Сильно помогла и пробудившаяся во мне магия. Хотя порой она и доставляла массу хлопот. Я представляла эту силу, как дикого хищного зверя, которого я потихоньку, аккуратно приручала. И привыкала сама. И не важно, что до сих пор замирала, любуясь на пляску молний в своей ладони.
Не меньше моего, волновалась и ждала Каяна. и только Рис, серьезный и сосредоточенный, пристально вглядывался во все уплотняющееся марево уже открывающегося портала. Секунда. Один стук сердца. И дружный радостный визг уже взлетает, разбивает вдребезги напряженную тишину ожидания.
Обнимаясь вчетвером, ощущая одновременно столько тепла и участия, я отогревалась. Отступали обиды, возвращалась вера в тех, кто рядом. И я верила, что окажись в тот страшный момент рядом со мной только девочки, ни одна не отошла бы. Более того, я была уверена, что знай хоть одна из них о разговоре между Ариссой и Наргой, я бы об этом знала в тот же миг.
Это были не просто люди, с которыми нас просто свела судьба в тяжёлый и сложный для всех момент. Это были действительно родные души, это была семья. Та, о которой я всегда мечтала, фантазируя о том, что у меня есть ещё пара-тройка сестёр, любящих, надёжных, поддерживающих меня и принимающих помощь от меня. Выбирающих всегда меня, выбирающих всегда семью.
Сам ли этот мир или боги его создавшие, это уже и не важно, но для меня создали самую надёжную привязку из всех возможных. Мне было подарено материнское тепло и любовь, мне подарили тех, кто пусть и не по крови, но своим отношением и любовью ко мне, заслужили мое доверие и ответное тепло. Тех, кого я давно уже считаю не подругами, а сестрами.
Разве этого мало? Разве за такой щедрый дар этот мир не заслуживает ответной любви?
Я жадно разглядывала вернувшихся девочек. Всего-то месяц в разлуке, но как же я скучала по каждой. Как же обе изменились.
Элина словно наполнилась силой и уверенностью в себе, появилась та самая, нечеловеческая грация, что всегда отличала оборотней. Даже цвет глаз немного изменился. Добавилось немного красного янтаря в темный дымчато — серый раухтопаз. Да уж, эта девушка, ещё заставит одного волка покусать себя за хвост.
Изменилась и Миа. Расправились плечи, замерцали глаза, а красиво изогнутые губы не желали прятать озорную и хитрую улыбку. Ооо! Кажется, нам будет, о чем посекретничать сегодня ночью.
Неужели, нашелся тот, кто смог заставить этого пугливого зверька себе поверить. Только бы это был ни кто — то из мужей дочери Лернарина. Любой другой, да хоть последний раб. Выкупим, если так. Но терять этот блеск счастья в глазах девушки я не хочу.
Но на этом сюрпризы не закончились. Вместе с девушками к нам пришли гости, которые вежливо дожидались, когда немного успокоятся наши восторги от встречи друг с другом.
Из пришедших четырёх эльфов, знакомы были только Лернарин, которого я искренне была рада видеть, и его дочь, визит которой был и вовсе сюрпризом. Эльфийка нежилась в объятиях не по-эльфийски крупного и широкоплечего мужчины. На то, что ему пришлось многое пережить, красноречиво указывала изуродованная правая сторона лица. А вот то, что этой самой стороной, он повернулся к жене, не боясь отпугнуть шрамами и зияющей раной на месте уха, говорило о том, что юная эльфиечка смогла отогреть этого мужчину, заполучить его доверие и любовь, которая отражалась в его глазах, когда он любовался своей женой, пока она отвлеклась на наше приветствие, и в той деликатной нежности, с которой он прикасался к ней. А главное в том восторге, что он и не думал скрывать, когда жена открыто, демонстрировала свои чувства к нему и его значимость в своей жизни.
Ещё одним гостем-незнакомцем оказался внешне молодой эльф с явной военной выправкой и голодным, жадным взглядом, которым он провожал каждое движение Мии. Да к нам никак сваты приехали? Ну- ну, посмотрим, в любом случае решение будет за Мией.
А ещё мы все получили подарки. Вот о чем мы не подумали, так вот об этом. И было бы очень неловко перед эльфами, ели бы меня не выручила мама.
