Проще любить самой и страдать, чем доставлять неудобства кому-то другому, особенно если этот кто-то склонен терять голову.
Голодное время, вынудившее перевертышей искать альтернативные способы пропитания было наполнено событиями, не только хорошими, но и плохими. В тот первый год, когда из леса сбежало зверье и молодую приемную дочь вожака убедили помочь стае – Рэ никогда не противилась этому, ей нравилось чувствовать себя особенной, знающей, сильной, способной справляться с чем-то, что иным не под силу, и при этом еще и помогать отцу – торговля шла ни шатко ни валко.
Полукровка только оттачивала навыки общения и обучалась правильно говорить, отсутствие элементарных знаний о том, как себя вести, и неспособность быстро считать не помогали ее стае. Рэйару обманывали в одной деревне, прогоняли из второй, а в других она долго пыталась вспомнить что нужно говорить и чаще просто показывала пальцем на нужный товар. Впрочем, иногда девушке везло и она, одетая в шкуры, с оружием, рукоять которого была сделана из костей и украшена камнями, выкопанными в какой-то пещере, уходящей вниз к грунтовым водам, в бусах из олених рогов и клыков поверженных ею лично хищников представляла собой витрину. В крупных поселениях находились любители похвастать добычей, пусть у них ее отродясь не водилось, встречались дамы, желающие заполучить шкуры и меха; а в отдаленных от полноводных рек поселениях весьма ждали вяленную рыбу или водяных гадов для пропитания или каких-то секретных рецептов молодости. Всякие морские обитатели в больших количествах хранились у запасливых перевертышей в засушенном или копченом виде.
Стая считала их последним, что следует есть, ими чаще тренировали нюх молодняка или добавляли для наваристости в похлебку, если больше ничего не оставалось, а вот люди и зэмэски считали это деликатесом. Калнсы и их полукровные родственники скупали рога и засушенные внутренности крупного скота. Еще больше некоторые весьма странные вещи любили гаратмини – народ, представители которого были способны сохранять множество знаний, предсказывать будущее, видеть прошлое и воскрешать целые леса, пусть и всего несколько раз в жизни, но при этом не могли справиться с тем, чтобы обзавестись потомством. Они с удовольствием выкупали заячьи кости, которые оставались в качестве трофеев у большинства перевертышей. Рэйара слышала, что гаратмини перемалывают товар в порошок и пьют с какими-то травами. Этим же, но смешанным с рыбьим жиром, смазывали определенные части тела.
Несмотря на трудности, которые постоянно возникали на пути женщины, она все же умудрялась что-то обменивать и получать столь желанное пропитание. Рэ не нравилось бегать за людьми, убеждать их или уступать, порой люди доводили ее, и единственное желание, которое часами преследовало полукровку было оторвать самоуверенным нахалам головы. Из-за отсутствия таланта к торговле Рэйара брала уверенностью, решимостью и еще больше усидчивостью. Долгие зимние вечера она стояла на площади, отряхивала со шкурок и рогов непрекращающийся снег едва гнущимися от холода пальцами.
Когда стая отправлялась дальше, ближе к более теплым местам, где снег считался явлением не то, чтобы невероятным, но довольно редким, меха, шкуры и рыба начинали цениться в попутных городах значительно меньше, зато украшения из рогов и костей предпочитающих холод животных заметно дорожали. Удобнее и выгоднее всего было торговать посередине между первыми и вторыми поселениями.
Благодаря прекрасной идее вожака использовать удобный обмен, чтобы выжить, стае стало легче. Перевертыши-волки выживали и, хоть и чувствовали себя все еще недостаточно приспособленными к любым жизненным передрягам, перестали голодать. Детеныши крепли почти так же быстро, как и в сытое время, страх за их жизни отступал.
Другим стаям повезло меньше. У них в запасе не имелось подобных полукровок, а чистокровных перевертышей довольно быстро распознавали и выгоняли – все же на небольшом пятачке всегда появлялись проблемы с чрезмерной известностью. Рано или поздно люди понимали, что уже встречали зверолюдов, и если некоторая часть не видела проблемы поторговаться, то власти и стража предпочитала оградить горожан от общения с опасными тварями.
Отец Рэ не стал отказывать нуждающимся в помощи стаям и предложил объединиться на время голода. Это было нормальной практикой, не порицалось и, напротив, считалось правильным, когда перевертыши во времена недостатка еды или засухи забывали о своих конфликтах и кучковались для выживания. Для того, чтобы выкарабкаться из неприятностей и помочь потомству, они были готовы на все и понимали, что чем больше стая, тем больше шансов прокормиться и придумать выход из ситуации.
Чаще собирались те группки народа, что находились в одинаковых обстоятельствах, но отец Рэ не стал следовать сложившимся правилам. Он был готов поделиться тем, что имел и предлагал свои земли местом сбора, охотно соглашаясь принять всякого желающего.
Первыми на зов откликнулись две стаи медведей – с вожаком бурых отец Рэйары всегда общался как со старым добрым другом, тем, кто имеет свое мнение и свой путь, но находит и точки соприкосновения. Три дочери-медведицы же выразили радость от встречи с приятельницей-полукровкой, уже пару раз они охотились вместе. Необходимость покинуть свои земли ничуть их не огорчила, в отличие от их вожака. Черные медведи редко общались с волками, но, поскольку делить пока было нечего, тоже решили ответить на призыв. Именно среди них Рэйара повстречала весьма приятного юношу.
Медведь немногим старше полукровки, насколько она знала всего на несколько лет – из-за медленного развития Рэ разница была ощутимой – источал уверенность и силу, и, хоть и не отличался особой болтливостью, очаровал девушку. Перевертыши много времени проводили вместе, легко обходясь без слов, пока бегали по лесу. Спустя годы Рэйара не могла утверждать, что в тот момент была влюблена, а не просто дружила, но тогда ей казалось, что она испытывает самые теплые чувства. И, конечно же, они должны продлиться вечность и крепнуть с каждым днем.
Через некоторое время к стаям присоединились красные волки и лисы. Последние предпочитали не вступать в открытые беседы, обустраивались чуть подальше, охотно обменивались и помогали, если их просили, но чувствовали себя надежно только в обществе друг друга. Лишь парочка молодых лисов решились поздороваться с молодняком медведей и волков, но их матери тут же загнали болтунов обратно по строящимся домам и отругали.
Рэйара из любопытства сунулась к лисам. Те встретили дочь волков вежливо, угостили, в дом не пригласили, но и прогонять, как заблудшую шавку, не стали. Поначалу полукровка думала, что всему виной гостеприимность, но после отец пояснил, что хитрецы боялись обидеть его и испортить тем самым отношения. Он наказал перевертышу не соваться куда не
