вас она должна быть знакомой. Она — часть ваших данных. Всего лишь точка на вашей безупречной карте. Цифра в вашей совершенной системе.
Крейс резко отвел взгляд.
— Выключите это.
— Нет, — Пит оставил видеозапись идти своим чередом. — Смотрите. Это плоды ваших трудов. Ваша хваленая «архитектура» в действии.
Женщина на экране зашлась в крике, срывая голос в мольбе. Она обещала выдать всё, любую тайну, лишь бы это прекратилось, лишь бы мучители остановились… Крейс зажмурился, словно надеясь отгородиться от реальности.
— Достаточно, — выдавил он.
Пит погасил планшет. В кабинете воцарилась тяжелая, осязаемая тишина.
— Я не желал этого, — наконец заговорил Крейс глухим, надтреснутым голосом. — Я создавал систему для… для анализа. Для прогнозирования. Не для пыточных подвалов.
— Но вы прекрасно осознавали, в чьи руки она попадет и как будет использована.
— Да. Осознавал, — Крейс открыл глаза и прямо посмотрел на Пита. — И всё равно продолжал работу. Потому что… потому что она была совершенна. И я не мог позволить себе оставить ее незавершенной.
— Даже ценой тысяч жизней?
— Даже так.
Снова молчание. Пит убрал планшет и долго, изучающе смотрел на Крейса, словно взвешивая его на невидимых весах.
— У вас есть дочь, — произнес он наконец.
Крейс вздрогнул. Это была первая живая, неприкрытая реакция — маска беспристрастного ученого дала трещину.
— Откуда… Откуда вам это известно?
— Это не имеет значения. Ей четырнадцать. Она живет отдельно и видит вас раз в месяц, если судьба будет к вам благосклонна.
— К чему вы клоните?
— К тому, что она скажет, когда узнает правду о деле всей жизни своего отца? — Пит подался вперед, сокращая дистанцию. — Когда поймет, что вы — архитектор системы, выкосившей тысячи судеб? Что она бросит вам в лицо?
Крейс хранил молчание, но его пальцы судорожно сжались в кулаки.
— Она и так со мной не разговаривает, — выдавил он наконец, и в его голосе впервые прорезалась живая боль. — После развода… она винит меня. За то, что работа для меня всегда была важнее семьи.
— У вас есть шанс всё изменить. — Каким образом?
Пит неспешно откинулся на спинку кресла. — Вы можете погибнуть сегодня. Я вправе оборвать вашу жизнь прямо сейчас — и мир этого даже не заметит. Вы станете лишь очередной безымянной жертвой в отчетах повстанцев. А ваша дочь до конца дней будет помнить вас как человека, который променял её на холодные расчеты.
Он выдержал паузу, давая словам осесть.
— Либо вы можете помочь нам. И тогда, быть может, когда пыль уляжется, у вас появится возможность поговорить с ней. Не для того, чтобы найти оправдание, нет. Чтобы объяснить. Чтобы доказать, что вы хотя бы попытались исправить то, что сотворили.
Крейс долго всматривался в его лицо. В этом взгляде развернулась целая битва: отчаяние сражалось с надеждой, а страх — с проблеском совести.
— Чего именно вы от меня ждете? — спросил он тише.
Пит четко, по пунктам, огласил список:
— Полный доступ к резервным узлам наблюдения. Шифры внутренних каналов связи. Сведения о готовящихся карательных операциях Капитолия. И постоянный канал связи по защищенному протоколу.
— Вы предлагаете мне стать предателем, — констатировал Крейс.
— Вы уже им стали, — отрезал Пит жестко, но без тени личной злобы. — Вы предали каждого, кого ваша система заклеймила «подозрительным». Каждого, кто прошел через подвалы или взошел на эшафот. Сейчас вы просто выбираете, какую сторону предать в последний раз.
Крейс долго рассматривал свои ладони, затем перевел взгляд на стену — там по-прежнему пульсировала данными его безупречная система, его цифровое детище. Наконец, он посмотрел на Пита.
— У меня есть условия, — произнес он надломленным голосом.
— Моя дочь. Если механизм даст сбой, если меня разоблачат — вы вывезете её. Подальше от Капитолия, в безопасное место.
— По рукам, — коротко ответил Пит.
— И еще кое-что, — Крейс поднял на него тяжелый взгляд. — Когда дым рассеется и всё закончится… вы сами расскажете ей правду. Не я. Вы. Мои слова для неё — пустой звук, она мне не поверит. Но если об этом скажет кто-то другой… возможно, она хотя бы попытается понять.
Пит помедлил секунду, обдумывая просьбу, и кивнул:
— Хорошо. Я сделаю это.
Крейс шумно выдохнул, и его плечи бессильно опустились. Казалось, в этот миг что-то внутри него окончательно сокрушилось — или, напротив, встало на свои места.
— В таком случае, я к вашим услугам.
Он поднялся и подошел к одному из настенных мониторов. После легкого касания сенсорной панели экран расцвел мириадами папок и файлов.
— Раз уж мы теперь… союзники, — заговорил он, не поворачивая головы, — есть информация, которой я обязан поделиться.
— Слушаю, — Пит невольно напрягся.
— Существуют файлы особого назначения. Специальные протоколы.
Пит почувствовал, как по спине пробежал холод:
— О чем вы?
Крейс открыл скрытую директорию. На экране холодным светом вспыхнула надпись: «МЕЛЛАРК, Пит. Программа модификации поведения. Протокол Омега».
Пит застыл, боясь пошевелиться.
— Что это значит?
Крейс медленно повернулся к нему, и в его взгляде промелькнуло нечто похожее на сочувствие.
— Это архивы вашего «перехвата». Исчерпывающая документация. Там описано всё: что с вами делали, какими методами… и что именно они в вас вшили.
— Вшили? — переспросил Пит, чувствуя, как внутри всё леденеет.
— «Протокол Омега», — Крейс указал на мерцающие строки на экране. — Это спящий триггер. Особая кодовая фраза. Стоит ей прозвучать — и в вашем сознании активируется заложенная программа. Вы превратитесь в того, кем они так упорно пытались вас сделать. В идеальное орудие.
Пит сглотнул вязкий ком в горле, но взгляд его остался твердым.
— Покажите мне всё. Без купюр.
Крейс помедлил, словно давая ему последний шанс отступить.
— Вы уверены? Поверьте, это не то чтиво, которое приносит облегчение. Читать такое о самом себе… невыносимо.
— Показывайте.
Крейс едва заметно кивнул и направился к терминалу в углу кабинета — отдельному узлу, изолированному от общей сети. Он ввел длинный, многоуровневый пароль. Экран неохотно ожил, высвечивая название директории: «Проект „Перековка“. Объект: Мелларк П.»
Пит подошел ближе. Он смотрел на собственное имя, на свою искалеченную жизнь, аккуратно расфасованную по цифровым папкам.
— Изучайте столько, сколько потребуется, — Крейс отошел в тень, давая ему пространство. — Я подожду.
Пит
