Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 78
— Ты видел? — спросила я у Ганса.
На что он холодно ответил:
— Нет, и ты не видела…
— Неужели никто не посчитает необходимым заступиться?
— Ты о чем? — Ливи и Эсмира, сидящие теперь не по бокам от нас, а впереди, заинтересованно оглянулись.
— Да… глупости.
Иного ответить не успела, зал погрузился в темноту, а затем вновь озарился светом, и леди Ритшао исчезла вместе с тьмой. Я оглянулась в поисках ее рыжей шевелюры, увидела ее уже на выходе и обратилась к огневику с просьбой:
— Ганс, пропустите меня.
— Сидите, Ирэна, смирно.
— Но почему?
— Потому что за вами уже наблюдают ее охранники. — И, чуть понизив голос, сообщил: — Двое у дверей, двое сидящих справа от опустевшего места и еще двое как раз сзади нас.
— Откуда?..
— Оттуда, — ответил он, не меняя каменного выражения лица. — И мне бы не хотелось полночи объяснять, что вы из провинции и не знаете столичных поря…
Договорить он не успел, прямо перед нами возник вампир пугающе серьезного вида.
— Вы служка профессора Лесски? — спросил он, показав немалые клыки в сдержанной улыбке.
— Да, — прошептала с перепуга.
— Простите, мисс, но мне поручено узнать ваше имя.
В черном сюртуке, рубашке, жакете, брюках и шейном платке с ярко-красной брошью серокожий выглядел до дрожи устрашающим. Поэтому нет ничего удивительного в том, что имя свое я произнесла с невозможным заиканием:
— Ир-ир-рэ-на Ад-дал-лиер…
И возникает вопрос, не для моего ли надгробного камня информация? А молодой серокожий с абсолютно белыми волосами смотрит на меня тяжелым взглядом красных глаз и странным образом улыбается.
— Я украду вас у вашего спутника?
Не успела спросить: «Зачем?», как Ганс кивнул с умным видом, девочки поддержали с удивленным видом, и вампир, взяв меня за руку, исчез. И я вместе с ним растворилась в пространстве зрительного зала.
Всевышний!
Имя отца и матери, сестер и ближайших родственников со стороны родителей я назвала без запинки. С целью визита в столицу пришлось немного поюлить, прежде чем озвучить печальную историю крибы, которая отвергла жениха. Далее, многократно сократив скитания по стране, я со спокойной совестью назвала имя правообладателя и свой срок службы. Моим поздно проснувшимся даром, неоконченным образованием и брачным контрактом вампир в костюме, состоящем из исключительно красных вещей, не интересовался. Зато ученый серокожий муж в белых одеждах пожелал провести полноценный медицинский осмотр, дабы убедиться, что я не вредна.
Формулировка о вредности окончательно вывела меня из себя, и я зло прищурилась, пообещав:
— Только посмейте ко мне прикоснуться! Клянусь Всевышним, от возмездия вы уползете исключительно как червь.
— То есть? — не понял он.
— Все члены повыдергивает, — пояснил тот первый, что забрал меня из театра. И он с улыбкой обратился к вампиру в белом: — Фрид, осмотр не потребуется, леди уже ждут.
— В крематории? — пролепетала я, отшатнувшись от него, поспешила спрятать руки за спину.
— Можно и так назвать, — согласился вампир в черном и взял меня за локоток.
И в следующее мгновение я оказалась в разрушенной комнате перед очами металлистки. Эвения говорила много и эмоционально, но, глядя на ее занятие, я запомнила лишь основное:
Скоро состоится бал.
Ей нужна помощь.
Она не может так больше.
И все отказываются ее сопроводить.
Остальное не осело в памяти, потому что, пока я жалась к открытой двери, троюродная сестра королевы прицельным попаданием металлических копий методично разбивала в комнате абсолютно все объекты обстановки. Поначалу я, перепуганная допросом и перемещением, не видела, как в руках женщины сформировывались метательные предметы. Но через полчаса рыжая красавица подустала, мельтешение ее рук под гневную речь значительно замедлилось, и я смогла увидеть, как с тонких пальцев срываются металлические чешуйки. Еще чуть позже различила, как они образуют короткое копье и уже оно с немыслимой скоростью и силой превращает последнее кресло в решето. Момент возврата чешуек в руки металлистки я все еще не видела, но уверена, через дополнительные полчаса такой тренировки мне бы открылась и эта истина. К слову, на беспорядок в спальне Дейра после визита Эвении я уже смотрела под совершенно другим углом. И в какой-то мере понимала вынужденное бегство профессора и его испуг перед очередной встречей с леди Ритшао.
Сейчас, упираясь спиной в закрытую дверь и держась за медную ручку как за спасательную соломинку, я мечтала исчезнуть и оказаться где-нибудь за тридевять земель от разъяренной и раздосадованной красавицы королевских кровей.
— Я обязана пойти! — сообщила металлистка и замахнулась в сторону окна. Звон стекла, треск дерева были как гром среди ясного дня, но неожиданно разбитый витраж восстановился без потерь. Верный признак того, что королевский дворец магически защищен и напитан, в него просто так не проникнешь и не сбежишь.
— Но не смею явиться туда в гордом одиночестве… без мужчины. — Еще один замах, и история повторяется: разрушение и стремительное восстановление оконного чуда вслед за ним.
— Почему? — спросила, с трудом разлепив прикушенные от волнения губы.
— Это станет моим проступком, — встряхнув руками, она сжала кулаки, — и, как сказал глава рода, проступком, достаточным для отречения.
Произнеся это, рыжая красавица плавно опустилась на пол и закрыла лицо руками.
— Вы… — подбирая слова, я мысленно молилась. Всевышний, пусть этот разговор обойдется без ее истерики! Ей же хуже будет… — Вы хотите, чтобы я уговорила Дейра Лесски пойти с вами?
— Н-нет. — Эвения убрала руки от лица, вопреки всем моим страхам абсолютно сухого, и гордо выпрямилась: — Он отказался, а я настаивать не стану и просить не буду. Последние события, произошедшие в моей семье, прямо говорят о том, что от меня решено избавиться.
— Зачем? — искренне удивилась я. — Понять не могу, для чего с вами решено поступить столь жестоко.
— Через восемь лет мне исполнится сорок один, такой балласт в качестве ценной невесты с рук не сбыть. — Поморщившись, как от головной боли, металлистка пояснила: — Меня решено удалить с поля политических игр и заменить какой-нибудь дальнеродственной глупышкой с даром, какой и я по молодости была.
От удивления я наконец-то разжала онемевшие пальцы и отпустила дверную ручку.
— То есть бал — это лишь предлог для отречения?
— Один из сотен. — Горькая усмешка и правда, которая вряд ли известна многим. — Последние два года мне легко удавалось обойти мелкие каверзы, все, кроме этой. Кто знает, быть может, и отказы я получала по указке сверху…
Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 78
