каждом из их залов.
Света страстно хотела, чтобы я много зарабатывал. И убедила меня, что это мне и самому тоже надо. Просто я об этом до этого не подозревал. Вот почему я решил сделать необычные рекламные акции. И вот почему я оказался в вольере с быком.
Вообще-то я не самоубийца. Договоренность была другая. Это должен быть старый и спокойный бык. Даже вол, по большому счету. Который и мухи не обидит. И позволит слепню спокойно пить кровь у него на боку.
Повалить такого на землю — плевое дело. А рог мы договорились перед выступлением подпилить, чтобы сломать с легкостью. Владелец обещал Стасу, что все будет чики-пуки. Ни о чем не надо беспокоиться.
— Быка зовут Пофигист, — сказал владелец, Яков Васильевич, пузатый дядька с выпученными глазами, уже пару лет как на пенсии. Владелец фермы, где должна проходить эпическая битва. — Тихий и дружелюбный. Мы на нем детей катали. Ни разу никого не тронул. Он сам ляжет на землю.
Мне все это не совсем нравилось. Попахивает жульничеством. Обман потребителей.
Но Света сказала, что сейчас все так делают. А приглашенные блогеры должны собрать в совокупности аудиторию свыше ста тысяч человек.
— Ты же не хочешь сражаться с настоящим боевым быком, милый? — спросила она. — Я не хочу рисковать твоей шкуркой, она слишком для меня драгоценная.
У меня мелькнула мысль, что на самом деле ей больше важно то, чтобы из-за травмы не пострадал мой бизнес, как она называла мой додзе. Но для меня-то это в первую очередь была философия. Образ жизни. Я никогда не занимался боевыми искусствами ради денег. Только для развития. И самосовершенствования.
Но потом в мою жизнь пришла Света и все переменилось. Это не женщина, а огненный вихрь. Смесь чувственности, эротики, страсти и самых разных эмоций. Самые резкие перепады настроения на ровном месте. Двадцать восемь лет, точеная фигурка, рыжие волосы, обжигающий взгляд. Бомба в постели.
Этот ураган подхватил меня как раз в то время, когда я вдруг остро почувствовал, что так ничего и не достиг в сфере боевых искусств. Так и не стал чемпионом. А возраст уже не тот.
Света заполнила зияющую дыру в моем сердце. Убедила, что еще не все потеряно. Если я заработаю много денег, то смогу все возместить. В наше время это мерило успеха.
— Я не понимаю, почему ты до сих пор не богат, милый, — говорила девушка. — Ты же такой сильный, такой смелый. Но не предприимчивый. Надо только уметь подать себя. Если ты завалишь этого бычка, то народ толпами повалит в твой зал.
И вот солнечное, яркое, майское утро. Пригород Москвы. Ферма Якова Васильевича. Нежная зеленая травка.
Загон, огороженный стальными перекладинами. Толпа зрителей вокруг, со смартфонами в руках, с чипсами и пивом. Вечно орущие дети. Операторы с камерами, парящие над нами дроны.
Бык меньше, чем я его себе представлял. Ниже в холке, но какой-то резвый. Рога тонкие и острые. По договоренности, подпилен должен быть один из них. Правый. Значит, левый от меня.
Я стою в кимоно, подвязанном черным поясом. Босой, на голове белая повязка с японскими иероглифами: «несокрушимый».
Когда я встал в боевую стойку кумитэ дачи, быку это не понравилось. Он нагнул голову, нацелил на меня рога, злобно фыркнул, ударил копытом о землю.
Что-то не так. Это точно тот бык, Пофигист? Только я подумал об этом, как зверь ломанулся ко мне со всей скоростью, на какую был способен.
Я ушел в сторону и успел схватить его за рога. Бык мотнул головой в сторону, чтобы высвободиться, и чуть не вырвал мне руки из туловища. Что за силища! Как будто я пытался удержать на месте груженый самосвал.
— Мама, а когда коровка прикончит дядю? — спросил детский голос где-то неподалеку. — Прямо сейчас?
Надо же, какие кровожадные сейчас пошли дети. Я вцепился в рога быка мертвой хваткой и пытался устоять на ногах, но зверь оказался слишком силен. Он снова мотнул головой, теперь в другую сторону, потом потащил меня вперед. Я еле успел зацепиться ногами за землю, но бесполезно.
Бык толкнул меня головой вперед. Я пытался повалить его на ходу, но с тем же успехом мог уронить скалу. Бык словно был собран из гранита. Он снова толкнул меня и я не удержался. Упал, а бык наклонился и начал остервенело бодать меня и пинать копытами.
Зрители закричали от ужаса. Я пытался прикрыться руками и откатиться в сторону, но куда там! Я словно угодил под скоростной поезд и он тащил меня по рельсам, стараясь раздавить голову и корпус. Больно, очень больно.
— Остановите его! — закричал кто-то в стороне. Я узнал голос Якова Васильевича. Что-то его не было видно во время выгона быка. Видимо, приехал только сейчас. — Колян, придурок, куда ты смотрел? Это же не Пофигист, это Отморозок. Он сейчас особенно буйный.
Я откатиться в сторону, но бык не отставал. Все мое тело представляло из себя океан боли. На мне не осталось живого места. Словно в тумане я вдруг понял, что не ощущаю больше толчков быка, а вокруг столпились люди.
Рыжее пятно с рыданиями бросилось ко мне и я почувствовал влагу на лице. Ах да, это же Света.
— Милый, милый… — повторяла девушка.
— Врача, позовите врача! — исступленно кричал Стас, но я не мог различить его лица.
— Да разве тут врач поможет, — сказал кто-то в толпе. — Бык его раз десять насадил на рога. Это же…
Но я уже не слышал его голоса. Окружающий мир и так был почти неразличим, виднелся мешаниной темных и светлых пятен. Голоса смешались в единую беспорядочную какофонию звуков. Затем все вокруг подернулось черной дымкой и я потерял сознание.
* * *
И точно также я снова увидел мир, только в обратном порядке. Сначала все вокруг было черным, абсолютно черным. Потом вокруг появились светлые пятна, они увеличились, через них хлынули потоки света и голоса. Пятна расширялись, темнота отступала. Наконец, остались только небольшие черные пятна.
Мир обрел четкость и объем. Я поморгал глазами, пытаясь сосредоточиться и понять, что случилось. Принял сидячее положение и огляделся.
Ничего не понял. Как я очутился в этом большом подвальном помещении с бетонными колоннами посередине. В углу боксерский ринг, висят «груши», в другом углу штанги и гантели. У потолка с одной стороны прямоугольные окна, сквозь которые в душный зал пробивался свет и свежий воздух.
А еще вокруг столпились парни в ги, униформе для занятий боевыми искусствами, которые у нас часто
