— Я понимаю, — этих двух слов было достаточно, чтобы мужчина обернулся. — Да. Понимаю и чувствую.
Накопившаяся усталость дала выход. У Лили было слишком много времени для размышлений, и мысли не утешали. Так быстро потерять своих близких… Родители без сомнений отпустили ее «во взрослую жизнь», не поинтересовавшись, а все ли действительно хорошо. Даня, который так легко отказался от нее, не желая выяснить причину.
Она понимала, что это к лучшему, но мысли кружились в голове часами, оставляя на душе печать одиночества. И в ней уже не обвинить Ара, ведь мог быть кто-то другой, другие обстоятельства, а результат остался бы прежним — она одна.
— Не плачь, — и это был не приказ, а просьба, похожая на мольбу.
— Я не из-за тебя, — всхлипнула Лиля и совсем некрасиво вытерла лицо рукавом пижамы.
— Мне от этого не легче.
Зверь тянул Ара подойти ближе. Но Лиля сама пробежала несколько шагов и уткнулась лицом в мужскую грудь. Стиснула со всей силы в объятиях и не переставая рыдала.
Мужчина не ожидал, растерялся, но, отмерев, обнял в ответ, мягко поглаживая спину.
— Константина позвать? — спросил он.
— Нет, — жалобно пропищала девушка в ответ. — Я сейчас успокоюсь.
Боясь пошевелиться и спугнуть, Ар не предпринимал никаких шагов. Сдерживал себя, хотя хотел подхватить девушку на руки и усадить к себе на колени, стереть слезы с ее лица и пообещать, что все будет хорошо.
— Меня полтора месяца никто не обнимал, — оправдываясь, Лиля потерлась лицом о мужскую рубашку, осушая слезы. — Никогда не думала, что это так важно.
— Я не в обиде, — Ар пытался отшутиться.
Он прикоснулся к мягким волосам, пропустил сквозь пальцы пшеничную прядь.
Зверь урчал от удовольствия, наслаждаясь близостью пары, вдыхая ее запах.
— Это, наверное, гормоны. Да, скорее всего, — успокоила себя Лиля, всхлипнув.
— Угу, — согласился Ар и втянул аромат волос, уткнувшись в девичью макушку. Он мог вечность стоять так, держа девчонку в объятиях.
— Мне завтра рано вставать, — тихо произнесла Лиля, когда рыдания сошли на нет. Не поднимая головы, она освободилась от объятий и забралась под одеяло. — Спокойной ночи.
Пожелав приятных сновидений, Арнар не позволил себе лечь рядом, жгуче желая прижаться к девчонке и согреть ее своим теплом. Вместо этого он тихо вышел на улицу и отпустил зверя резвиться.
***
В семь десять Лиля, одетая, с укладкой, макияжем и улыбкой на лице, шагала к особняку. Вот точно, сегодня ничто не сможет ей испортить настроение, даже хмурое выражение лица Ара, стоявшего рядом с машиной.
— Доброе утро! — Улыбка не сходила с лица девушка.
— Доброе, — то ли хмыкнул, то ли фыркнул после приветствия оборотень и сел за руль.
Лиля забралась назад и, сложив руки на коленях, напоминала себе примерную школьницу, ожидающую, когда учитель спросит на уроке.
— Никаких инструкций? — спросила она. Приподнятое настроение мешало молчать.
— Больничный в деканате. Для всех ты болела.
— А чем?
Арнар повернулся, облокотившись на пассажирское сиденье.
— Это важно?
— Не знаю, — Лиля пожала плечами, — вдруг всю легенду запорю.
Ар с прищуром посмотрел на девчонку и не мог понять, она серьезно волнуется или же смеется над ним.
— Ну, а что я тебе говорил, мелкая. Уже ждут. — Митя открыл дверь авто и помог Эле сесть. — Что, Цветочек, готова грызть гранит науки?
— Да! — воодушевленно ответила Лиля, заерзав на сиденье и выдавая свое нетерпение.
— Вы серьезно? — Эля застонала, глядя на Арнара за рулем. — И так пальцем тыкают, а теперь с двойным усердием будут. Хотя бы в универ с нами не пойдете?
— Нет, — коротко ответил Ар и завел автомобиль.
— Не-а, — подтвердил Митя, — не пойдем, а пойду. — Он указал на себя пальцем. — Мне велено глаз не спускать. Буду с вами за одной партой сидеть. — Приветственно махнул рукой охране у ворот.
Лиля с Элей переглянулись и в один голос произнесли:
— Ни за что!
— А что делать, девочки, — развел ладони и состроил печальное лицо парень.
— Уж лучше дома остаться, — заныла Эля, представляя, как одногруппники поизмываются над ней.
— Нет! — возмутилась Лиля. — Мы едем учиться! — Твердо взглянула на подругу и прошипела: — Я готова сидеть за одной партой со всеми Рокотовыми города, даже пару могу на колени посадить.
С водительского сиденья раздался тихий смешок.
— Ну если так настаиваешь... Но лишь с одним условием, на коленях сидеть будешь ты. — Ар взглянул в зеркало заднего вида и улыбнулся, глядя на растерянное лицо.
— Господи, да пошутили мы, — Митя прекратил дальнейшие возмущения и вернулся взглядом на дорогу. — Говорил же, поверят, — шепнул Ару.
