– Ребята!.. – жалобно крикнула Лара Розен, глядя на удаляющиеся фигуры разведчиков.
Купер с досады изо всех сил хватил кулаком по покрытию крыши, понимая, что абсолютно ничего не может сделать в сложившейся ситуации. Операция едва началась, а они уже потеряли половину команды, причем наиболее дееспособную половину. Смогут ли они завершить свою миссию втроем? Вряд ли Империя сумеет прислать сюда другую разведгруппу, пираты наверняка заинтересуются невероятными подвигами простых заложников, захваченных на прогулочной яхте, и в следующий раз уже будут настороже. Похоже, сейчас в клубах желтоватой пыли погибали не полковник Понтекорво, майор Блэк и доктор Каплан. Сейчас там погибала надежда Империи.
Секунд-капитан Тихонов смотрел вниз молча, на его лице обозначились желваки от крепко стиснутых челюстей. Как ни крути, а именно он только что убил своих руководителей и друзей, пусть даже и невольно, запустив жука в автономном режиме. Впрочем, такова специфика полевой работы в разведке. Многим резидентам доводилось убивать своих коллег в интересах Империи не косвенно и случайно, а совершенно осознанно и собственноручно – ситуации в нелегальной деятельности возникают порой самые драматические, и к этому полевому агенту следует быть готовым с самого начала. Рисковать приходится на каждом шагу, и в расчеты при разработке подобных операций всегда закладываются пятидесятипроцентные потери. Однако все эти соображения не очень утешали Антона. А самое главное, в обваливающейся части здания наверняка осталось множество мирных людей – пиратам ведь тоже нужен обслуживающий персонал. Разумеется, имперский офицер должен быть готов унитожить любое количество мирного населения в стане противника, если того требует стратегическая необходимость. Об этом предпочитали не говорить вслух за пределами воинских частей и не упоминала имперская пропаганда, но каждый офицер во имя интересов Империи готов был даже уничтожить любое количество мирного населения родного государства. И все же считать себя морально готовым к такому в теории куда проще, чем на практике.
Майор Блэк вскинул правую руку – то ли прощаясь с боевыми товарищами, то ли на что-то указывая. Тихонов поднял руку в ответ. В любом случае теперь он оставался в группе старшим по званию, и командование переходило к нему. Досматривать финал трагедии было совершенно ни к чему – это наверняка окончательно деморализовало бы остатки группы. Поэтому он с тяжелым сердцем раскрыл рот, чтобы скомандовать оступление, когда ситуация вдруг снова резко поменялась – в который уже раз за сегодняшний безумный день.
Просев еще метра на четыре и вздыбив плотное облако желтоватой пыли, обваливающаяся секция небоскреба внезапно с протяжным гулким скрипом замедлила свое неудержимое сползание в бездну, а потом и вовсе замерла, неожиданным толчком едва не сбросив с края крыши полковника Понтекорво и вцепившегося в него аналитика. Вырабатываемая строительными термитами полимерцеллюлоза кроме своей фантастической дешевизны и относительной крепости имела еще одно примечательное свойство: под большим давлением ее пласты в результате молекулярной диффузии намертво слипались друг с другом, что позволяло легко и быстро чинить городские здания, поврежденные в результате аварий и войн уличных банд. Нижняя часть рушащейся многоэтажной секции сползала сейчас по оставшемуся незыблемым основному массиву небоскреба, создавая чудовищное трение между слоями строительного материала, и в конце концов силы притяжения между молекулами по всей поверхности разлома возобладали над силами планетарного тяготения. Видимо, именно это и пытался показать Блэк, ощутивший, что скольжение обваливающейся части небоскреба стало более плавным и замедленным.
Когда перекошенная крыша под ногами замерла, Понтекорво, до этого не рисковавший дергаться на движущейся поверхности, чтобы не выронить Каплана, тут же принялся карабкаться вверх, подтягивая доктора за собой. В конце концов сумев дотянуться до первой солнечной батареи на своем пути, тот ухватился за нее и дальше уже двигался самостоятельно.
– Не может быть! – радостно заорал вниз Тихонов.
– Спускайся сюда, Тони, – ласково проговорил негр, – мне не терпится добраться до твоей обезьяньей морды, скотина!
– Отставить, – негромко произнес Понтекорво. – Антон все сделал правильно.
– Я же не спорю, – пожал плечами Реджеп. – Я тоже все сделаю правильно. Как учил инструктор на спарринге.
Добравшись до люка, ведущего внутрь здания, полковник задрал голову.
