любого размера на любой рот. Потом летучих мышей – керамических, плюшевых и металлических, в виде кулончиков, серёжек, ваз и пепельниц. Пауков с паутиной в том же ассортименте, даже вязанные на спицах попадались.
Разумеется, везде мелькало изображение ужасного вампира, раззявившего пасть с клыками, на сумках, кружках, значках и магнитах, и конечно же растиражированные фотографии замка, возвышающегося над деревенькой. Прототипом служили культовые образы актёров: Макса Шрека, Белы Лугоши, Кристофера Ли, причём самым популярным был почему-то белокурый Лесли Нильсен. Хотя уж он-то полная няшка-обаяшка…
Как я понимаю, также успехом пользовались «осиновые» колья, «святая» вода в фирменных бутылочках, «серебряные» пули на цепочках и прочая ерунда в виде детских арбалетов, раскрасок и наклеек. Мы вынуждены были выйти из машины, так как дорога стала совсем непригодной для передвижения на колёсах. Бесник вновь открыл над нами зонт.
Высыпавшие было к нам навстречу местные жители кто с испугом, а кто и с почтением расходились в стороны и старались исчезнуть из виду как можно скорее. Кое-кто бросал свою торговлю, остальные закрывали палатки, прячась внутри них. Недалеко скрипели покосившиеся деревянные заборы, которым на вид было лет сто. Деревянные домишки за этими заборам выглядели так же ветхо и неприкаянно.
Вдали на холмике тревожно блеяли овцы. Напуганный пастух, то и дело оборачиваясь в нашу сторону, торопливо гнал их в овчарню. Улица как-то сразу стала пустынной, как в голливудских боевиках, когда герой выходит один на один с главным злодеем мериться, у кого кольт длиннее. Солнце скрылось за тучами, так что мой отец даже решился закрыть зонт.
– Здесь почти всегда пасмурно, – сказал он, когда мы трое поднимались по узкой, мощённой камнем тропинке к замку. – Отчасти поэтому я и решил поддержать глупую легенду о том, что это мой замок. В своё время выкупил его вместе с городком, и теперь он действительно стал моим. И твоим, ведь ты – моя дочь. Имей в виду, это ценное наследство, Бран – самый дорогой замок в этой стране.
– А к самому дорогому замку в этой стране нельзя было сделать нормальную дорогу? Нормальный подъезд на машине? Надо обязательно идти вот так, по раздолбанной каменной лестнице, сворачивая ноги и проклиная всё на свете?
– О, это всё из-за туристов, дитя. Туристы хотят видеть не тронутое временем Средневековье. А Средневековье обязано быть страдающим…
– Надеюсь, нормальная ванна тут есть? Или хотя бы душ.
– Зачем? Сколько лет ты не мылась?
– Лет?! Я моюсь каждый день, утром и вечером!
– Какие глупые излишества, – фыркнул Дракула. – Ты очень странная, дочь моя…
Мы наконец-то дошли до двери, и мой отец постучал.
– Там кто-то есть? – напряглась я.
– И да и нет. Но не волнуйся, там нет живых.
Вот как раз после этой фразы я и начала волноваться…
Когда дверь открылась сама собой, моё волнение лишь возросло. Но граф и Бесник спокойно вошли внутрь. Вообще-то я бы предпочла уйти отсюда, но… куда? Тащиться одной вниз? А вдруг местные жители не будут мне рады? Факелов и камней мне уже хватило.
В общем, подумав несколько секунд, я прошла вслед за остальными, и дверь сразу же захлопнулась за моей спиной с такой силой, что порывом воздуха меня отбросило на пару шагов вперёд и я впечаталась носом прямо в спину Бесника.
– Вы в порядке, господарша? – обернувшись ко мне, спросил он.
– Нет! Я не в порядке! Я вампир! Я не могу вернуться домой! Вместо этого я таскаюсь по каким-то старым пыльным замкам в компании типа румына и типа графа Дракулы, который типа мой отец!
– Милое дитя, хотя бы ты не называй меня графом, это ужасно раздражает. Я – князь, господарь Валахии! Графом меня назвал этот глупец-писатель. Как там его? Чмокер, Стокер, Брокер… кажется?!
– Брэм Стокер, господарь, – с поклоном поддакнул Бесник.
– Но я должен быть благодарен ему, – не обращая внимания на подсказки фамильяра, задумался мой отец. – Благодаря его пошлой сказочке туристы стекаются к этому замку, а также ко всем моим владениям, как косули на водопой. Изо дня в день, из года в год, из века в век… Это сумасшедшие деньги, дитя! Кажется, даже при своей жизни я не был так баснословно богат. Возможно, ты не заметила, но во дворе того отеля на перевале Борго я даже приказал поставить памятник этому дураку-сказочнику, ведь как-никак, а мы обязаны ему всем, что имеем сейчас.
– Я не читала «Дракулу». Но смотрела фильм с Киану Ривзом, – вспомнила я.
Мы прошли через широкий зал и поднялись по лестнице, ведущей на второй этаж.
– Ты же знаешь, что этот… как там его… Киану Ривз тоже вампир?
– Ой, ну вот не надо, а? Всякому вранью есть предел!
– Он бледен, худощав. Он не стареет. И сводит с ума миллионы девушек, оставаясь одиноким. Неужели ты сама не додумалась соединить воедино все эти факты?
– Конечно же его тоже вы сделали вампиром? – скептически спросила я.
– Нет. Я не столь большой поклонник его творчества. Кроме того, в Америке есть свои вампирские кланы и свои традиции…
Бесник взял откуда-то керосиновую лампу, зажёг её и шёл на пару шагов впереди нас. На стенах узких коридоров висели мрачные портреты каких-то неизвестных людей, которые в полумраке и разглядеть-то было крайне сложно. Но мой новоявленный папаша занудно вводил меня в историю создания этого замка, а заодно и в историю фанатизма по вампиризму, благодаря которому это бизнес-предприятие процветает.
Процветает? Серьёзно? Да за минувшим поворотом на меня чуть не упал потолок! Не побелка, даже не люстра, а именно кусок потолка! Какое-то шестое чувство не дало мне задержаться у картины, где три прекрасные обнажённые девушки (на вид им было не больше пятнадцати) с самыми нежными лицами рвали на куски невинного ребёнка, наслаждаясь его хлещущей во все стороны кровью.
Может быть, дело в том, что я не люблю страдания детей, может, ловлю успешно забытые флешбэки из детства, но я сделала два быстрых шага вперёд, практически вплотную прижимаясь плечом к неспешно идущему графу, и в этот самый момент услышала грохот сзади. Когда мы обернулись, стало ясно, что часть потолка просто обвалилась, разлетевшись от удара об пол на десятки кусков, некоторые из которых были размером с мою голову…
Нет, я, конечно, привычная, в прошлом семестре на меня упал огромный кусок побелки в старом корпусе родного института. Мне тогда удалось увернуться, но волосы припорошило, и я весь день проходила «седой» на полголовы. Но это ж всё-таки институт в провинциальной дыре, который разворовывают ректор и две толстые проректорши. А тут какая-никакая, но Румыния, страна в Евросоюзе, куда их министры по сохранению культурных ценностей смотрят, а?!
Просто фраза «самый дорогой замок в стране» сама собой навела
