этих туннелях вы учуете этих вонючек скорее, чем увидите. — Сержант немного замялся и взглянул на Джойстик: — Последнее. Лучше погибнуть, чем попасть живым в плен к жукам. Можете мне поверить.
Джойстик и без него это знала и хотела бы забыть все эти человеческие тела, подвешенные к потолку, внутри которых росли чужие. Они были еще живы, но обречены. Лучшее, что можно было сделать для них, это прекратить их страдания как можно быстрее.
В коридоре наступило неловкое молчание. Наконец Джойстик нарушила тишину:
— Встретимся в ангаре.
При этом она надеялась, что ее голос не прозвучал слишком неуверенно.
Грин кивнул:
— Встретимся. Не сомневаюсь, что вы будете там. А теперь марш. Мне и моим ребятам некогда.
Через тридцать секунд Джойстик, перепоясанная тремя патронташами, с автоматом на изготовку, шла впереди группы из девятнадцати человек направо по коридору, прочь от арсенала.
Ей не нравилось только одно.
Ангар находился с другой стороны лабораторного комплекса, у самого муравейника.
Слишком близко.
Когда Джойстик со своим отрядом скрылась в коридоре, Грин повернулся к десантникам. Его взгляд упал на Робинсена. Жаль, что Линча нет с ними. Но Робинсен тоже не подведет. А если подведет, то пожалеть об этом будет уже некому.
— Диллон. Мак-Филлипс. Янг. Рул. Босу. Идете со мной. — Называя имена, он смотрел каждому из десантников в глаза. У всех пятерых были «крамеры», четыре-пять патронташей вокруг пояса, и они были увешаны ножами, пистолетами, гранатами и Бог весть чем еще, словно рождественские елки.
Сержант улыбнулся. Так или иначе, а без заварухи сегодня не обойдется.
Он обратился к своему заместителю.
— Остальные пойдут с Робинсеном. Слушайте внимательно, чтобы ему не пришлось повторять.
Все сделали шаг вперед, и Грин обратился к Робинсену:
— Ваша задача — прочесать жилые помещения, найти как можно больше гражданских и послать их в ангар.
— Будет сделано, сержант, — ответил Робинсен.
— Решайте сами, как лучше доставить людей к кораблям. Возможно, вам придется выделить охрану, но не по одному. Идите парами. Ясно?
Робинсен и остальные десантники снова кивнули.
Грин глубоко вздохнул:
— У нас осталось около часа, максимум два, если капитан Палмер и ее люди продержатся достаточно долго. Все должно быть закончено через час. Как только увидите жуков — стреляйте, то же относится к людям, которых они захватят.
Робинсен кивнул:
— Пошли, ребята. Хансен, вперед.
Грин наблюдал за Робинсеном и его людьми, пока последний из них не скрылся в вентиляционной шахте.
Робинсен замыкал строй. Прежде чем нырнуть в люк, он обернулся и кивнул Грину:
— Увидимся через час. На пути домой.
Грин улыбнулся:
— Идет.
Робинсен подмигнул:
— Доброй охоты.-, С этими словами он скрылся в шахте.
Грин тяжело вздохнул и повернулся к пятерым тяжеловооруженным десантникам:
— Думаю, вы уже сами догадались, что нам предстоит.
Все пятеро кивнули, и Грин хмыкнул, переключая свой «крамер» на автоматическую стрельбу.
— В таком случае не будем терять времени. Диллон, идешь первым. Первая остановка — в кабинете Клейста.
Десантники заулыбались и во главе с Диллоном направились к люку. Все пятеро выглядели радостно возбужденными, словно выиграли в лотерею поездку на курорт.
Грин встал в строй за Диллоном. Он тоже был возбужден. Профессор и его жуки кормили их дерьмом уже три года. Настало время расплатиться по счету.
Теперь их очередь.
Теперь коридоры базы Харон выглядели иначе. Еще несколько дней назад Джойстик шла здесь рядом с Хэнком, направляясь в его комнату, чувствуя себя в полной безопасности. Навстречу торопились по своим делами люди, приветливо кивая им головами, и все казалось стабильным и упорядоченным.
