class="p1">– Как думаешь, Арканум доверил бы мне, именно мне, оружие, способное уничтожить целую долину? Я наврал, таков мой метод, так я побеждаю.
– Но зачем? – пробормотал он.
Эва закатила единственный глаз:
– Эдрин заставит скаррабусов атаковать нас вечером именно здесь, в том месте, которое выбрали мы. Их наземные силы слишком далеко, а значит, нападут только летающие демоны и предатели из горцев. Без своих котерий мы выглядим уязвимыми, и если они нас убьют, то откроют себе путь на юг. После молниеносного и полного разгрома дуна Байлиола и сетарийских магов ни одна крепость не осмелится дать им отпор.
– Ты сказала, что летающая кавалерия – самая серьезная угроза, – напомнил я.
– Так твой план – остаться здесь, на открытой местности? – спросил Винсент. – Под охраной язычников и зараженного скаррабусом мага? Ты свихнулся? Это худший план из возможных!
Я почесал щетину на подбородке:
– Кто сказал, что охранять нас будут только они?
Это был далеко не самый худший мой план, но я не собирался это уточнять. Ведь только полный придурок мог прыгнуть прямо в пасть Магаш-Моры, чтобы вырезать ей сердце, а в итоге все вышло как нельзя лучше.
– Но ты сказал… сказал…
Я ухмыльнулся:
– Я постоянно вру. Забыл?
Секка откашлялась и неуверенно улыбнулась:
– Подозреваю, мы даже не будем находиться там, где нас ожидают найти.
Гренвилл хмыкнул:
– Похоже, тебе придется испытать свою магию раньше, чем ты думала.
Эва изучила окрестности:
– Вершина покрыта глубоким снегом. Мы устроим показуху, расчистив круг, и навалим высокие сугробы. За ними будет удобно укрыться стражам.
– Устроим засаду для тех, кто собирается устроить засаду для нас. Это… Это же… – выдохнул Винсент.
– Гениально? – самодовольно отозвался я. – Ну давай, скажи это.
– Все равно глупо, – заявил он, накрыв узкое лицо рукой. – Откуда тебе знать, что они на это купятся?
Мое лицо вытянулось.
– У них есть глаза в небе и шпионы в нашей армии, а скаррабусы считают нас не умнее скота. Все козыри в их руках, к тому же они высокомерные говнюки. Все получится.
Пиромант застонал:
– А вдруг они пошлют сюда всех своих летающих демонов? Сотни демонов разорвут нас на куски. Мне не хватит магии, чтобы сжечь всех.
– Ага, мне это тоже приходило в голову, – ответил я. – Ты опытный пиромант, Винсент, пойдем в лагерь, я все объясню по дороге. У меня есть один необычный друг по имени Нарин, она будет очень рада с тобой познакомиться.
Скоро мы повеселимся. А может, я совершил самую крупную ошибку в своей жизни.
Глава 17
Винсент и Нарин сидели в шатре, заполненном специальными алхимическими принадлежностями, которые я для нее притащил, и обсуждали, как их можно использовать, чтобы сделать сегодняшний праздник еще веселее. Не обращая внимания на их странное, почти звериное хрюканье, я поручил остальным воинам котерии расчистить снег на вершине холма. Я не доверял никому другому, и сегодняшнее задание лучше всего подходило убийцам и подлым ворам, привыкшим работать быстро, бесшумно и не задумываясь о морали, а не стражам, не желающим убивать безоружных. Они начали складывать снег в сугробы по всей окружности, достаточно высокие, чтобы спрятаться, когда придет время. Долговязый молодой маг Брайден остался с ними, чтобы ни один глаз на небе не испортил наш маленький сюрприз. Брайдена, похоже, больше всего беспокоили два моих молчаливых раба, полагаю, они служили неприятным напоминанием о том, чьи приказы он выполняет.
Скаллгримцы двинулись в путь, длинной вереницей пробираясь к нам по заснеженной горной лощине. Идти приходилось медленно: тропинки коварны и узки, а путь извилист и совершенно не подходит для армии. Чтобы добраться до нашей позиции, им потребуется два дня, а то и три. Если доживем до утра, у нас будет достаточно времени найти подходящие места, чтобы устроить засады и обвалы, еще больше задержав поход врагов на юг.
Когда солнце опустилось ниже и сгустились сумерки, все семеро магов собрались в расчищенном кругу на вершине холма. Постоянная ухмылка Винсента поразительно изменила весь его облик, и вытянутое лицо даже стало почти приятным. За нашими спинами стояли семь Одаренных друидов, якобы охраняющие нас от демонов скаррабусов. Лживые ублюдки. А за ними возвышались десять сугробов, и в них засели мерзавцы, готовые перерезать эти лживые глотки. Диодор и Адальвульф с луками в руках, причем стрелы они обмакнули в смертоносный яд из бурого гриба – такой обычно используют наемные убийцы. Бальдо, Андреас и два моих раба зарыли копья в снег, Вон сжимал свой новый здоровенный топор, а остальные вооружились ножами, мечами и щитами. Я уже предвкушал, как увижу еще одного мертвого скаррабуса. Эти твари напрямую виновны в смерти Линаса, и каждый убитый приносил радость отмщения.
Взявшись за руки, мы встали вокруг мешанины искусно украшенных магических предметов, взятых из багажа Гренвилла, – будучи техником, он создавал всю эту машинерию и всегда таскал с собой. Друиды, не получившие должного магического образования, не могли догадаться, что это вовсе не могущественное оружие, о котором я говорил. Наш «мистический круг» выглядел внушительно, но, кроме того, поскольку мы держались за руки, магия легче проникала в чужой разум через плоть, а друиды едва ли могли ее обнаружить. «Я дам вам знать, когда враги соберутся идти в атаку», – подумал я, обращаясь к остальным. Я не влез к ним в головы, но все равно чувствовал нарастающее беспокойство, ментальные стены поднимались все выше и тщательно контролировались. Похоже, доверяла мне только Эва, а другие и не знали меня толком, их недоверие было вполне объяснимо. Дурную репутацию не мог отмыть даже нехарактерный для меня героизм.
В тишине я потихоньку начал прощупывать «надежных» местных жителей, стоящих на страже, но старался не погружаться слишком глубоко, чтобы они ничего не почувствовали. Лишь у двоих мысли воняли скаррабусом, остальные пятеро просто излучали жгучую ненависть ко всему сетарийскому, начиная от аморальности и эгоизма до наших имперских притязаний. Они с радостью пырнули бы нас ножом. Интересно, может, незараженным людям обещали пощадить Кил-Нот и другие крепости, если они не станут выполнять приказы Ангарад и других друидов? Мне было все равно, какие у них причины; значение имели лишь их грядущие действия. Любой, кто встанет на сторону скаррабуса, для меня лишь очередной жук, которого я с удовольствием раздавлю.
Мы ждали, бормоча под нос тарабарщину, похожую на заклинания. Гренвилл и Кормак вызывали дрожь земли под ногами, подкрепляя выдумку о том, что они обрушивают на врага всю свою геомагию. Незадолго до наступления ночи я почувствовал, как Эва
