Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 65
- Можно? - повернулась я к сестре Марии, спокойно наблюдавшей за мной.
- Можно, - кивнула она.
Сорвав грушу, я последовала за монахиней во второй, внутренний двор, классический клуатр: крытые галереи с четырех сторон, резные капители, колодец в центре, окруженный кустами роз. Кадки с лимонными и апельсиновыми деревьями еще не убрали в оранжерею, и рядом с ними стоял тонкий запах цветов и нагретой на солнце кожуры плодов.
Сестра Мария отворила дверь в скрипторий и вошла, жестом пригласив меня последовать за ней. Я помедлила: школьницам категорически запрещалось сюда входить, и моя филейная часть хорошо помнила розги, последовавшие за нарушением запрета. За обнаруженным нарушением запрета, разумеется.
- Ты хочешь переночевать в одной из келий, или в странноприимном доме? - поинтересовалась моя проводница.
- Лучше в келье, если это возможно.
- Конечно, возможно. Следуй за мной.
Келья была небольшой и очень светлой, тщательно выбеленной комнатой, с широким окном, выходящим в яблоневый сад. Я умылась и вымыла руки, старательно переплела косу - мать Филиппа терпеть не могла растрепанные волосы! - и повернулась к сестре Марии, все с тем же терпением ждавшей меня, сидя на стуле.
- Я готова. Мать-настоятельница примет меня прямо сейчас?
- Да, она сообщила, что ждет.
Хм, интересно, похоже, что сестры не чужды технического прогресса - коммуникатор у сестры Марии последней модели, как я успела заметить.
Настоятельница монастыря, она же директриса школы для девочек, мать Филиппа, была в своем кабинете. Как всегда. Думаю, как и последние лет двести - она была сильным магом воздуха и очень сильным целителем, так что в ближайшие годы монастырю не придется привыкать к другому руководству.
- Здравствуй, Александра!
Я склонилась в поклоне, но мать Филиппа вышла из-за стола и обняла меня.
- Хорошо, что ты приехала, - сказала она просто, и тут я, не удержавшись, расплакалась. О сестре Урсуле, на похороны которой я так и не попала, о давно кончившемся детстве, о потерянных школьных подругах...
Настоятельница не стала говорить мне какую-нибудь глупость типа "Не плачь", просто протянула белоснежный носовой платок и погладила по голове. Чем, естественно, вызвала новый всплеск слез.
"Соберись, Сандра, тебе не двенадцать лет!" - сказала я себе, шмыгнула носом и вытерла слезы.
- Простите, мать Филиппа...
- Ничего, все естественно и понятно. - Она улыбнулась. - Я читала в прессе о твоей помолвке. Хороший выбор. И у тебя получится когда-нибудь стать ему опорой, настоящей королевой, в тебе есть стержень.
Она взяла меня за подбородок и критически осмотрела лицо.
- Слезы высохли, отлично. У меня дело к тебе, Александра, - продолжила настоятельница деловым тоном. - И хорошо, что ты приехала, потому что иначе я послала бы за тобой. Дело в том, что сестра Урсула оставила тебе наследство.
Я совершенно неприлично вытаращила глаза. Что могла оставить в наследство монахиня, при пострижении отрекшаяся от любой собственности?
Настоятельница достала из воздуха и протянула мне не очень большой прямоугольный предмет, завернутый в белый, слегка пожелтевший платок тонкого шелка. Ну да, конечно, она воздушник, им такие пространственные карманы удаются лучше, чем другим магам.
Тут же, на журнальном столике, я развернула платок. Внутри была шкатулка из очень темного и явно очень старого дерева, крышку ее украшала резьба и скупая инкрустация перламутром. Вот только открыть ее не получилось, я не смогла даже найти не то, что замочную скважину - не было и никакой, хоть чуть-чуть заметной щелки между корпусом и крышкой. Мать Филиппа кивнула:
- Да, вместе с этим свертком в комнате Урсулы была записка. Она просила передать тебе, что открыть эту шкатулку сможешь только ты, и для тебя это будет проще простого.
- А записка сохранилась?
- Нет. Как только я ее прочитала, текст исчез. Пустой лист бумаги я, на всякий случай, не выкинула, ты можешь взглянуть, но за этот год там ничего не появилось.
Я взяла протянутый мне листок - действительно, обычный чистый лист бумаги.
- Это значит, что подсказки там не было, - медленно сказала я.
- Думаю, подсказка - в том, чему сестра Урсула учила тебя. Она ведь была артефактором, как и ты?
- Да... - я повертела шкатулку в руках, затем снова завернула ее в белый шелк и решительно встала. - Благодарю вас, мать Филиппа. Мне есть, о чем подумать, вы разрешите мне уйти в предоставленную мне келью?
- Иди, Александра, - мать Филиппа осенила меня благословляющим кругом Единого.
Я уже почти открыла дверь, чтобы выйти, но демон любопытства дергал меня за уши, не переставая. Поэтому я вернулась назад на несколько шагов и спросила:
- Мать Филиппа, простите... а вы можете научить меня делать пространственный карман?
Войдя в отведенную мне келью, первым делом я проверила освоенное (не без труда) заклинание кармана, сунув туда завалявшуюся в сумке карамельку.
Получилось, ура! Теперь надо тренироваться, чтобы емкость постепенно увеличивалась, а то это пока не карман, а так, кармашек, только конфеты и прятать. И почему никто не научил меня этому раньше?
Ладно, займемся делом.
Я поставила шкатулку на небольшой дощатый столик и развернула пожелтевший белый шелк. Дневного света из окна было недостаточно, и я зажгла небольшой голубой шарик-светильник, чтобы внимательно рассмотреть ткань. Да, это шелковая туаль - некрученые нити, полотняное переплетение, самое простое из возможных. Края подрублены вручную, очень тщательно. На ткань заклинания ложатся плохо, хуже, чем на нити; на шелк - хуже, чем на хлопок и лен. А здесь - я переключилась на магическое зрение - здесь есть след какого-то заклинания, но именно что след. Уже даже не понятно, что это было. Поскольку сестра Урсула не знала, когда я появлюсь, можно предположить, что важным оно не было. Для меня важным, во всяком случае.
Хорошо, переходим к шкатулке.
В магическом спектре шкатулка светилась ровным бледно-розовым светом. Ровным! И это было странно: обычно банки, коробки, шкатулки, сундуки и прочие вместилища, состоящие из емкости и крышки, светились неравномерно. Самый сильный свет должна была излучать линия разъема. А здесь ее не было видно в магическом спектре, так же как и в обычном!
Задумчиво потерев нос, я вернула шкатулку на стол, встала и прошлась по келье, ровно четыре шага в одну сторону, от двери до окна. И еще четыре от окна до двери.
Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 65
