за меня словечко Марко, — кокетливо улыбнулась Това. — Может, он хоть тогда обратит на меня внимание.
— Он уже давно поглядывает в твою сторону, — мягко улыбнулась Эллен.
— Не выдавай желаемое за действительное, — сказала Това…
И вот девушки опять за столом.
После этого происшествия стало ясно, что останавливаться на ночлег в Лиллехаммере нельзя — враг имел точные сведения об их местонахождении. Быстро сев в машину и мотоцикл, пятерка отправилась далее на север. На этот раз, наученные горьким опытом, они ни на секунду не спускали глаз с машины.
Был вечер седьмого мая. А путешественники до сих пор были не в курсе происшедшего в Вестсунде.
У них была одна-единственная, самая главная цель. И они — сознательно или бессознательно — гнали все прочие мысли и события прочь.
Жаль, что вовремя не заглянули в газеты. Прочитай они газету в тот вечер и одну человеческую жизнь, может быть, удалось бы спасти. Мы все умны задним числом.
А вот Мораган старался читать газеты регулярно.
Да и чем ему еще было заняться, лежа в комнате и собираясь с силами? Ему было очень скучно. Сначала Ян покупал английские газеты; затем решил попробовать почитать норвежские. Ян быстро обнаружил, что норвежцы не упускают случая поговорить с ним по-английски, а, узнав, что он понимает их родной язык, даже как-то конфузились. Иностранцам вроде как не полагалось понимать норвежский; да и как тогда норвежцы могли бы продемонстрировать свое знание английского? Исключение составляли те, кто считал пикантным попытки иностранца говорить на ломаном норвежском. Хотя и похихикивали при этом. Морагана такое хихиканье раздражало еще больше.
Норвежский Яна был далеко не идеален. Произношение больше напоминало ливерпульский диалект. Сложные слова и выражения Ян не понимал. Не знал он и грамматики. Да и как, скажите на милость, иностранцу запомнить, какого рода то или иное слово, скажем стол — среднего, а стул — мужского, когда в норвежском языке три рода. А с каждым из родов используется свой артикль!
Норвежцы, с которыми Ян разговаривал на их родном языке, обожали исправлять ошибки. Им, наверно, казалось, что так они помогают Яну в изучении языка. А на самом деле лишали его последних остатков мужества.
Но газеты совсем другое дело. Газеты Ян мог читать в тиши и покое.
Сначала Ян просматривал заголовки. Он быстро обнаружил, что письменная и устная языковая формы существенно отличаются друг от друга.
А это что? Правильно ли он перевел? «Последние предположения: в доме поселилось привидение».
Никак норвежцы стали верить в сверхъестественные силы? Мораган стал читать дальше. А, прочитав, отбросил газету. Что за ерунда!
Однако содержание статьи не выходило из головы. Мораганом овладело любопытство.
Немного погодя, он оделся и вышел на улицу купить еще газет. Интересно, что пишут по этому поводу другие?
Другие газеты много писали об этом удивительном событии. НЛО… Отравление газом… В районе, должно быть, стоит страшная вонь.
Просто безумие какое-то!
Мораган задумался. Достав карту Осло, посмотрел, где расположен жилой район Вестсунд. Не так уж далеко от гостиницы.
К дому никто не решается подойти. А чего ему терять? Может, это будет последнее интересное событие в моей жизни!
Полчаса спустя Мораган уже сидел в такси. Он решил посмотреть сам.
Как хорошо снова выйти на свежий воздух, уехать прочь от гостиницы. Водитель любил поговорить и выдал Яну все, что знал о происходящем. И, конечно же, на английском, показывая, таким образом, Яну свое расположение.
— Толпы народа! Всем любопытно поглазеть. Войти никто не пытался. Да это невозможно.
— Почему?
— В том доме умерли люди! Журналист, как говорят. И еще кто-то.
— Слишком близко подошли к… К неизвестному?
— Вот именно! Никто точно не знает, что это такое. Те, кто находится за ограждением, знают много больше. Но смельчаков не так-то уж много. Крутые парни!
Мораган посмотрел в окно. Он далеко не крутой, но ему хотелось проникнуть в дом. Даже если это будет стоить ему жизни. А так оно, скорее всего, и произойдет.
Пятерка отважных совсем не хотела ночевать под открытым небом. Ночи стояли холодные. Но ни одной гостиницы вдоль дороги найти не удалось. Они уже совсем было отчаялись, как вдруг наткнулись на крестьянина, что держал площадку для кемпинга и сдавал небольшие домики. Остановившись, поинтересовались, можно ли снять два домика.
Крестьянин почесал голову. Он еще не открыл сезон. Только готовился.
— Нам нужна лишь крыша над головой. Спальные мешки у нас с собой, — уговаривал хозяина Натаниель.
Хозяин подумал о том, что деньги никогда не бывают лишними. «Ладно, что-нибудь придумаем…» Но ночевать придется в довольно примитивных условиях. Гостиница? Нет, поблизости ничего такого нет. До ближайшего отеля надо проехать не один десяток километров.
Девушки разместились в одном домике, Марко вместе с Габриелем, а Натаниель должен был ночевать один.
На удачу полагаться не стали. Машина и мотоцикл были надежно заперты в гараже крестьянина. За деньги хозяин мог устроить все на свете. Он даже предложил им ключ от небольшой палатки, где хранились остатки жвачки и конфет с прошлого сезона. Деньги за сладости надо было оставить в ящике. Сам хозяин жил в доме за несколько километров отсюда.
Люди Льда постарались скрыть от посторонних глаз следы своего пребывания. Такой поздней ночью на дороге было тихо. Хозяина попросили держать язык за зубами. Натаниелю удалось убедить последнего, что ему от молчания будет только польза. Ведь сдавать летние домики до наступления сезона было не разрешено…
И вот они остались одни. Хозяин уехал домой спать.
Габриель уснул, не успев коснуться подушки. Открытый дневник остался лежать на ночном столике. Марко прочитал: «Они все время наседают нам на пятки, но нам удается улизнуть. В Лиллехаммере напали на Эллен, но Това так ее запугала, что та потеряла сознание».
Марко улыбнулся. Даже опытным писателям не всегда удается находить удачные выражения! Что уж тут говорить о предлогах и местоимениях…
Натаниель никак не мог успокоиться. Выйдя из домика, оглядел дорогу. Трасса номер пятьдесят была пустынна. Время приближалось к полуночи.
Из домика по соседству вышла Эллен.
— Не спится? — тихо спросила девушка. — Това задремала, а мне слишком многое надо обдумать.
— Вы с Товой хорошо устроились?
— Да, она такая хорошая!
— Если б еще она не пыталась доказать обратное!
Разговор не клеился. Они хорошо знали друг друга, знали о том, что чувства их обоюдны, но не было у них уверенности в себе. Любовь как тонкая пряжа: может порваться от неосторожного движения. Эллен подумала о том, что в прошлом году Натаниель
