Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 68
Расстояние до пароходов сокращалось, однако команды, высыпавшие на палубу в полном составе, были настолько поражены зрелищем, что и не думали готовиться к обороне.
И вдруг Корийена осенило!
«Нет, — пробормотал он, зашагав к берегу и быстро переходя на бег. — Не может быть».
На бегу он задевал застывших солдат, но те не обращали внимания.
— К бою! — заорал Корийен что есть мочи. — Флот, к бою!
Однако жалкие остатки былых эскадр, которые магистр так высокопарно назвал «флотом», не отреагировали.
Тем временем неведомые корабли поравнялись с пароходами, продолжив путь к берегу, и в следующее мгновение броненосцы и крейсеры скрылись за множеством красивых резных бортов.
Корийен остановился и посмотрел по сторонам:
— Они идут к берегу! Готовимся к обороне! Пушки! Тащите сюда пушки!
Хоты оказались расторопнее, среди их рядов уже метались офицеры, пытающиеся вывести солдат из ступора. Ах да, у них тоже есть человек, догадывающийся, что за гости пожаловали к ссорящимся соседям.
И в этот момент на окруженных со всех сторон пароходах раздались взрывы. Не такие сильные, как от разрыва снарядов, но многочисленные. Обернувшись, Корийен заметил, как с зависших воздушных конструкций сыплются крупные черные бомбы. Затем над бухтой прокатился странный гром. Магистр не сразу сообразил, что так звучат залпы гладкоствольных корабельных пушек.
Взрывы и выстрелы подействовали на обе континентальные армии, как ушат холодной воды. Но тут о себе напомнила пикантная ситуация: чтобы развернуть армии навстречу морю, велетрийцам и хотам нужно оставить укрепления и обнажить друг перед другом фланги, а решиться на это было непросто.
Колебания стоили дорого. Неведомые корабли беспрепятственно подошли к берегу, и на воду спустились сотни лодок, ринувшихся к линии прибоя.
— Разворачивайте войска! — Корийен кидался то к одному, то к другому командиру и орал им прямо в ухо. — Разворачивай, говорю! Что ты стоишь! Да очнитесь же!
Но становилось все очевиднее, что континентальные войска развернуться уже не успеют.
* * *
— Спустись пониже, Поло, — приказал Ривиодо, — вон к тому броненосцу. Я хочу посмотреть, как наши парусники будут с ним справляться.
— Да, мой господин.
Через секунду суровый рык боцмана передал команду рулевым.
Ривиодо перегнулся через край, наблюдая, как два дирижабля скинули десяток бомб размером с человеческую голову на велетрийский броненосцец. Палуба потонула в огне. Сразу в нескольких местах занялся пожар. Моряки кинулись врассыпную.
В это же время к правому борту броненосца подошел трехпалубник «Зимний шторм». Громадный парусник был, тем не менее, в полтора раза меньше броненосца, а главное, ниже. «Зимний шторм» огрызнулся картечью, но большая ее часть пришлась в железный бок парового гиганта.
Тогда парусник стремительно пошел на сближение. Велетрийские корабельные орудия ожили и тупо задвигали дулами, однако пушки, предназначенные для дальнего боя, не могли взять нужный угол, чтобы попасть в низкий, подошедший вплотную кораблик. Им оставалось только пытаться попасть в возвышающиеся мачты в надежде предотвратить захват судна. Но такая ювелирная работа мощной кормовой артиллерии не под силу. В воздух взметнулись десятки «кошек». Велетрийцам не повезло, ведь «Зимний шторм» был бриттенским кораблем, а бриттенцы, в свою очередь, лучше всех в Галатионе владели мастерством абордажного боя.
Галатиняне с залихватским гиканьем высыпали на борт броненосца. Велетрийские матросы, не обученные отбивать подобные атаки, еще пытались отчаянно и беспорядочно отстреливаться, но большинство из них оказались вооружены лишь револьверами, и совсем скоро серые тесаки островитян взяли верх.
Улыбнувшись, Ривиодо поискал глазами остальные пароходы. Продолжали держаться только два броненосца, принадлежавшие хотам. Ничего удивительного, ведь темноволосые гиганты в рукопашных схватках имели преимущество, но мастерство галатинян во владении холодным оружием сводили его на нет. Каждое стальное судно зажали сразу по три парусника, так что шансов у хотов все равно не было.
— К берегу! — скомандовал Великий князь. — И прикажите «воздушным кораблям» подняться повыше, как бы их из ружей не посекли.
