— Наверное, твоя мать просто счастлива…
Я осеклась, слишком поздно осознав, что не стоило этого говорить. Ох, последнее дело в любовные разборки втягивать родителей! В конце концов, Арчер — взрослый мужчина, точнее, дракон, уже достигший возраста полета в тенях, а следовательно, способен принимать самостоятельные решения.
Но почему-то я не сомневалась, что именно мать Арчера приняла наипервейшее участие в зарождении и развитии этих чувств. Бедняжка, наверное, все колени стерла в молитвах, благодаря богов за то, что ее любимый сынок одумался и свернул на верную дорогу.
— Ну вообще-то, с Арчибальдой меня познакомил отец, — промямлил Арчер, и по его длинному аристократическому лицу пошли некрасивые пятна волнения.
Арчибальда? Я с величайшим трудом удержалась от презрительного фырканья. Это что еще за имя такое?
А Арчер помолчал немного, собираясь с духом, и продолжил запинающимся тонким голоском:
— Тами, я понимаю, что ты злишься на меня. И ты имеешь на это полное право! Но я действительно очень сильно люблю Арчибальду! Я с первого взгляда понял, что мы предназначены друг для друга и являемся двумя половинками единого целого. Даже наши имена похожи: Арчер, Арчи, моя татуировка, мое внутреннее я и Арчибальда. Это не может быть простым совпадением!
— Помнится, не так давно ты с такой же страстью убеждал меня, будто я — твоя единственная любовь, — поморщившись, перебила его я.
— А чуть ранее едва не убил меня, уверовав, будто я — твой настоящий враг, — тихо, будто разговаривая сам с собою, произнес Морган.
— На этот раз ошибка исключена! — твердо заявил Арчер, правда, по-прежнему избегая взглянуть мне в глаза. — Я в этом абсолютно уверен. К тому же и родителям Арчибальда нравится…
Арчер осекся, сообразив, что сболтнул лишнего. Потупился, мгновенно залившись краской смущения до корней волос.
— Естественно, она им нравится, — с сарказмом хмыкнула Ульрика. Она по-прежнему восседала на каминной полке и болтала ногами, по всей видимости, пребывая в полном восторге от этого разговора. — Нейна Деяна с величайшей радостью лицезрела бы в качестве твоей невесты даже необразованную крестьянку. Да что там — крестьянку. Вдовушку с выводком малолетних детей. Лишь бы не принимать в род арахнию, которая к тому же является дочерью тролля.
— Арчибальда — не крестьянка и не вдова! — гневно фыркнул Арчер, явно не сообразив всего смысла высказанного феей. — Она — дочь старого приятеля моего отца…
И он опять осекся, заметив ядовитую усмешку на губах феи. Даже я невольно заулыбалась, хотя больше всего на свете мне хотелось выбежать из комнаты и спрятаться где-нибудь, лишь бы не участвовать больше в этом фарсе.
— Кто бы сомневался, — пробормотал себе под нос Морган. — Конечно же, Арчибальда — дочь старого приятеля нейна Ильриса. И драконица, я ведь угадал? А значит, никаких неприятных неожиданностей свадебный ритуал не принесет.
— Вы все неправильно поняли, — почти прошептал Арчер. — Я действительно люблю ее. И мои родители тут ни при чем!
— Кстати, а что насчет траура по Шериону, объявленного на год? — вопросил Морган. — Почему-то мне кажется, что твои родители предпочли забыть о нем, а то вдруг ты передумаешь. Наверняка свадьба по традиции назначена на день осеннего равноденствия. Верно?
Арчер не стал отвечать. Он опустил голову, и его оттопыренные уши запылали ярко-алым пламенем стыда, без всяких слов подтверждая верность догадки Моргана.
В этот момент мне нестерпимо захотелось погладить его по голове, подарить конфетку и пообещать, что злые дяди и тети больше не будут докучать ему неудобными вопросами. Слишком сильно он стал похож в этот момент на несправедливо обиженного малыша. Но себя мне было гораздо жальче.
— И когда ты собирался сообщить мне о столь радостном и счастливом событии в твоей жизни? — нарочито равнодушно осведомилась я, чувствуя, как в глубине души начинает зарождаться буря бешенства.
Мне до безумия хотелось взорваться криком, наброситься на Арчера с кулаками, расцарапать его лицо в кровь, да так, чтобы на всю жизнь остались шрамы. И тогда каждый взгляд в зеркало напоминал бы ему о предательстве и о том, как подло и низко он поступил со мной.
— Скоро, — так тихо, что мне пришлось напрячь весь свой слух, выдохнул Арчер. — Честное слово, не сегодня — завтра, но я бы обязательно сообщил. Каждый день собирался, но постоянно что-то мешало. К тому же я еще не очень хорошо ориентируюсь в тенях. Мне нужна была помощь, чтобы отыскать тебя. А мои родители занялись подготовкой к свадьбе… В общем, все как-то не складывалось.
— Ясно, — обронила я, почти не разжимая презрительно поджатых губ.
— Но с другой стороны, ты ведь все равно стала арахнией! — Арчер неожиданно вскинул голову, воровато посмотрел на меня и тут же отвел взгляд, но в его голосе прорезались обвиняющие нотки. — Ты прекрасно понимаешь, что наша свадьба в этом случае была бы совершенно невозможна!
— И опять-таки я припоминаю, что совсем недавно ты клялся и божился, будто готов пойти на любой риск, но возьмешь меня в жены. — Я пожала плечами, со злорадным удовлетворением наблюдая, как на лице моего бывшего жениха мгновенное было воодушевление вновь сменяется унылой досадой и неловкостью. — Мол, свадебный ритуал способен уравнять наши тени.
— Да, но… — опять замямлил было Арчер.
— Ну все, достаточно! — со злостью оборвала его я, не имея ни малейшего желания выслушивать его смешные оправдания. Так резко встала, что порывистым движением едва не опрокинула тяжелое кресло. И вышла прочь из гостиной, не отказав себе в удовольствии напоследок как следует грохнуть дверью.
* * *
За порогом дома плескались влажные июльские сумерки. Сильный ветер безжалостно гнул старые яблони, и они жалобно трещали, осыпая землю листвой и сухими ветвями. Но в воздухе чувствовалось тепло. Значит, затянувшаяся непогода уступает свои позиции, и не сегодня, так завтра опять наступит жара.
Я стояла на высоком каменном крыльце и наслаждалась свежим воздухом. Казалось, что я провела взаперти целую вечность. Воистину проклятый дом! Даже сейчас мне чудилось, будто из окон и распахнутой настежь двери ко мне тянутся призрачные руки несчастных, замученных в жилище некроманта. И они шепчут, умоляя остаться здесь, разделить с ними горький хлеб одиночества и разочарований. И я была почти готова поддаться их уговорам. Мертвые ведь не предают, в отличие от живых.
Я несколько раз тряхнула головой, отгоняя наваждение. Нет, моя обида на Арчера не настолько сильна. Да, конечно, досадно, что он так поступил со мной. Но с другой стороны, я ведь с самого начала предполагала, что у нас ничего не получится. Как там сказал Седрик? Если действительно любишь, то не сомневаешься?
