он стал рисовать какие-то символы внутри дуги арки, какие-то фигуры и магические руны, в сложных комбинациях, уверенной рукой, и Джун поразилась, как легко у него это всё получается. Всё время, что он занимался рисованием в воздухе, он бормотал какие-то слова, которые она не могла ни различить, ни понять. Когда рисунок был закончен, Персиваль выпрямился, и Джун снова спряталась за ним, но выглядывала из-за его плеча, чтобы увидеть, что он делает. А сделал он следующее. Напрягшись, будто концентрировал какую-то энергию, он несколько раз провёл руками в воздухе, словно что-то нащупывал, а потом вдруг резко ударил ладонью здоровой руки по начертанному в воздухе рисунку. Тот с потусторонним звоном разбился, точно стеклянный витраж, и магические осколки полетели во все стороны и растаяли в воздухе, даже не долетев Персивалю до лица. Но вместе с этим точно такими же трещинами покрылась и арка, и даже чёрное холодное пространство внутри неё, и она тоже стала рассыпаться, только уже с грохотом, отдавшимся эхо, как лавина в горах, и поднялась пыль, и сильный поток ветра норовил сбить их с ног, но Персиваль крепко стоял на ногах, скрестив руки со сжатыми кулаками перед лицом, чуть подавшись вперёд против ветра, и всё что-то бормотал, а пыльный ветер расступался, ударяясь об него, словно он был скалой. Джун съёжилась позади него, обеими руками схватившись за шляпу, чтобы её не унесло случайным порывом ветра. И вот, ветер стих, а пыль улеглась, так же внезапно, как это всё началось, и оказалось, что арка бесследно исчезла, ровно как и дорожка к ней, и не осталось даже руин. Персиваль опустил руки и покачнулся. Джун тут же схватила его под руку, но он отстранился. Он тяжело дышал, а глаза – глаз – у него блестели, и на щеках появился блеклый румянец, как будто он только что пробежал первым самую длинную дистанцию на королевских гонках.
– Итак, осталось ещё две, – заключил он.
– Вообще-то, вам правда стоит отдохнуть, – робко вставила Джун. Она кожей чувствовала мощную магию, которая только что имела здесь место, и ей не хотелось сейчас ни о чём спорить с колдуном, но всё-таки инстинкт заботы был сильнее. Но, весьма ожидаемо, тот лишь отмахнулся от неё.
Эту операцию чародей повторил с двумя оставшимися чёрными арками, «С» и «В», и всё было в общем-то так же, только магический свет был не жёлтый, а зелёный и красный. Под конец Персиваль уже заметно побледнел, но на ногах держался, похоже, исключительно силой упорства.
– Джун, будь добра, а принеси-ка мою трость, – негромко попросил он, когда стих третий бурный поток ветра и пыли.
Джун не хотелось оставлять его одного, но всё же она убежала обратно в дом и вернулась меньше минуты спустя с тростью в руке, которую впервые смогла рассмотреть. Это была простая чёрная трость с наконечником из искрящегося изнутри полированного белого камня. Где колдун взял её, было для неё загадкой, но сейчас момент для обсуждений был неподходящий. За время её отсутствия колдун добрался до последней оставшейся арки и сел прямо на землю перед разложенными там вещами.
– Спасибо, – отозвался он, сосредоточенно расставляя перед собой предметы в каком-то особом порядке, сверяясь с раскрытой книгой. Джун прислонила трость к арке, чтобы не мешалась, а сама отошла немного в сторонку.
– А что вы делаете? – полюбопытствовала она. Колдун глянул на неё исподлобья.
– Я объясню тебе, только если ты поклянёшься никогда не заниматься колдовством. Не женское это дело.
– Но ваша собственная сестра колдунья!
– Да, и поэтому я знаю, что говорю.
Чародей продолжил раскладывать вещи в каком-то определённом порядке. Похоже, он в своих убеждениях был непреклонен. Конечно, Джун могла потом стащить книгу и прочитать всё там. Но она уже знала по своему опыту, что написано там всё крайне непонятно. Да и вообще, разве он сможет проверить, держит ли она своё обещание? Вряд ли ей придётся жить с ним вечно. Может, он тут сейчас призовёт Норт, и они вдвоём выгонят её из дома.
– Ладно, обещаю не колдовать, – вздохнула Джун. Персиваль подозрительно посмотрел на неё и, отщипнув голубой огонёк от чёрной свечи, которую держал в руках, вытянул руку вверх и быстрым жестом начертил в воздухе перед девушкой какой-то символ, который вспыхнул золотом и растаял в воздухе, не успела она даже его как следует разглядеть.
– Что это было?
– Волшебная клятва, – спокойно ответил Персиваль и вернулся к работе, как ни в чём не бывало.
– Мы так не договаривались! Хоть бы предупредили! – возмутилась Джун. Ей стало очень обидно, что колдун так поступил. Он же усмехнулся, не глядя на неё.
– То есть ты признаёшь, что собиралась меня обмануть?
– Нет! Просто… – Джун задохнулась от возмущения и обиды и тихонько шмыгнула носом. – Не хочу я быть заколдованной, вот! Что это за чары такие вообще?
– Итак, ты пообещала не колдовать, так что именно это ты делать и не сможешь. Так или иначе, чары тебя слушаться не будут. Но не волнуйся, бить зачарованные зеркала ты всё ещё сможешь.
– Ну спасибо… – Джун скрестила руки на груди и закусила губу. – Рассказывайте теперь, что вы делаете. Я же никакие ритуалы повторить не смогу. Но мне всё равно интересно.
– Ну что же. Существует общая канва для чар привязки духа-проводника. По сути, там нужны кристаллы, свечи и всякие ритуальные мелочи вроде магических кругов, но дальнейший ритуал в идеале должен персонализироваться для каждого случая. А поскольку я имею дело с уже существующим духом и всего лишь подвязываю ему новую форму, то работать мне приходится по уже готовой формуле, почти той же, что и раньше, с небольшой поправкой на дух Флинти.
Персиваль указал на расставленные перед ним предметы. В круг были выставлены свечи разных цветов, каждая из которых горела своим цветом. Между ними в круге поменьше было несколько кристаллов, перемежёванных четырьмя черепами животных, и наконец, в центре покоился человеческий череп. Норт в кошачьей форме сидела с краю, нетерпеливо подёргивая хвостом. Персиваль снова зажёг чёрную свечу и провёл огоньком круги, треугольники и линии между всеми разложенными вещами, работая аккуратно, как человек, которому приходилось это делать не раз. Магический круг светился золотом, пока он над ним работал, а по завершении стал нежно-голубым.
– Я обычно подбираю кристаллы и свечи в соответствии с тем, что собираюсь делать. Видишь, все кристаллы белые, синие или серые? А каждая из свечей имеет свой аромат, что тоже важно, когда взываешь к духам: им должно нравится, что
