шестнадцати! И она, кажется, изрядно нервничала.
Мы прошли и под эту арку — и все то же самое, опять слуга в сером, опять проверка документов, опять заталкивание нас в «транзитный маршрут». Только на этот раз коридор, по которому мы шли, был шире и роскошнее и больше напоминал вокзальный зал ожидания: вдоль него стояли растения в кадках и даже лавочки, на некоторых из них сидели путешественники, почти все богато одетые, многие — со свитами. Чего они тут ждали, интересно, если порталы открываются в строго определенное время?.. А, должно быть, в этом мире недостаточно магов Огня, чтобы держать все порталы открытыми совсем уж одновременно, и образуются очереди, как на перекрестке, где светофоры включаются попеременно.
Одна семья врезалась мне в память: маленький мальчик, лет семи или восьми, в кричаще ярко-алом наряде с золотым шитьем и очень несчастным личиком. Рядом с ним сидела полная женщина с высокой прической и обилием золотых украшений, которая вытирала ребенку рот платочком с монограммой и выговаривала:
— Калле! Если уж ты оказался магом Огня, ни в коем случае нельзя так вести себя на публике! Не роняй свой высокий статус!
Говорила она громко и визгливо, видно, специально, чтобы всем было слышно. Хотя дар ребенка и так был очевиден по его одежде (никто в Империи не носит красно-золотое этого оттенка, кроме магов Огня!) и по обилию слуг, в том числе некромантов-охранников. С неожиданным сочувствием я подумал, что жертвенным магом, конечно, оказаться несладко — но, похоже, еще хуже быть разменной политической монетой в чужих игрищах! Нет, правильно я решил сохранять инкогнито так долго, как смогу, архиправильно.
Интересно, это мамаша у мальчика такая противная, или его вообще у родителей забрали? Вроде, последнее делают редко, только в случае полной неадекватности семьи. Если я правильно интерпретирую рассказы Игнис и Элсина. Наоборот, родителей возвышают вместе с одаренным ребенком. Действительно, нафига имперской администрации, чтобы одаренных детей от нее прятали?
Последний портал, к счастью, открытый — ждать в очереди не пришлось. Снова проверка документов. Теперь дежурный маг был парнем, причем, как мне показалось, омоложенным — что-то такое чувствовалось по глазам, по движениям. Он хмуро усмехнулся углом рта и сказал:
— Что, еще одна порция свежего мяса на Ошибку-пять? Удачи.
Ошибку-пять? Та-ак.
В голове почему-то вскрылась старая попса, которую у нас слушал сосед на даче, древняя, чуть ли не до моего рождения выпущенная! «А я простила, я простила его опять-опять-опять, ах, как намаялась я с тобой, моя ошибка номер пять…» Или там другое слово было?
И вот с этой дурацкой песней в голове я шагнул в огонь следом за Игнис и Элсином, чувствуя, как мое внутреннее «чувство жопы» буквально бьет набаты. И вроде как огонь из синего стал опять оранжеветь⁈ Всплыла в голове фраза про «волшебные объятия огня», и в те секунды, которые требуются на проход через пламя, я рывком нагнал моих спутников — не знаю, как, кажется, Огонь помог мне. И сграбастал их в охапку: просто на всякий случай. А то мало ли. Моя зона контроля, к счастью, хоть немного, да увеличилась с зимы, и теперь гарантированно захватывала нас вместе с рюкзаками.
Огонь расступился перед нами.
И снова сомкнулся.
— Ой, — сказала Игнис. — Влад, ну ты и… прижми меня, пожалуйста, покрепче, а то что-то страшно!
— Боюсь, я вынужден выразить аналогичное пожелание, — охреневшим тоном поддержал Элсин.
Вокруг нас бушевало пламя, валялись куски мрамора, обломки колонн и арок. В провалах пола чернела растрескавшаяся земля, в щели проглядывало алое. Сильно пахло дымом, над головой сквозь зияющие дыры в кровле видны были серые тучи, озаренные вспышками далекого багрового огня.
Похоже, мы очень многое пропустили при анализе той заявки!
Глава 18
Тем временем в мире фронтира
Интерлюдия. Ройга Глерви и…
1. …правосудие по-некромантски
Ройга распахнула дверь и, цокая каблуками, вошла в аудиторию. Стандартный малый лекционный зал, для старших курсов, четвертый и пятый вместе — «Основы безопасности немертвых некромантов», курс, который раньше всегда читал Бьер — а теперь вот к Найни перешло. Сегодняшняя лекция, если верить плану, очень удачно называлась «Этика магов Смерти и общественная мораль». Нарочно не придумаешь.
Даг Найни, импозантно седовласый (не подражает Трау, а само так получилось, однако он очень этим гордится) удивленно обернулся к хлопнувшей двери.
— Магистр Глерви?.. Что вам…
И осекся, увидев в ее опущенной руке огромный угловатый тесак, каким мясники разделывают туши. Ройга находила такой клинок куда практичнее меча — по крайней мере в городских условиях.
Кроме того, его, вероятно, удивило, что следом за нею входят Трау, Келлер, Версен и даже сама магистр Абель — наставница Глерви, бывший ректор Академии, удалившаяся от дел в связи с желанием «проводить больше времени среди людей» и пошедшая по этому случаю работать торговкой фруктами на рынке. В ее возрасте — а она девочкой пришла в этот мир с первыми колонистами! — этот каприз никого не удивлял. Легендарная личность, куда ни посмотри.
Впрочем, возможно, что Найни не знал Абель. Ему сорок шесть лет, и всего семнадцать из них он некромант, а она ушла на покой уже больше тридцати лет назад. Тогда он, должно быть, удивился маленькой сухонькой старушке с улыбкой доброй бабушки, семенящей за громилоподобными Келлером и Версеном.
(Госпожа Абель и в этом редкая птица среди некромантов: ее дар был замечен, когда даме уже перевалило за пятьдесят, и она позволила себе состариться даже дальше, заявив, что у старческого внешнего вида есть свои преимущества.)
— Магистр Келлер⁈ Ректор Трау⁈ — Найни явно старался говорить подчеркнуто любезно, но глубинная нервозность чувствовалась. — Чем моя скромная лекция привлекла внимание Ковена…
— Найни, — перебила его Ройга. — Помолчи.
Она говорила жестким тоном, тем самым, который обычно заставлял заткнуться самых уверенных в себе мужчин. Разумеется, Найни замолчал тоже — кишка у него тонка сопротивляться. Ройга заметила, что его взгляд то и дело прилипал к мясницкому ножу у нее в руке.
Ройга обернулась к аудитории:
— Господа будущие некроманты, эта лекция превращается в практическое занятие. Сейчас вы на практике посмотрите, что бывает с теми, кто нарушает цеховые правила магов Смерти.
— Я не… среди моих студентов нарушитель⁈ — воскликнул Найни очень удивленным тоном.
Ройга брезгливо обернулась к нему.
— Я же сказала — помолчи. Ты сам знаешь, что ты сделал.
Найни сорвался с кафедры, размазываясь черно-белым пятном — перешел в ускоренный режим. Глерви даже не стала дергаться: тут достаточно тех, кто может
