Анастасия Исенбаева - Легенды Зоны

 Мы осмотрелись в поисках убежища. Оно виднелось примерно в километре от нас: старое трехэтажное строение. Ничего, пересидим и дальше двинем.

 Вот отряд со всех ног несется к укрытию. Через несколько секунд такого кросса, я спотыкаюсь об корягу и падаю на землю.При попытке двинуть ногой по телу бежит адская боль. Пытаюсь встать, но не выходит - судя по всему перелом. Ацтек оборачивается и видит меня, лежащего на земле и орет остальным, яростно жестикулируя:

 " Ребята, стоять! У нас раненный!"

 "Брось его, - сказал Игнат, - черт знает, что это с погодой. Если дорога шкура - беги."

 "Но..."- попробовал возразить Ацтек.

 "Никаких «но»! - Громогласно заявил Игнат, - иначе я тебя пристрелю."

 Этого человека я когда-то считал своим другом.

 Ацтек несколько секунд колебался, посмотрел на меня и шепнул: «Прости, брат». Затем направился к укрытию. Они все-таки успели.

 А вот меня накрыло второй волной.

 Я потерял сознание. Очнулся, судя по тому, что был уже вечер, через несколько часов. Голова раскалывалась подобно ореху, все тело ныло, и я не мог пошевелиться. Со мной явно было что-то не так. Но вот что?

 Я собрался с силами и попробовал встать. Это, к моему великому удивлению, мне удалось. Я осмотрел свой комбез - он был в порядке. Только вот противогаз слетел. Почему-то мне очень захотелось умыться. О, вот и лужа, всего в нескольких метрах от меня. И, плевать, что она радиоактивная - не до этого сейчас.

 Подойдя к луже, я увидел в ней не свое отражение. Я был поражен и хотел бежать, неважно куда. Но остался и с интересом, которой даже меня напугал, еще раз осмотрел свое новое лицо.

 Так, артерии отчетливо проступили под кожей, да голова немного увеличилась в размерах. Что-то еще. Конечно же - глаза! Они стали как будто злее.

 Я еще раз сфокусировался на своих ощущениях: мне показалось, что у меня в мозгу какая-то пульсация. Мне удалось узнать, что это такое совершенно случайно: в нескольких метрах от меня выскочил огромный черный чернобыльский кабан. Секач посмотрел на меня своим маленькими, подернутыми красной пеленой глазками и решил напасть.

 Я словно прочел его мысли. затем просто представил, как он, напуганный, бежит отсюда со всех ног.

 Кабан принял это, как указание. Он развернулся и полетел, жалобно визжа, напролом через заросли, в сторону ЧАЭС.

 Где-то в стороне сработала аномалия «Воронка». Этот мутант стал моей первой жертвой. После я нашел и убил всех людей из моей группы. Отомстил весьма интересным способом: просто передал, все, что испытал на себе. Они не выдержали: стали пустыми оболочками, лишенными разума - зомби. Я пощадил только Ацтека - не стал его искать за то, что он хотел помочь.

 Тем более у меня возникли более важные дела - нечто темное проснулось внутри меня. Оно хотело управлять мной, заставляло искать жертву и убивать все новых живых существ. Я сопротивляюсь из последних сил, но понимаю, какой будет конец. Скажу спасибо тем, кто все-таки меня пристрелит. Очень надеюсь, что это произойдет.

 Да, сталкер, нашедший мои записи и узнавший все, ты можешь осудить меня за убийство отряда, но подумай, имеешь ли ты такое право?

 Конец записи и возможно конец старого сталкера. Бесславный конец замечу!»

 На глаза Ацтека навернулись слезы, и он вспомнил, кто был этот контролер. Вспомнил ту ходку, ставшую последней для его школьного друга. Ходку, из-за которой он столько потом мучался и ушел из группы Игната.

 Скоро сквозь слезы пробился истерический смех. Он хохотал так минут пять. Вот ведь ирония судьбы - встретил, называется, старого друга.

 Ацтек еще раз посмотрел на тело и вырыл своей саперной лопаткой для него могилу, чуть левее от входа в катакомбы. Похоронив товарища, он встал рядом с его последним пристанищем и сказал то же, что и пять лет назад: «Прости, брат».

 Постояв еще немного, Ацтек спрятал блокнот в карман и направился в ближайший бар, чтобы помянуть старого товарища и рассказать историю, которая потом станет одной из легенд Зоны.