Из ее личного хранилища дочери Лернарина было подарено зелье, которое нужно было принимать по капле три дня подряд. Оно изменяло состав крови настолько, что тело начинало само растворять любой яд, попавший в организм.
Более того, я передала предупреждение Алиены о том, что если мама принимает это зелье во время беременности, ребенок тоже получает защиту от яда. Ни беременности, ни новорожденному это зелье не вредит.
Эльфы не сразу поняли про что речь, видимо эльфийка и сама ещё не понимала этого, пока я не озвучила то, что заметила Алиена. Но когда до них дошло… Было полное ощущение, что у нас в комнате засветилось отдельное солнце. Безухий эльф не скрывал счастливой улыбки и подозрительно блестящих глаз, стоя на коленях перед женой и с благоговейным трепетом прижимаясь лицом к ещё совсем плоскому животу.
Радовался и Лернарин, даже незнакомый эльф — вояка с искренней улыбкой поздравлял будущих родителей. Только Каяна, украдкой смахнула слезу, но улыбка ее была открытой и радостной, не смотря на свою личную боль, она действительно была рада за ребят.
Лернарину был преподнесен набор чего — то, напоминающего скальпели, но судя по довольному лицу эльфа, с подарком угадали. Оставшиеся эльфы получили от нас по комплекту парных кинжалов. И будь их воля, уже тут бы проверили их в бою. Но то, что они были в гостях и беременность эльфийки, сильно сдерживали их пыл.
Когда мы сели за стол, я, наконец- то узнала, зачем к нам пожаловали эльфы. Оказалось, что за время пребывания в доме Лернарина, он и Миа умудрились полюбить друг друга. Эльф, что сохранял целибат со времени гибели жены, вновь ощутил безумное желание сердца, которое впервые после гибели жены "запело".
Второй эльф, оказался командиром рейнджеров, что патрулировали границу. Как оказалось, он просил принятия его в семью и новый род. Но Миа открыто им заявила, что является моей рабыней. И эти два умника пришли просить позволения предложить совместный путь Мие, это у них так звучало предложение руки и сердца. А у меня собирались выкупить свободу для девушки.
Я обиделась. Нет, ну, правда. Разве я считала Мию рабыней хоть когда нибудь? Но радость за то, что после ужаса первого замужества, она смогла найти свое счастье, пересилила обиду от глупого недопонимания. А то что с ювелиром и воякой она будет счастлива, я не сомневалась.
Но когда мы остались без гостей, я сообщила девочкам о своих планах посетить замок Лангранов. Страх, ужас, растерянность. Вот что я поняла в чувствах девушек, но видимо успокоить все же не смогла. Разволновавшись Элина начала метаться по комнате. Видно она очень сильно испугалась. Так как уже вскоре, в комнате оказалась молодая, но очень красивая волчица.
И все бы ничего, но начиная от носа, по всей спине и полностью захватывая хвост, по шерсти волчицы шла широкая полоса белой шерсти. Кажется, я знаю, кто ее отец!
Бело — рыжая волчица вольготно растянулась у камина. Первый оборот у Элины прошел прекрасно, если не считать того, что вернуться обратно, в человеческую ипостась, пока не получалось.
Мы все были обнюханы и облизаны, комната, что мы подготовили для Элины, тщательно обследована, кровать проверена на прочность приземлением волчьего тела, подушки и одеяла явно получили одобрение, так как волчица долго в них закапывалась, довольно порыкивая. Под конец, схватив зубами одну из подушек и притащив ее к камину, волчица легла и успокоилась.
Рис, который подполз к волчице и сейчас мягко почесывал между ушами и вовсе, заслужил волчье одобрение и расположение.
А мы обсуждали мое решение пойти в замок мамы. Против, были все, даже сама Алиена, несмотря на свою тоску по дому. Но как иногда бывает, меня тянуло со страшной силой, я не могла понять и объяснить, что мне надо и почему меня так тянет в место, в котором я никогда не была.
Но в моей голове уже поселился целый десяток образов старой крепости-храма. Кончики пальцев зудели от желания ощутить под ними камень крепостных стен. Я, словно слышала собственные шаги по коридорам и галереям, ощущала ветер, что свободно гулял на смотровых площадках.
