в халат и побрела за громко и настойчиво мяукающей кошкой по тёмному коридору со свечкой в руке. Стоило ей выйти из тёмной спальни, как сон будто рукой сняло.
Дверь гостевой спальни была приоткрыта. Джун раздражённо вздохнула и заглянула внутрь, и, вполне ожидаемо, Персиваля там не оказалось. Кровать не была застелена: видимо, он намеревался вернуться в постель до того, как его исчезновение заметят. Джун прошептала несколько проклятий, да так искренне, что боги наверняка должны наслать на его хитрую беловолосую голову семь лет несчастий. В закрытое голубыми шторами окно крупными каплями барабанил дождь. Повезёт, если этот умник с шилом в одном месте не поскользнётся или не заболеет после такой ночной прогулки! А даже если и так, то поделом ему.
– Ну и где он? – мрачно спросила Джун у кошки, которой, очевидно, было видней. И конечно, Норт повела её по коридору в гостиную и села под входной дверью, многозначительно мяукнув.
– Вот он значит как. Ну, я тоже умею делать ночные сюрпризы!
Не было его часа два, хотя в ночной тьме было сложно сказать наверняка. Джун уже даже успела задремать в кресле, и всё бы пропустила, если бы Норт не прыгнула к ней на колени.
Открывшаяся входная дверь очертила мокрый и мрачный силуэт высокого человека с тростью на фоне бушующего ливня и то и дело зловеще освещавших улицу вспышек молнии. И в тот же момент на кофейном столике зажглась свеча, выхватывая из тьмы гостиной Джун. Она сидела в кресле, скрестив руки на груди и выжидающе глядя на колдуна. Белая кошка сидела у неё на коленях со схожим выражением на маленькой пушистой мордочке. Она даже не подумала подойти к хозяину.
– Гляньте-ка, кого сорока притащила, – процедила Джун. Персиваль удивлённо уставился на неё, и вид у него был почти испуганный, как у ребёнка, которого строгая мать поймала за разрисовыванием обоев в гостиной. Но он быстро постарался напустить на себя по-хозяйски самоуверенный вид.
– Ты это репетировала, что ли?
– Нет, – несколько смущённо соврала Джун.
– Я же наложил усыпляющие чары, ты должна была проспать до утра… – пробурчал колдун, но недостаточно тихо, чтобы его не услышали. Джун смерила его горящим возмущением взглядом.
– Меня разбудила Норт. Где вас носило?
Персиваль обиженно посмотрел кошке в глаза и одними губами произнёс: «Предательница»! и Норт негодующе мяукнула. А вместо ответа на вопрос он закрыл за собой дверь, снял промокший насквозь плащ – который он, видимо, вытащил из шкафа, пока она спала под чарами – отжал от воды длинные волосы и прошествовал к кофейному столику, на который в свете свечей вывалил из небольшой кожаной сумки несколько связок трав, парочку разноцветных кристаллов и маленький человеческий череп.
– Не спрашивай, где я его взял, – предостерёг он, видя, что Джун уже открыла рот. – Но детей я по-прежнему не убиваю.
– Раскапывать могилы не сильно лучше… – хмыкнула Джун. Персиваль плюхнулся в кресло напротив неё и взял череп обеими руками, так что тот смотрел своими пустыми чёрными глазницами на девушку. В свете голубого трепыхающегося огонька свечей колдун выглядел едва ли не бледнее чистой белой кости.
– Хорошо, тогда хочешь, я расскажу тебе, кто это? Норт, выйди, пожалуйста.
Кошка неохотно спрыгнула с коленей девушки и послушно вышла из комнаты, то и дело на них оглядываясь. За ней захлопнулась одна из дверей в коридоре. Персиваль проводил её взглядом и снова повернулся к Джун.
– Если я скажу «нет», вы же всё равно расскажете, да? – уныло отозвалась та. Колдун язвительно усмехнулся.
– Ну, нет так нет… – он с притворно скучающим видом принялся собирать всё обратно в сумку: сначала нарочито медленно опустил туда пучки трав, затем потянулся за кристаллами.
– Нет! – Джун вытянула руки и прижала к столу холодную руку колдуна, чтобы не дать ему ничего больше убрать. Персиваль взглянул на неё исподлобья. Джун быстро убрала руки. – То есть да. То есть… Хочу. Мне интересно. Расскажите, пожалуйста.
– Что же… – колдун небрежно уронил почти пустую сумку на пол, взял череп в освободившуюся руку, а другой, той, что была на столе, взял Джун за руку, повернул её и положил череп ей на ладонь. Девушка вздрогнула и уставилась в чёрные пустые глазницы. Кость была на удивление приятной на ощупь, самую малость шершавой и как будто живой. Если не думать о том, что когда-то давно это был настоящий живой человек, ребёнок даже, держать его череп в руках было даже не так уж и жутко. Но не думать об этом было крайне сложно.
– Знаешь тут пекарню за углом? Думаю, ты именно там и берёшь хлеб, – Джун медленно закивала, внимательно слушая рассказ. – Так вот, в моё время там была цветочная лавка похоронного бюро.
Джун вздрогнула и едва не уронила череп. Хотя кладбища и были невероятно красивыми, с заполонившими их всевозможными цветами, работа с мёртвыми всегда казалась ей чем-то печальным и мистическим. Похоронное бюро – странное место, чтобы основать там булочную.
– В общем, местом заправляла пожилая пара и их маленький внук, Флинти. Не знаю, что там случилось с его родителями, но я о них даже никогда не слышал, а бывал я там довольно часто… – Персиваль ненадолго замолчал, задумчиво глядя на череп с какой-то мрачной печалью во взгляде. Вздохнув, он продолжил рассказ: – В общем, лет десять назад, когда меня здесь уже не было, в городе разразилась небольшая эпидемия, ты наверняка слышала… Как я понял, её еле смогли сдержать, и само собой, те, кто работают с мёртвыми, всегда в самой большой опасности что-нибудь подхватить. И всё их семейство тогда и заболело… Вышли за город и сами себе вырыли могилы на краю кладбища. И никто даже не потрудился посадить цветы. Они просто сами собой заросли через пару лет…
Персиваль бережно взял у Джун череп и, откинувшись в кресле, печально уставился в пустые глазницы. С него сейчас можно было бы написать неплохую меланхолическую картину, но у Джун особой склонности к творчеству никогда не было.
– А откуда мне знать, что вы эту красивую историю не выдумали специально для меня? – Джун подозрительно прищурилась. – Как вы вообще узнали, что тут было в ваше отсутствие?
– О, Флинти мне рассказал, – колдун повернул череп лицом к девушке и дёрнул пальцами так, что его челюсть щёлкнула. – Я поговорил с его духом. Мне же надо было их как-то найти. Правда, он всё равно ничего не вспомнит после ритуала… Мне просто нужен череп, чтобы привязать форму. После ритуала к нам просто должна
