груди:
– Ты правда не хочешь взять с собой более опытного агента? Того, кто лучше тебя знает?
– Мы это уже обсуждали. Магия Нии может понадобиться. А ты самая быстрая наездница из нас. Нужно, чтобы ты доставляла сообщения командованию и от него. А пока оставайся в укрытии и отслеживай всех, кто вызывает подозрение. – Рафаэль поворачивается и начинает спускаться с холма.
Позолоченный солнцем осенний пейзаж пестрит яркими оттенками. Я шагаю следом, осторожно огибая колючие ветки: не хочу случайно порвать бледно-голубое платье – часть маскировки.
Рафаэль пристально смотрит на меня:
– Итак, вернемся к тому, с чего начали?
– Кстати, твоя подруга Джиневра офигительно мила, – бормочу я. У меня миллион вопросов к Рафаэлю насчет того, что он мне высказал. Но сейчас не до этого. Когда грозит опасность, нужно сосредоточиться. Обойдусь без эмоциональных потрясений: не хочу стать второй Аликс.
На подходе к городу Рафаэль снова смотрит на меня.
– Наша легенда: мы новобрачные. Сначала немного прогуляемся и понаблюдаем, а потом отправимся в таверну на встречу со связным. Постарайся притвориться, будто не испытываешь ко мне ненависти.
– Так и сделаю.
– Да уж поверь, я в курсе, что ты сумеешь. – В бархатистом тоне Рафаэля проскальзывают острые нотки, и он бросает на меня непонятный взгляд.
Мы уже на мощеной дороге, огибающей город. Рафаэль берет меня за руку и изображает что-то вроде нежной улыбки.
Мы гуляем по городу, держась за руки. Прохожие видят обычных молодоженов, глазеющих на витрины магазинов и пекарен. Когда мы останавливаемся у кондитерской, Рафаэль обнимает меня за талию. Я изо всех сил стараюсь не обращать внимания на его восхитительный запах. На то, как приятно прижиматься к его мускулистому телу. Стараюсь вообще не думать о нем. Мне нужно следить за окружающими, за их взглядами, чтобы оценить опасность.
В отражениях в витринах я внимательно наблюдаю, нет ли слежки. Среди прохожих замечаю двоих, которые кажутся подозрительными: женщина старательно не смотрит в нашу сторону; мужчина какое-то время идет за нами, прежде чем отстать.
Останавливаемся у цветочного магазинчика с великолепными букетами полевых цветов в витринах. Я встаю на цыпочки, Рафаэль наклоняется ко мне:
– Два потенциальных информатора, – шепчу я ему на ухо. – Женщина и мужчина.
– Я заметил. Мужчина шел следом, потому что ему нравилось пялиться на твою задницу. Не могу его за это винить. Женщина избегала смотреть на нас, потому что недавно пережила расставание и при виде влюбленных парочек ей хочется кричать.
– Откуда ты узнал про расставание?
– Потому что я знаю, что такое разбитое сердце, – мрачно отвечает Рафаэль.
Я вздыхаю:
– Если б только она знала о нас правду…
Снова непроницаемое выражение лица.
– Давай сосредоточимся на главном, как ты говорила. Идем в таверну.
Он берет меня за руку и ведет в таверну – каменное здание с распахнутыми голубыми ставнями. На просторной каменной террасе расставлены столики со свечами. На стенах подрагивают блики от света фонариков.
Мы наблюдаем уже больше часа, но я по-прежнему боюсь западни. Мышцы напрягаются, пока я блуждаю взглядом влево и вправо – удостовериться, что нас не подстерегают вооруженные стражи. Слева изгибается увитая плющом стена, справа по тротуару прогуливаются фейри.
Рафаэль открывает голубую дверь таверны. Солнечный свет льется через окна на деревянные столы и плитки пола. Под потолком – грубо отесанные балки.
Мы направляемся к бару из полированного дуба; я на ходу поглядываю на дверь черного хода, вычисляя наилучший маршрут отступления.
– Добрый день, – приветствует нас по-французски бармен, протирая стойку. Он человек, но почти такой же высокий, как фейри, с рыжими косичками, рассыпанными по плечам. – Недавно в городе?
– Мы здесь в свадебном путешествии, – отвечает Рафаэль тоже по-французски с легким акцентом. – Недавно поженились.
– Поздравляю.
– Свадьба была изумительной. – Я обнимаю Рафаэля за талию и чувствую, как напряглись под рубашкой его мускулы. – На пляже, песок просачивался между пальцев…
Рука бармена замирает: он услышал пароль.
– Звучит чудесно. Может, когда я женюсь, свадьба тоже будет на пляже, – произносит он отзыв.
Рафаэль небрежно облокачивается на стойку:
– Мы сняли маленький коттедж неподалеку…
Бармен кивает:
– Хорошее место для медового месяца. Здесь много красивых уголков для пикников и всякого такого.
– Не знаю, надолго ли мы будем вылезать из дома… – Рафаэль улыбается.
Я смотрю снизу вверх на его волевой подбородок и добавляю:
– Или из спальни…
Мужчина у барной стойки фыркает прямо в свой бокал с вином, поворачивается к Рафаэлю и приподнимает брови.
Прекрасно. К концу дня все люди и фейри в городке будут знать о похотливой парочке из коттеджа. Идеальное объяснение, почему мы не собираемся выходить из дома.
– Что вам предложить? – интересуется бармен.
– Было бы замечательно отведать медовухи, – говорю я.
– И багет с сыром, – добавляет Рафаэль. – Его мы возьмем с собой.
Бармен разливает медовуху, уходит в подсобку и через пару минут возвращается с бумажным пакетом, из которого торчит багет. Мы выпиваем медовуху, берем пакет и уходим.
Выйдя на улицу, я разламываю багет пополам. Как и ожидалось, внутри мешочек; в нем ключ и крошечная карта. Я внимательно изучаю карту и оглядываю улицу, пока не нахожу небольшой коттедж с садиком – прямо напротив особняка мага Завесы. Коттедж узкий, второй этаж – мансарда с остроконечной крышей. Голубые ставни на двух больших окнах верхнего и нижнего этажей распахнуты настежь. Даже в сентябре перед домом еще цветет лаванда, каменные стены увиты плющом.
– Вон там, – киваю я и отламываю кусок багета. Умираю с голоду.
Мы входим в садик; в воздухе витает густой аромат полевых цветов с легким привкусом майорана. Я вставляю ключ в замок входной двери и поворачиваю. Замок старый и ржавый, дверные петли скрипят.
Сквозь открытые ставни солнечные лучи освещают комнатку с белыми стенами, потертым вышитым ковриком и настенными книжными полками. На свету кружатся пылинки. Из мебели только несколько деревянных стульев. И еще я вижу старинный клавесин.
С другой стороны коридора – крошечная кухня с бледно-зеленым шкафом, деревянным столом и плитой, оформленной под камин. С деревянных потолочных балок свисают медные кастрюли и сковородки. Рафаэлю здесь даже не выпрямиться во весь рост.
– Нужно приготовить лошадей, – напоминаю я.
– Вечером, – отвечает Рафаэль. – Бармен разрешит оставить их в конюшне таверны.
Я иду к лестнице со старыми деревянными ступеньками, поднимаюсь наверх и обнаруживаю уютную мансарду с А-образным деревянным потолком. Здесь всего одна спальня. И, разумеется, одна кровать.
Позади скрипят ступеньки, глубокий голос Рафаэля волной прокатывается по коже:
– Я буду спать на полу.
– Не строй из себя мученика. Можно спать на кровати по очереди.
Я подхожу к окну
