будто они совершенно особым образом поверяли друг другу свои секреты. И темнота скрадывала ее отвратительную рожу. Она — это была сейчас только голова. И чувствовать это было отрадно.
— Расскажи, что ты знаешь о Саннесшёен, — попросил Мораган.
— Я ничего не знаю о Саннесшёен. В этой области я до неприличия мало осведомлена.
— Да, но ты не ответила на мой вопрос. О Халькатле. О Марко и Руне и обо всех вас. О всей вашей родне.
— Это долгая история, — проговорила она нехотя. — И мы дали клятву, что вся эта ужасная борьба с удивительными силами не должна стать достоянием обычных людей. Лучше будет, если они ничего не узнают.
— Но они не могли не заметить чудовище в сенном сарае. Так что ты вполне можешь…
Его слова утонули в ужасном кашле. Когда Тува услышала его, то смертельно испугалась. Ведь он умирает! Нет, я не хочу!
Тува не привыкла заботиться о других. Это проявление сентиментальности, считала она. Но, сама не замечая этого, она вышла из машины и села к нему на заднее сиденье. Конечно, стало тесно, но она не думала об этом, просто прижимала его к себе, пока тело его сотрясали болезненные приступы кашля. Черт, говорила она про себя. Черт, черт. Но кого или что проклинала, она не знала сама.
Наконец он опять смог дышать спокойно. В полутьме она видела его горящие измученные глаза, и к своему удивлению почувствовала, как его рука гладит ее упрямые, совершенно безнадежные волосы.
— Ты потрясающая девушка, Тува, — сипло прошептал он.
Она была настолько ошеломлена, что — по своей обычной привычке — собиралась ответить какой-то чертовски едкой репликой, но не смогла заставить себя сделать это. Она только еще посидела немного, а потом поднялась и грубовато сказала:
— Ладно, а не поспать ли нам немного?
Но его простые слова навсегда отпечатались у нее в памяти.
Марко, Халькатла и Руне встретились на ночном ветру. Трое, кому, строго говоря, сон нужен не был. Ну да, может, только Марко немного, поскольку он сейчас почти человек. А другие абсолютно не зависели от такой роскоши, как сон.
— Где ты был, Руне? — спросил Марко.
— Да, я тоже хотела бы это знать, — сказала Халькатла. — Я тебя обыскалась.
— Я слушал, — произнес Руне, криво улыбнувшись.
Они поняли, что он имеет в виду. Все трое обладали способностью принимать сигналы и от своих союзников, и от своих врагов.
— И то, что я слышал, привело меня далеко вниз, в долину. Наши друзья предостерегают нас. Враг вынашивает коварный план.
— Ты нам расскажешь?
— Поскольку ты, Марко, можешь частично скрываться от Тенгеля Злого, они пока немного знают о мотоцикле. Его они, во всяком случае, не упоминали. Они думают обрушиться на автомобиль, и на этот раз пустят в ход более сильные средства, нежели нехитрое оружие мелких гангстеров.
Марко задумался.
— У меня уже есть один план. И он как раз похож на то, что ты собираешься предложить, Руне.
Они улыбнулись друг другу. У них была потрясающая способность понимать друг друга без слов. Халькатла тоже могла воспринимать их сигналы.
— Понимаю, — сказала она. — Не стоит говорить об этом вслух, но мы думаем об одном и том же. Будем биться до последнего.
Двое других кивнули.
— Пусть поспят немного, — попросил Марко.
— Времени на это нет, — сказал Руне. — Враг приближается. И, к сожалению, нам потребуется твоя помощь, Марко.
— Тува уже получила выносливость и силу, благодаря напитку, который она выпила на Горе Демонов, — напомнил им Марко. — Но у Морагана ничего этого нет.
— Мы можем ему немного помочь, — сказала Халькатла. — Хотя бы до тех пор, пока он не доберется до людей.
— В Думбос, — кивнул Марко. — Там наверняка есть врач. Пошли, не будем терять времени!
Они направились к машине.
— Сейчас? — спросила Тува в ответ на их известие.
— Немедленно! Осталось выяснить только одно: ты умеешь водить мотоцикл?
— Этот огромный монстр? Ты что, спятил? Я и с мопедом-то не справлюсь!
И тут Мораган снова их удивил.
— Я справлюсь с мотоциклом. Если Тува не побоится сесть сзади.
— Но тебе же надо к врачу, Мораган! — сказал Руне.
— Ну и что с того?
Им нечего было ответить на это.
— Ну, удачи вам, — тепло сказала Халькатла. — Вы езжайте, а мы померяемся с ними силами у машины. Двинем на юг им навстречу.
— А как же вы сами? — спросил Мораган.
Она рассмеялась от всего сердца.
— О, за нас не беспокойся!
— Бутылки… — сказала Тува. — У тебя две, да, Марко? А бутылка Натаниеля? Хотя нет, она, наверное, у него.
— Береги свою, как зеницу ока, Тува, а об остальных мы позаботимся, — улыбнулся ей Марко. — На тебя сейчас вся наша надежда. Ты должна добраться туда первой!
Она вздохнула, дрожа, и сказала:
— Ладно, постараюсь.
Тогда он наклонился и бережно поцеловал ее в щеку. Тува ужасно покраснела и прокричала злым и плачущим голосом:
— Вы не должны так делать больше! Ни ты, ни Мораган, вы не должны…
Конец предложения утонул в каких-то неразборчивых всхлипах. Она бросилась к мотоциклу и взгромоздилась на него:
— Езжай же, черт бы тебя побрал!
Марко подошел к мотоциклу:
— Нет уж, не будем так прощаться. По крайней мере, можешь сказать «пока» всем остальным.
— Да, конечно, прошу прощения, — пробормотала Тува, полная раскаяния. — Береги себя, Халькатла! И ты тоже, Руне! Вы все мои друзья, и я чертовски вас люблю, и вам не поздоровится, если я вас потеряю!
Они улыбнулись ей и сказали, что им тоже не хотелось бы ее потерять. А потом они по очереди подошли к Морагану и провели руками над его внешним, невидимым телом, так называемой аурой. Таким образом, они обеспечивали ему хоть какую-то защиту, не такую сильную, как у Тувы, но на какое-то время должно было хватить и ее.
Тува немного растеряно обернулась к ним со своего места за спиной Морагана. Она увидела, что они стоят там, в ночной тьме. «Халькатла, оставь в покое моих ребят», — хотела она сказать, но смолчала и только помахала рукой.
Громоздкая машина завелась с грохотом, и они выехали на шоссе, ведущее на север. Думбос они проезжали ночью, но тем не менее им удалось раздобыть бензин, чтобы обеспечить себе долгую дорогу через горы. Потом был подъем в Довре, и через какое-то мгновение они увидели перед собой Фокстумюру. Большая часть земли все еще была покрыта сероватым снегом.
Доврские горы, думала Тува с грустью. Довре… Как же много значили эти люди для Людей Льда! Отсюда Шарлотта Мейден и
