— Спасибо… а где Луидия?
— А ты когда ее видела?
— Недавно… она вот тут стояла, где ты сейчас стоишь. Говорила, какая я дрянь… что не сдохла… и хотела меня ещё чем-то напоить.
— А почему ты не кричала? Не защищалась? Ну хоть подушку могла в нее бросить и убежать?
— Так меня же амулет сковал! — обиженно вытаращила глазищи Мелания. — Тот, что висит у нее на груди! Ей батюшка купил на случай, если какой злодей нападет! Там камушек повернуть нужно… она сама рассказывала.
— Вот как… — прищурилась Кася. — Тогда ешь пока, я схожу в одно место. И никого не бойся, тебя Чарыш охраняет… Вот он, видишь?
— Ой… — тоненько ахнула девчонка, и Кася разочарованно вздохнула: ну вот почему они такие наивные, эти ястребицы!
Подружку с ядом не боятся, а на хорошо обученного зверя смотрят, как на шамана с ритуальным ножом в руках.
— Красивый! А погладить его можно? — рассмотрев Рыжа, выдохнула новоиспеченная ученица и робко уставилась на чародейку.
— Ну погладь, — сразу подобрела Кастина, но понять это по ее виду незнакомому человеку было невозможно. — Чарыш! Это свои! А ты поторопись, у меня дел много!
— Можно к вам? — вежливо стукнув в дверь, мягко поинтересовался Ольсен и ошеломленно приоткрыл рот, рассмотрев, как вспыхнуло радостью лицо любимой женщины.
— Ты вовремя пришел, пойдем, я тебе в коридоре всё расскажу, — ловко вытолкала его травница и захлопнула за собой дверь. — Оль, беги к Саргенсу, скажи, что у убийцы был амулет от злодеев, она им Милу и обездвижила. Пусть ищут… не то быть беде. Я с Милой посижу.
— Ну уж нет! — мигом сообразил мельник, куда помчится мстительная девица, если сумеет уйти от охраны. — Я с тобой остаюсь, не по чину мне бегать!
И яростно задергал шнур звонка.
Прислужники на такой сигнал примчались втроем, а едва разглядев, кто их вызывает, подтянулись и стали необычайно серьезными. Выслушали четкие и короткие указания и помчались в разные стороны.
— Если не хочешь, чтоб я вам мешал, то могу посидеть в коридоре, — примирительно предложил алхимик, преданно глядя на травницу, и она не выдержала этого взгляда. Ненадолго прижалась к широкой груди Ольсена, нежно провела ладошкой по его гладкой щеке и кротко улыбнулась.
— Ты хочешь, чтоб все свахи возненавидели меня окончательно? Нет уж… иди к внукам, я тоже скоро приду. Дождусь только Саргенса.
— Учти… я ревную, — выдохнул ей на ушко мельник, облапив по-молодому сильными руками. — И что мне делать у внуков? Ясно ведь… о чем он расскажет братьям, и какое они примут решение, тоже не новость. Молодость… А вот ты, может, подумаешь ещё хоть чуток? Поживем в Ставине… или тут останемся.
— Я могу и подумать, — вздохнула Кася, — да только от этого ничего не изменится, Оль. Ты ведь и сам хотел бы туда попасть… признавайся уж. Да и наши с тобой головы им не помешают, какая-никакая, а помощь. Хотя они все и опытные воины… но сам знаешь… иногда и безделица может спасти. Иди к ним… послушай, чего решат.
— Саргенс придет, потом пойду, — уперся Ольсен и еле слышно взмолился: — Ну не сердись, Касенька. Я себе клятву дал… больше никуда и никогда от тебя не уходить.
— Хоть бы дождя не было, — буркнул Илстрем, легонько хлопая на прощанье сыновей по плечам.
— Сегодня будет погожий денек, — коротко пообещала Бенра и с помощью Ансерта полезла на огромного чародейского тэрха.
Она ехала вместе с Меланией, уже сидевшей в заднем кресле, и Анс старательно прятал недовольство таким распределением мест. Однако спорить вслух не решался, помня предостережение Веси насчет ухаживания.
В этот раз всем огромным зверям пришлось везти по два седока, но они этого, казалось, и не заметили. Лишь Проныра нес на спине одного Рыжа, удобно устроившегося в специальной огромной корзине.
— Пора, — кивнув напоследок князю, коротко приказал Саргенс, и маленький отряд покинул поместье Даренса через те ворота, что вели к выгону.
Маг, сам себя назначивший командиром, вовсе не собирался заезжать в Ставин. Пользуясь тем, что тэрхам не нужна дорога, он направил их напрямик через поля и перелески. Благо, дождь кончился ещё вечером, и весенний ветерок слегка подсушил поросшие молодой травкой лужайки с еле заметными прошлогодними тропами.
— Ты можешь поспать, — предложил чародей, оглянувшись на Дарса, — там есть веревка, привяжись за пояс.
— Нет, не умею я спать в дороге, — отказался княжич, поглядывая на Весю, ловко свернувшуюся калачиком в своем кресле, — даже в повозке никогда не засыпаю. Так что, если хочешь отдохнуть, я поведу отряд.
— Не сейчас, — отказался Саргенс и уставился на дорогу. Тэрхи, конечно, умные животные, но если не следить, полезут прямо по кустам, ничуть не заботясь о сидящих на спинах людях.
Хотя путникам очень повезло, что они выехали на пару дней раньше, чем намечали, — не придется ехать до Антаили верхом. Сегодня вечером Тонрел отправляет грузы на Ойрет, и они как раз успевают к отплытию. Маг вздохнул и покосился на заснувшую Весю — ей пришлось в эти дни работать больше всех. Проклятая комедьянтка запутала судей своими внезапными переходами от слез к ругани и очень ловко сумела спрятать боевой ментальный амулет, который носила под видом защитного. И значит, была намного хитрее и опаснее, чем можно было судить по ее поведению. Теперь она едет в цитадель в особой повозке для преступников, настоящей камере на колесах, прикованная к ней цепью и для надежности опоенная сонным зельем.
А Весе пришлось два часа провозиться с обожженным охранником, который по приказу Луидии полез отпирать ее камеру, не догадываясь, что Саргенс поставил на замок защиту. Просто так поставил, по привычке, а вовсе не из предусмотрительности. Ну, никак не мог он ожидать от подлой девицы ещё какой-нибудь пакостной выходки, да и парни у Даренса вымуштрованы, как настоящие воины. И тот, что охранял подвал, был одним из лучших… вернее, таким и остался, хотя полежать в постели дня три ему придется.
А когда побледневшая и едва не шатавшаяся от усталости княжна, оставив наставницу дежурить возле постели нового пациента, появилась в дверях гостиной, где собрались все княжичи, озверевший Берест заявил, что ему надоели такие праздники и они немедленно уезжают. Благо Ольсен тоже был рядом и сумел убедить внука повременить, хотя и пришлось ему постараться. Окончательное решение, примирившее всех, вынесла обессиленно полулежащая в руках мужа Веся.
— Вот приедут к обеду матушка с батюшкой, и отпразднуем свадьбу, как раз братья так удачно прибыли. А поедем рано утречком, перед дорогой нужно хорошенько выспаться.
