Робин Хобб - Королевский убийца

Позже в этот вечер я пошел выразить почтение своему королю. Он не звал меня. Я не собирался обсуждать с ним Целерити. Я пошел, не зная, хочет ли этого Верити во мне, или это мое собственное сердце умоляет не покидать его. Волзед неохотно впустил меня, строго предупредив, что король все еще не совсем здоров и я не должен утомлять его.

Король Шрюд сидел перед камином. В воздухе клубился дым. Шут, лицо которого все еще покрывали синяки, расположился у ног короля. На свое счастье, он разместился так, что не вдыхал самый едкий дым. Мне повезло меньше, потому что я сел на табуретке, которую Волзед заботливо подал мне. Через несколько минут король повернулся ко мне. Некоторое время он смотрел на меня туманным взглядом, голова его покачивалась.

— А, Фитц! — приветствовал он меня наконец. — Как твои уроки? Доволен ли мастер Федврен твоими успехами?

Я бросил взгляд на шута, но он не оглянулся на меня и угрюмо тыкал кочергой в камин.

— Да, — сказал я тихо, — он говорит, что доволен моим письмом.

— Это хорошо. Хороший почерк — это то, чем человек может гордиться. А что с нашей сделкой? Сдержал ли я свое слово?

Это была старая песня. Я снова подумал об условиях, которые он предложил мне. Он будет кормить меня, одевать и учить, а взамен получит мою полную преданность. Я улыбнулся старым словам, но горло у меня сжалось при мысли о том, как изменился произносивший их человек и чего все это стоило мне.

— Да, мой король, сдержали, — тихо ответил я.

— Хорошо. Тогда смотри, чтобы ты тоже держал свое слово. — Он тяжело откинулся в кресле.

— Сдержу, ваше величество, — сказал я, и глаза шута, снова ставшего свидетелем этого обещания, встретились с моими. Несколько мгновений в комнате было тихо, не считая потрескивания огня. Потом король сел, словно испуганный каким-то звуком. Он смущенно огляделся.

— Верити? Где Верити?

— Он отправился в путешествие, мой король. Чтобы отыскать Элдерлингов и отогнать красные корабли от наших берегов.

— Ах да. Конечно. Конечно, так. Я просто подумал… — Он откинулся в кресле. Дрожь пробежала по моей спине. Я почувствовал, как он пытался нащупать Верити Скиллом. Его сознание тянулось к моему, как старые руки, ищущие поддержки. Я думал, что он не может больше пользоваться Скиллом, что он сжег свой талант много лет назад. Верити как-то говорил мне, что Шрюд теперь редко пользуется Скиллом. Я не обратил тогда внимания на эти слова, приписав их преданности Верити своему отцу. Но призрачный Скилл цеплялся за мои мысли, как непослушные пальцы за струны арфы. Я почувствовал, как Ночной Волк ощетинился от этого нового вторжения. Тихо! — скомандовал я ему.

У меня внезапно перехватило дыхание при одной мысли. Может быть, ее подал мне Верити? Я отбросил предосторожности, напомнив себе, что обещал этому человеку так давно. Преданность во всем.

— Мой король? — спросил я, придвигая табуретку к его креслу. Я взял его иссохшую руку в свою.

Я словно окунулся в стремительную реку.

Ах, Верити, мой мальчик, вот ты где! Через мгновение я увидел Верити, каким его до сих пор видел король Шрюд. Круглолицый мальчик восьми или девяти лет, скорее дружелюбный, чем умный, и не такой высокий, как его старший брат Чивэл. Но здоровый и располагающий к себе принц, отличный второй сын, не слишком амбициозный, не слишком любопытный. Потом, как будто ступив на берег реки, я рухнул в стремительный грохочущий поток Скилла. Я потерял ориентацию, внезапно увидев мир глазами Шрюда. Края того, что он видел, были мутными от тумана. На мгновение я заметил Верити, устало бредущего по снегу. Что это? Фитц? А потом меня унесло, и я попал в сердце боли короля Шрюда. Я проник глубоко в него, туда, где травы и дым еще не омертвили его. И я был сожжен мукой боли. Это была медленно растущая боль в его позвоночнике и в голове, толкающаяся и разрастающаяся. От нее нельзя было уйти. Его решения были поглощены болью, которая не давала ему думать и заставляла омертвлять тело и разум травами и курениями, чтобы спрятаться от нее. Но глубоко внутри его затуманенного сознания король все еще был жив, и он был в ярости от своего заточения. Его дух все еще был здесь, он боролся с телом, которое больше не подчинялось ему, и болью, которая пожирала последние годы его жизни. Я клянусь, что увидел его молодым человеком, может быть на год или на два старше, чем я. Его волосы были такими же буйными и непокорными, как у Верити, его глаза были глубокими и полными жизни, а морщины на его лице появлялись только от широкой улыбки. Таким он оставался в своей душе. Он схватил меня, в безумии спрашивая, есть ли выход? Я чувствовал, что тону под его хваткой.

Потом, как слияние двух рек, еще одна сила ворвалась в меня и закружила в своем течении. Мальчик? Соберись. Как будто сильные руки подхватили меня и отдельной нитью вплели в ту веревку, которую мы образовали.

Отец. Я здесь. Тебе что-то нужно?

Нет. Нет. Все так, как уже было некоторое время. Но, Верити…

Да. Я здесь.

Бернс больше не верен нам. Браунди пустил в свою бухту красные корабли в обмен на защиту своих городов. Он предал нас. Когда ты вернешься домой, ты должен…

Мысль Шрюда начала блуждать, потеряла силу.

Отец? Откуда у тебя эти известия?

Я почувствовал внезапное отчаяние Верити. Если то, что говорил Шрюд, правда, для Баккипа не было никакой надежды выстоять зиму.

У Регала есть шпионы. Они доставляют ему сообщения, а он передает их мне. Это должно оставаться тайной некоторое время, пока мы не соберемся с силами, чтобы ударить по Браунди. Или пока мы не решим отдать Бернс его друзьям с красных кораблей. Да. Это план Регала. Чтобы защитить Баккип от красных кораблей. Они нападут на Браунди и накажут его сами. Браунди даже послал фальшивую просьбу о помощи. Он хотел заманить наши корабли в ловушку.

Может ли такое быть?

Все шпионы Регала подтверждают это. И я боюсь, что мы больше не можем доверять твоей жене — иностранке. Регал заметил, что она проводила много времени с Браунди, пока он был тут, и находила множество поводов оставаться с ним наедине. Регал опасается, что она затевает заговор с нашими врагами, чтобы захватить трон.

ЭТО НЕ ТАК! Сила его гнева пронзила меня, как острие меча. На мгновение я снова начал тонуть в потоке несущегося сквозь меня Скилла, потерянный, беспомощный. Верити почувствовал это и снова подхватил меня. Мы должны быть осторожны с мальчиком. У него недостаточно сил, чтобы мы могли использовать его таким образом. Отец, я умоляю тебя. Доверяй моей королеве. Я знаю, что она не лжет. И будь осторожен с тем, что докладывают тебе шпионы Регала. Приставь шпионов к шпионам, прежде чем решишь действовать по какому-нибудь из их доносов. Советуйся с Чейдом. Обещай мне это.