– Итак, задача остается прежней, – хладнокровно проговорил он, словно и не сползал только что вместе со зданием в двухсотметровую бездну. – Рассредоточиться и затеряться в городе. Первый пункт мы, кажется, уже успешно выполнили. Теперь каждая группа уходит из здания самостоятельно. Связь через коммуникаторы. Занимаем плацдармы, затем разрабатываем план дальнейших действий. Тихонов старший.
– Подотрешь бравым десантникам носики, если что, – добавил майор Блэк.
– Слушаюсь, – без энтузиазма ответил бородатый биомеханик. Похоже, он предпочел бы работать под руководством опытного разведчика, чем возглавлять группу.
– Все, уходим! Живо!
Понтекорво, Блэк и Каплан по одному исчезли в люке.
– Нам тоже надо двигать, – заявил Тихонов. – И чем скорее, тем лучше.
– Забавное у нас вышло путешествие по Райскому Поясу, – проговорил Купер. – Увлекательное, как и обещал рекламный ролик.
– Вполне в моем вкусе, – криво улыбнулась Лара. – Хотя позагорать я бы теперь ради разнообразия тоже не отказалась.
Где-то вдали раздался мощный взрыв, в нескольких кварталах ближе к центру города взмыл в небо гриб плазменного взрыва.
– Челнок, – озабоченно сообщил Антон. – Скорее! Истребитель может вернуться.
– Не желаешь сразу подтереть нам носики? – произнес Купер, спускаясь в люк. – Что первым делом должен делать опытный агент, попав в такую нестандартную ситуацию?
– Ну, предварительно как минимум пять лет отучиться в Академии, – рассудительно ответил секунд-капитан. – А потом постоянные тренировки, тренировки, тренировки…
Они быстро спустились на технический чердачный уровень. Здесь бодро жужжали водопроводные насосы-механоиды, бурчал что-то неразборчивое отопительный биоморф, разбегались во всех направлениях костяные и протеиновые трубы. Одной из стен больше не было, и перед разведчиками открывалась панорама пиратской столицы с высоты птичьего полета.
– Видок у нас тот еще… – сказал Купер, с сомнением поглядывая на пляжные шорты Лары.
– Добро пожаловать в пиратскую республику – страну неограниченной свободы! – сказал биомеханик. – Вряд ли мы кого-то сумеем удивить здесь своими костюмами. Хотя ты прав, одеты мы не совсем по погоде, и это может быть подозрительно. Впрочем, думаю, многие сейчас выскочили из квартир приблизительно в таком же виде…
Они спустились еще на пару технических уровней, которые оказались затянуты не густым, но очень вонючим дымом. Эти этажи были завалены всяким хозяйственным хламом – отработанными инкубаторами для термитов, старой скорлупой мирмекоидных яиц, клубками засохших осветительных лишайников, упаковками от протеиновых катализаторов. По окончании работ строительная организация не слишком озаботилась тем, чтобы убрать за собой мусор. В любой колонии Внутреннего Круга первая же государственная комиссия лишила бы такую компанию лицензии.
Широкоплечему Куперу в загроможденном пространстве двигаться было не очень удобно – то и дело приходилось протискиваться, наклоняться, тогда как проворный коротышка-биомеханик никаких трудностей не испытывал. Проворный, как уж, он двигался впереди, крутя головой по сторонам.
– Чисто, – сообщил Тихонов, прислушавшись. – Скорее всего, народ сейчас сломя голову драпает из аварийного здания. Неплохо бы влиться в эту толпу – для правдоподобия…
Перепрыгнув через очередной мусорный завал, он приблизился к двери на следующий уровень и коснулся сенсора на стене. Огромная запорная мембрана, преграждавшая путь на следующий уровень, послушно раскрылась. Несмотря на причиненные стартом челнока разрушения, биомеханизмы здания продолжали жить и исправно реагировать на команды.
В коридоре этажом ниже тоже было пусто. Завеса дыма стала немного гуще. В конце коридора виднелся служебный червелифт, индикатор готовности которого мерцал зеленым. Однако пользоваться им в то время, как здание буквально рассыпалось на куски, было нельзя: имелась серьезная вероятность застрять в шахте.
Из двери перед лифтом доносилось негромкое человеческое бормотание. Антон показал жестами: надо проверить!
Они с Купером бесшумно скользнули по стене в направлении подозрительной двери, Лара Розен последовала за ними. Распластавшись за притолокой, Фред осторожно высунул голову в раскрытый дверной проем.
