супруг, что любое ее замешательство вызывает у них позитивные чувства.
— Простите, господин Данила, — Сая наконец не выдерживает и кивает на дао, — но вы с этим пойдете против Золотого Дракона?
— Ну да, а что? — хмыкаю.
— Ханьские дао — это не оружие, — безапелляционно заявляет Сая. — Настоящий меч — это катана.
— Вообще-то, — замечает Светка, гордо вскинув подбородок, — наш муж этим «не оружием» снес защиту Высшего Грандмастера под Тибетом.
Лена с Камилой подтверждающе кивают.
— Смотрю, вам очень понравилось в Хань, — хмурится японка.
Вот оно что. Похоже, у девушки большая нелюбовь к соседям. Впрочем, неудивительно: Япония находится в постоянном конфликте с Хань в отличие от Русского Царства, которое только недавно немного с ним повоевало.
— Очень, — киваю с улыбкой. Просто чтобы еще немного позлить эту забавную девчонку. — Там изумительный рис. Говорят, лучший в мире.
— Ложь! У нас лучший рис! — тут же возражает Сая.
— Ну ваш-то я еще не пробовал, — замечаю.
— Когда попробуете рис, вы умрете от удовольствия! — девушка одергивает задравшееся на бедрах кимоно.
— О, тогда я воздержусь, — сразу же иду в отказ. — Мне нельзя умирать. У меня еще полно родовых дел, — и жены согласно кивают.
— Нет, вы попробуете! Сразу как приедем в поместье! Я сама готовила обед в честь вашего приезда! — требует японка.
— А вы очень настойчивы в попытке убить главу рода Вещих-Филиновых, — усмехаюсь.
— Бросьте ваши шуточки, господин Данила! — глаза Саи горят боевым огнем.
— Ну как прикажете, — продолжаю улыбаться.
— И лучше не показывайте меч при дедушке, — вдруг добавляет японка. — Десять лет назад многие из наших погибли от рук воинов Чен. Это ведь реликвия принцессы Ай?
— Верно, — я прекращаю улыбаться. Вот ненароком и выяснилась причина, почему миловидная Сая вскипает при любой ханьской атрибутике. Кимадзаро пережили потери от ханьсксих дао. — И все же я сам решу, что мне показывать вашему деду, Сая-чан. Я прибыл к вам по военному вопросу, а не в игрушки играть. Если я взял с собой дао, значит, он мне нужен в сражении, а не чтобы вас позлить.
— Я вас поняла, — бросает девушка, остро взглянув мне в глаза.
Через полчаса прибываем в усадьбу Кимадзаро. Огромный дом выстроен в древнеяпонском стиле с тонкими перегородками из рисовой бумаги и минималистичными украшениями, такими как икебана и каллиграфические свитки. Полы в доме сделаны из отполированного дерева, по которому приятно ходить босиком, ведь внутри нельзя ходить в обуви. Мда, необычно, но прикольно.
За обедом нас опять развлекает только Сая, не считая подносящих блюда слуг. Ну что ж, девушка не обманула: рис с яйцом и чесноком действительно получился вкусно. Сая, наблюдая, как я уплетаю всю плошку, гордо задирает точеный носик, мол, то-то же.
Но одним рисом угощение не ограничилось. Так, когда на стол ставят утку «Хоккайдо», рядом с блюдом возникает Ломтик. Наш тихий и бесшумный диверсант успевает урвать кусок, никому не попавшись на глаза. Правда, потом тут же под столом раздается громкое чавканье. Сая делает удивленное лицо, а Лена спешит достать из-под скатерти щенка, и все время обеда он смирно сидит у шатенки на коленях.
— Почему нас никто больше не встречает? — подает голос хмурый Фирсов. — Я понял, что большинство мужчин сейчас находятся у портала, но неужели сам глава Дзиро тоже там?
— Нет, дедушка сейчас дома, — отвечает Сая. — Но он занят делами.
— И что, он так с нами и не поговорит? — фыркает ликвидатор.
— Дедушка пообщается с господином Данилой, когда он закончит обедать, — девушка бросает быстрый взгляд на меня.
— Ну я в принципе закончил, — откладываю на пустую тарелку бамбуковые палочки, которые заменяли вилку. — Можно и пообщаться с Дзиро-сама.
Кивнув, Сая велит слуге отвести меня к главе. Остальным гостям она предлагает пока что полюбоваться на декоративный сад во внутреннем дворе, дабы скрасить ожидание.
Меня провожают в спортивный сектор дома под названием додзе. Стены здесь, как и во всем доме, бумажные и хрупкие. Слуга отодвигает тонкую дверь-перегородку и с поклоном пропускает меня внутрь.
— Здравствуй, внук Михаила, — раздается скрипучий голос.
На лакированном дощатом полу сидит, скрестив ноги, сухой старик в белоснежном кимоно. Узкие глаза источают холод и отстраненность.
Значит, вот какими делами занят старикан? Закрылся один в комнате и медитирует. Ну так себе причина, конечно. Хорошо хоть не в нарды играет.
— Добрый день, Дзиро-сама, — кивнув, принимаюсь оглядывать помещение. Стены увешаны различным оружием — японскими мечами разной длины, нунчаками, боевыми веерами и прочей экзотикой. — Как поживаете?
— С твоей помощью, возможно, проживу еще больше, — скрипит старик. — Если сможем победить Золотого Дракона.
— Почему «если», Дзиро-сама? — удивляюсь. — Конечно же, мы одолеем зверя. Только чур я забираю тушу со шкурой, когтями, крыльями и что там у него еще есть, может, рогами? В общем, всё мое. Такова плата за мою помощь.
Старый японец с неким удивлением смотрит на меня.
— Делишь шкуру неубитого медведя? Как же это по-филиновски. Ты очень похож на своего деда.
— Не знаю про моего деда, я с ним, к сожалению, не был знаком, но это называется планирование, — пожимаю плечами. — Вы согласны на мои условия помощи, Дзиро-сама?
— А как же союзнический договор? — хмурится глава рода. — Согласно ему мы оказываем друг другу безвозмездную помощь.
— Что-то не помню, чтобы вы торопились на выручку к Филиновым, когда их истребляли, — замечаю.
— Мы сами были по уши в войне, — вздыхает Дзиро. — Если бы я мог, то, конечно, рванул бы к Михаилу.
Если бы да как бы. Теперь уже не проверишь, но дело даже не в этом.
— Дзиро-сама, при всем моем уважении, вы заключили союз с родом Филиновых. Я же — основатель нового рода Вещих-Филиновых, — замечаю. — Другой род — другие обязательства. Пускай во многих аспектах я являюсь преемником Филиновых, но далеко не во всех. Так, например, на мой род не распространяется смертельный царский приговор за измену рода Филиновых. И союзный договор с вами из той же оперы.
Японец качает головой, словно поражаясь моему отношению.
— Хитрый же ты, парень, — вздыхает старик, но я никак
