ничего не знал о смерти девушки?
— Нет. Он возмутился, но графиня его успокоила. Но я не слышал ее слов.
— Наверное, она сказала, что это Молли. Граф терпеть не мог эту девушку, — объяснил фогд Александру.
— Теперь мне можно умереть?
— Бог не простит тебе этого греха!
— Ну, тогда дайте чего-нибудь выпить.
Фогд достал из кармана плоскую фляжку.
— Вот, можешь выпить все содержимое, только верни фляжку. А что ты расскажешь нам о герцогине?
Кучер сделал большой глоток, крякнул и переспросил:
— О герцогине? С этой пожирательницей мужчин у меня не было никаких дел! Если я вру, пусть меня черти в ад утащат!
Они усадила кучера на лошадь и направились к усадьбе графа, где отдали его на попечение слуг, строго-настрого приказав следить за ним и не оставлять одного.
— Вы думаете его отпустить? — поинтересовался Александр.
— Да, он наказал себя сам. И кроме того, ему угрожали.
Семья Хольценштернов ждала их в гостиной. Александр чувствовал себя очень уставшим. В глазах щипало. Небо стало уже светлеть, когда они начали говорить с графом и его семьей.
— Фрекен Стелла может отправляться спать, ведь она не имеет ничего общего с нашим разговором, — предложил фогд.
Девушка вышла из гостиной, такая же равнодушная, как и всегда. А есть ли у нее вообще чувства, подумал Танкред. Он так устал, что едва держался на ногах. Но он понимал, что они подошли к разгадке тайны.
Граф с графиней расположились в креслах. Графиня мило улыбалась, а ее атласный халат лежал вокруг ног красивыми складками. Граф пытался сохранять спокойствие, но ему с трудом это удавалось.
— Так вы признаетесь, графиня Хольценштерн? — начал разговор фогд.
— Признаю что? — холодно парировала дама.
— Ну что ж, тогда начнем. Если я ошибусь, вы меня исправите. В воскресенье вечером вы были в гостях у Венделса. Приехав домой, вы поставили лошадь в конюшню. Но как раз в это время туда прибежали Молли с Джессикой. Джессика была в истерике, потому что ваш муж пытался ее изнасиловать.
Граф застонал. Графиня же только процедила сквозь зубы:
— Какая невероятная ложь! У этой девчонки больное воображение.
— Одна из девушек, одетая в плащ Молли, — невозмутимо продолжал фогд, — побежала в дом. Естественно, девушки вас не заметили. А вы решили, что в конюшне осталась Джессика. Вы ведь ее жутко ненавидели, не так ли? Вы должны были покинуть вскоре это поместье. Я навел справки и выяснил, что ваш муж сумел разорить и его, поэтому вскоре должен был разразиться грандиозный скандал. Но самое ужасное вы услышали на конюшне: ваш муж пытался изнасиловать вашу молоденькую родственницу. Это было невыносимо для вашей гордости и чести. Ведь все узнали бы, как неудачен ваш брак. Должен заметить, что мы знаем о вашем нежелании выполнять свой супружеский долг и прекрасно вас понимаем, графиня. Бесстыдство вашей сестры вызывало у вас отвращение. Вы ни в чем не хотели быть на нее похожей и ударились в другую крайность. Это, действительно, трагично, но ни в коей мере не извиняет вас. Ревновали ли вы графа к Джессике, утверждать не берусь. Не думаю. Хотя, возможно, вы и считали его своей собственностью. Во всяком случае, в конюшне вы испытали холодное бешенство и решили убрать соперницу. И бежали.
— Неужели ты позволишь им обвинять меня в этой гадости? — возопила графиня, обращаясь к своему мужу. Она лишь чуть плотнее сжала губы, но старалась держать себя в руках. Граф промолчал. Он побагровел от ярости — ведь он любил Джессику, и вряд ли ему было приятно услышать, что его собственная жена собиралась раскроить голову невинной девушке.
Фогд подождал, не последует ли каких-либо еще реплик, а затем продолжил:
— Наверное, вы видели, как другая девушка возвратилась в конюшню, а потом в ужасе бежала в лес. — Графиня по-прежнему безмолвствовала. — Но от тела необходимо было избавиться. Вы вернулись в конюшню — если только не прятались там все время — и только тут обнаружили собственную ошибку. Вы убили Молли! У вас был человек, у которого вы могли вытребовать угрозами помощь. Но он любил Молли. Вы оказались в весьма затруднительном положении. Поэтому вы прикрыли лицо девушки капюшоном и закрепили его. Кучер решил, что это действительно Джессика. А вы разработали план, как избавиться от тела. — Танкред внимательно следил за рассказом фогда, с трудом веря в его истинность. — На следующий день вы были у графини Урсулы Хорн, но ушли рано, сразу после Танкреда. — Юноша вздрогнул и стал слушать еще внимательнее. Он и не знал, что Хольценштерны ушли почти одновременно с ним. — Вы, графиня, заставили кучера перевезти тело Молли к озеру и сбросить его в воду. А вот что там делал ваш муж? Он ехал из старого замка — и попытался уверить вас, что нашел юного Паладина без сознания в лесу. Вы, графиня, шепотом, чтобы не услышал кучер, рассказали мужу, что нечаянно толкнули Молли и она умерла. Графу оставалось только принять это объяснение, чтобы не вызывать еще больший скандал. Он отправился своим путем. А Молли он никогда не любил. Весь следующий день вы раздумывали о старом замке. Не знаю, что вас навело на мысль о герцогине и ее отношениях с вашим мужем. А может быть, вы знали, что граф не прочь поволочиться за каждой юбкой. Но думаю, что вы предпочитали закрывать глаза на его эскапады. И тем не менее вам было интересно проверить все самой, и вы решили отправиться на разведку. Около руин вы заметили Дитера, а он заметил вас… — В этот момент фогд блефовал, поскольку Дитер ничего не видел и почти ничего не слышал. — Вы вошли в замок — и нашли там свою сестру. Вы всегда боялись скандалов, боялись испортить репутацию. А ваша сестра была скандалом сама по себе. И вы всегда ее презирали. А уж тут и ваш муж оказался замешан во всей этой грязи… Думаю, вы еще боялись и Дитера… Теперь же я хочу вам сообщить, что он сам принимал в этой афере самое непосредственное участие.
На улице графине промелькнуло выражение гнева и презрения, но она тут же взяла себя в руки.
— Вы боялись за собственную репутацию. И вы решили избавиться от очередной соперницы, как вы уже избавились от Джессики. А потом перетащили тело сестры в подвал. И убрали комнату, стараясь замести следы. Под конец посыпали пол золой. Но вот паутину вы сплести были не в силах. Именно это и навело нас на след герцогини.
Графиня выпрямилась:
— Вы закончили?
