ответил Бестужев.
И снова, но теперь уже между нами всеми проскочила молния. Стихии подтвердили, что мы служим одному роду и приняли пароль.
— Но как⁈ — Беркут был удивлён не меньше Лапы и Егорыча.
— Капитан Егор Иванович Беркутов, капитан Савелий Ильич Егоров и поручик Михаил Игоревич Лапин — специальный отряд разведки под прикрытием. Тайные операции, диверсии, сбор информации, последнее время задействованы в исследовании разломов. Я ничего не забыл? — сказал Сергей. — Самое плохое, что я знал, кто вы и где вас искать, но выходить с вами на связь для поиска наследника рода не имел права, чтобы не засветить вас. Как только я начал поиски наследника, я в первую очередь проверил, где ваш отряд находится. И периодически проверял ваше местоположение. Вы оставались в разломе, значит вы либо получили приказ оставаться там, либо знаете где наследник рода, в любом другом случае вы должны были начать поиски, тогда я бы присоединился к вам.
— Ничего не понимаю, такой информацией владели только глава и бывший глава рода, и уж тем более знать нас в лицо, — Беркут был настолько обескуражен, что чуть не сел мимо кресла.
Я тоже находился немного в шоке, так как сам до этого момента не знал, как звали Лапу и Беркута, а Егорыча знал только по имени и фамилии.
— Вся эта информация, а также много другой важной информации и документов хранится в родовом хранилище. Там документы на имущество заграницей. И также право распоряжаться счетами рода и золотым хранилищем в китайских банках в Пекине, оформленное на главу рода. Я сам лично готовил все эти документы и передал их вашему деду, княжич. А он спрятал их в хранилище, так как предполагал, что ваш род может проиграть в войне против узурпатора, — сказал Бестужев, беря со стола кружку с кофе и становясь серьёзным и настроенным на рабочий лад юристом.
— Какие у вас планы, княжич?
— Я хочу добраться до родового хранилища и стать главой рода, потом вернуться в Москву и подать в Совет Великих Родов ходатайство о возвращении мне и роду всех привилегий и имущества, — ответил я.
— Если вы не против, я немного подкорректирую ваши планы. В родовое хранилище вам надо отправляться немедленно, самый крайний срок — завтра вечером. Потом будет сложнее, через два дня вся Москва будет знать, что род Драгомировых вернулся, и сюда слетятся наёмники.
Как только вы станете главой, вы пришлёте мне документ, назначающий меня главным юристом рода с правом подписи всех необходимых документов. Бумагу я подготовлю, вы её заверите артефактом «Перстень власти», когда он будет на вашем пальце и признает вас главой рода.
Далее, вы отправитесь в Пекин, забрав все документы, артефакты и деньги из хранилища и снова его запечатав. В Пекине вступите во владение счетами и частью имущества, которое там есть. И будете оставаться там, пока я не сообщу, что можно возвращаться. За это время я верну нам родовой замок и пять деревень вокруг него. То, что отдали Зарацким, к сожалению, через суд мы не вернём. Только война, — Бестужев сделал большой глоток кофе.
— И у меня просьба.
— Какая? Я постараюсь её выполнить, если это в моих силах, — сказал я.
— Аренда моего дома заканчивается через пять дней. Мне надо её продлять, либо, если вы не против, я бы переехал сюда. Мне надо две спальни и этот рабочий кабинет. Либо одну спальню и кабинет. Я могу временно поспать тут, а моя дочь в спальне. И вторая просьба, точнее даже рекомендация — взять с собой мою дочь. Она поможет вам со всеми юридическими тонкостями в Китае. Хоть она и не училась на юриста, но её учил я. Она знает столько же, сколько и я, — Бестужев смотрел на меня, ожидая ответа.
— Переехать вы можете вместе с дочерью. Что касается спален, всеми делами в этом доме занимается Маша. Вы потом познакомитесь. Думаю, она придумает, как решить вопрос размещения. Касаемо поездки в родовое хранилище и в Китай — в целом я согласен. Но надо решить проблему денег. Беркут, сколько у нас осталось наличных денег? — я повернулся к Беркуту.
— На данный момент, после покупки амулетов связи, оплаты дома и текущих расходов — семьсот пятьдесят золотых червонцев и пять серебряных рублей, — ответил Беркут.
— Княжич, вы можете не переживать за деньги. По крайней мере первое время. В родовом хранилище достаточно наличных денег, а на счетах и в золотом хранилище в Пекине их очень много. Моя дочь сможет помочь вам в финансовом плане первое время. Но я бы рекомендовал найти нам хорошего финансиста, когда вы вернётесь. Раньше этим занималась ваша мать, и у неё было много помощников, — Бестужев сделал глоток кофе. — Мне на первое время понадобится около трёхсот золотых, чтобы начать заниматься возвращением нашего имущества. Это оплата пошлин, комиссии, взнос за оформление передачи имущества и так далее. Полный отчёт по затратам я вам предоставлю по факту. Если нам понадобятся ещё деньги, то моя дочь объяснит вам, как сделать перевод из Китая в Москву, чтобы мы смогли здесь их получить.
— Хорошо, когда вы хотите переехать? — уточнил я у Бестужева.
— Сейчас, хоть уже и почти девять вечера. А завтра вы можете забрать мою машину и поехать на ней, но я рекомендую поезд. Это будет дольше, но не так изматывающе. И вы точно доедете. Я не гарантирую, что моя машина сможет преодолеть такое расстояние, — ответил Бестужев.
— Хорошо. Беркут, отправь кого-нибудь с Сергеем помочь с вещами. И на вокзал, купить нам билеты до Красноярска. Оттуда до родового замка ближе всего, сможем нанять грузовик, — я посмотрел на Беркута, и он встал:
— Будет сделано, княжич.
Мы вышли из кабинета. Беркут отправил в помощь Бестужеву Слона, а на вокзал поехал сам, наняв извозчика.
— Егорыч, попроси Машу сделать кофе и выйти в гостиную. Мне надо с ней поговорить, — я сел в кресло возле окна. Настроение было прекрасное, я уже почти забыл про сегодняшний бой, когда вспомнил, что один браслет полностью разряжен.
— Лапа! — крикнул я, и через минуту со второго этажа спустился Лапин.
— Звал, княжич? — Лапа сел в соседнее кресло.
— У меня вылетело из головы, что во время боя я истратил ману из одного браслета. Вы с Беркутом ходили по окрестностям, когда покупали артефакты связи. Где можно быстро зарядить браслет? — я уже снимал его с предплечья.
— Давайте мне, сейчас схожу. Они могут это сделать за двадцать минут, но будет стоить чуть дороже, — сказал