Теперь, всего через два дня, она снова шла рядом с Хэнком по тому же самому коридору, но на этот раз у нее под началом находились восемнадцать вооруженных до зубов людей. И они шли гуськом, пригибаясь, держась поближе к стенам, внимательно заглядывая в каждый вентиляционный люк, шарахаясь от каждой тени.
Коридор уже не был безопасным местом, и из него хотелось выбраться как можно скорее.
Через пять минут после того, как они расстались с десантниками, вдалеке послышались выстрелы. Коридоры были пусты, и Джойстик удивлялась, как быстро все попрятались.
Перед ними был перекресток, от которого направо вел широкий устланный ковром коридор и другой, более узкий, — налево. Будь все как обычно, если бы она просто не спеша шла в ангар проверить корабль, нужно было повернуть направо, пройти метров двести, а потом, миновав длинный лабораторный комплекс, снова повернуть направо.
Но теперь все было по-другому. Джойстик подняла руку вверх — знак всем остановиться, и, оглянувшись, с удовлетворением отметила, что двое замыкающих заняли оборонительную позицию, прикрывая колонну с тыла. Хоть и не десантники, но сумеют за себя постоять.
Она шепотом спросила Хэнка и Кента:
— Как лучше идти дальше?
— Через лабораторию, — прошептал в ответ Кент. — Гораздо ближе и меньше открытых мест.
— Думаешь, мы там пройдем? — с сомнением спросил Хэнк.
Кент фыркнул;
— Из лаборатории есть выход в ангар, просто профессор всегда держал его закрытым, якобы в целях безопасности, и открывал только для специальных грузов или когда ему самому было нужно. Всем остальным приходилось ходить вокруг.
— Тогда пройдем через лабораторию, — решила Джойстик. — Кент, показывай дорогу.
Кент похлопал по своему автомату и улыбнулся:
— Нет ничего проще.
Он вышел вперед и, поглядев направо и налево, завернул за угол и вышел в главный коридор.
Хэнк и Джойстик пошли за ним. За ними, почти след в след, двинулись остальные.
Гуськом, пригибаясь, словно над ними нависали ветки деревьев, и держась левой стороны, они без приключений преодолели отрезок коридора, отделявший их от лаборатории.
Когда они прошли примерно сотню шагов, Кент толкнул дверь с надписью «Посторонним вход воспрещен» и, заглянув в дверной проем, сделал знак следовать за ним.
Они оказались в большой комнате, напоминающей шлюз, вдоль стен которой тянулись вешалки для одежды, а справа стояла длинная скамья. В левой стене было окно, за которым обычно сидел охранник, но теперь там осталось только опрокинутое кресло.
На крюках висело несколько белых халатов, еще несколько, скомканные, видимо отброшенные в спешке, лежали на скамейке и на полу. Джойстик терялась в догадках, что это могло означать, но промолчала. Если Кент считает этот путь самым кратким, пусть ведет.
Выбора все равно нет.
Кент проверил угловую дверь и мгновенно скрылся за ней. Они прошли сквозь несколько облицованных ослепительно-белым кафелем помещений и оказались в главном зале лаборатории. От того, что открылось у нее перед глазами, у Джойстик перехватило горло и часто забилось сердце.
Перед ней была та самая лаборатория, которую она видела на видеозаписи, та самая, где в жидкости плавало тело Джерри, разорванное вылупившимся жуком.
За двумя длинными стеклянными панелями в густой прозрачной жидкости, опутанные трубками и проводами, плавали двадцать человеческих тел. В отличие от видеозаписи, где вокруг приборов и компьютеров суетились техники, лаборатория была пуста. Мигали индикаторы приборов, и единственными обитателями лаборатории остались обнаженные человеческие тела за стеклом.
— Боже мой, — прошептал Хэнк, останавливаясь перед одним из тел. — Да ведь это Стивен!
Остальные молча стояли между двумя прозрачными стенами, и вид у них был такой, словно они заглянули в ад.
Джойстик подошла к Хэнку и осторожно дотронулась до его плеча.
— Друг? — спросила она.
Хэнк кивнул:
— Тоже диспетчер. Отбыл на Землю месяц назад. У него была деформирована правая рука, так что ему иногда приходилось трудно.