Боцман снова рыкнул. Сигнальщик торопливо нацепил на веревку, тянущуюся от гондолы к переднему краю баллона, темно-синий флажок, тут же поникший под дождем.
Цветовые сигналы Ривиодо придумал лично. Синий означал «подъем», белый — «спуск», красный — «приготовиться к атаке», зеленый — «приготовиться к приземлению», черный — «отступление». Над последним Гре думал особенно долго, стоит ли его вводить вообще, но затем решил, что на войне бывает всякое, так что и готовиться надо ко всему.
К этому времени уже сотни шлюпок зарылись носом в береговой песок, еще больше находилось в пути. Фланги велетрийцев и хотов, упирающиеся в море, хоть и были развернуты боком, могли обороняться, не покидая укреплений, и это значительно осложняло высадку. Остальная часть армий пыталась перегруппироваться, но выходило это у них медленно и неуклюже. Кроме того, значительные силы оставили на прежних позициях: острая вражда не позволяла полностью переключиться на нового противника.
Во время подготовки войск Ривиодо неоднократно показывал солдатам огнестрельное оружие и его возможности. И все же в первые минуты островитяне стушевались: шквальный огонь косил галатинян десятками.
Но численность континентальных флангов не шла ни в какое сравнение со штурмующими частями. Все новые и новые шлюпки приставали к берегу. Галатиняне — прирожденные воины, их не могла остановить опасность атаки. Прикрывающие наступающих отряды арбалетчиков отвечали металлом на металл, а в вышине уже кружили дирижабли, осыпающие укрепления континентальных армий бомбами.
Не знакомые с воздушными бомбардировками, от которых и спрятаться-то негде, велетрийцы и хоты начали отступать.
Разъяренные галатиняне прорвались сквозь свинцовый ураган и оказались в своей родной стихии рукопашной схватки.
«Я же предупреждал», — крутилось в голове Леония Лайарона, лишь только он услышал о вторжении «третьих». Ему хотелось найти какого-нибудь правителя или академика, плюнуть ему в лицо и повторить: «Я же предупреждал».
— Плохо там дело, — покачал головой разведчик-велетриец, вернувшийся из предгорий. — Похоже, у наших армий крупные неприятности.
— У нас скоро у всех будут крупные неприятности, — буркнул Леоний и направился на поиски жены.
Благо искать ее пришлось недолго: три дня назад Дера Сивия присоединилась к бандитскому воинству. Сколько Лайарон ни гневался, сколько ни убеждал ее вернуться к детям, упрямица была непреклонна.
— Бор позаботится о ребятах, они направляются на север Стены, — произнесла она тогда.
Когда-то, подозревая, что жизнь в горах может преподнести сюрпризы, Леоний построил три убежища в разных местах, замаскировал их и разместил там запасы еды и воды.
— У них все будет нормально, — добавила Дера.
— Мне было бы спокойней, если бы ты вернулась к детям, — твердо повторил Лайарон.
— Я останусь с тобой, и точка, — не менее твердо ответила Сивия, и по ее глазам мужчина понял, что разговаривать дальше бесполезно.
Теперь же, когда бандитам предстояло не просто патрулировать скалистое побережье, а вступить в бой с целой армией, Леоний решил попробовать отговорить жену еще раз.
Он шел между палаток, разбросанных по скалам, и наблюдал за головорезами, слонявшимися вокруг. Бывший ученый никогда не видел настоящей армии, и все же у него складывалось устойчивое мнение, что вот это вокруг — не она. Многим из суровых бородачей, несомненно, приходилось убивать, некоторые, возможно, неплохие бойцы, но все вместе они — сброд. Леоний вообще удивлялся, как еще никто не решил прирезать его ночью и овладеть Дерой. Вот уж не завидовал бы он этому ублюдку — Сивия не из тех, кто сдастся без боя.
Красавица жена занималась уборкой в палатке. Создавать повсюду вокруг себя уют было ее потребностью, почти манией.
— Дера, нужно поговорить, — начал Леоний.
— Я слышала новость, любимый, и отвечаю тебе: нет.
— Пойми, я не могу потерять тебя. Мне будет очень сложно, зная, что ты подвергаешься опасности. Ради меня, Дера…
— Я — дочь бандитского вожака. Жизнь среди подобных типов для меня не в новинку, и я умею за себя постоять.
— Я понимаю, — кивнул Леоний, — но сейчас говорю о другом. Нам предстоит бой…
Дера прекратила складывать одежду и подняла большие печальные глаза на мужа:
— Милый, неужели ты действительно думаешь, что они будут воевать? Прости, но я знаю таких людей…
Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 68
