к магии, либо просто сторожит проход с той стороны. Судя по планам замка, которые я помнил, он может вести в караулку и арсеналы…
Я не стал испытывать судьбу. Бесшумно, шаг за шагом, двинулся назад, к лестнице. Скрытый ход остался слева, за стеной, вместе с его невидимым обитателем.
Теперь оставалось проверить последний отворот доступного коридора на первом этаже — и можно будет сосредоточиться на втором. А потом, боюсь, времени до ужина у меня не останется…
Вернувшись к развилке и пройдя вдоль стен, я достал из кармана ещё одну игрушку, которую охрана сочла бы обычным украшением — крошечную стеклянную пластинку, покрытую с одной стороны тонким слоем ртути. Лаверий называл это «ведьминым глазом» и клялся, что пластинка реагирует на любое магическое плетение в радиусе трёх шагов.
Я поднёс её к стене.
Ртуть на стекле дрогнула, пошла рябью, и в глубине пластинки проступили слабые голубоватые линии. Они оплетали дверной проём впереди, уходили в пол, в потолок, тянулись вдоль плинтуса.
Защита стояла на всём! На каждой двери, на каждом окне, на каждом стыке камней.
Я пошёл вдоль стены, ведя пластинкой перед собой. Ртуть пульсировала, меняла цвета, выплёвывала в моё сознание образы, которые я едва успевал расшифровывать.
Вот дверь, за которой спит, судя по ауре, какой-то маг. Не слишком сильный, но и не слабак. Вот окно, выходящее во внутренний двор — на нём тройная защита, от проникновения, от взгляда и от магии. Вот вентиляционная решётка — и на ней тоже, самая хитрая, с петлёй обратной связи: если сунешься, сигнал уйдёт не в караулку, а прямо в покои хозяина.
Гарран, мать его, Стальной!
Параноик, каких свет не видывал.
Я дошёл до конца коридора и упёрся в тупик. Точнее, в стену, за которой, по изученным мной планам, тоже должно было находиться какое-то неизвестное помещение…
Я думал, что где-то здесь была дверь — но нет. Лишь камень и…
Десяток магических печатей.
Приложив ладонь к стене, я ощутил, как Камень Тверди отозвался болью — острой, режущей, как удар ножа под ключицу! Я отдёрнул руку и выругался сквозь зубы.
За стеной было что-то настолько сильное, что даже приближаться к нему без подготовки было смертельно опасно. Не ловушка, не сигналка — что-то живое.
Страж? Хранитель? Бекард Крон, о котором говорили, что он чует чужаков за версту?
Вряд ли, скорее всего он сейчас на галерее второго этажа, наблюдает за гостями, или охраняет кабинет Гаррана, как обычно…
Нет, тут что-то другое.
Я отступил на шаг, потом ещё на один. Пластинка в руке пошла рябью, голубые линии на ней сплелись в тугой узел и погасли.
— Феррак, — выдохнул я, убирая «ведьмин глаз» в карман.
Что ж, тут мне ловить тоже нечего… Тогда посмотрим на второй этаж. Стражи у лестницы не было, так что, видимо, хозяева не так уж и переживают, что кто-то может туда подняться. Заодно и ступени проверю!
Ступени никак не среагировали — но вот на втором этаже меня остановила вежливая стража.
Я насчитал четверых. Двое стояли у главной лестницы, двое патрулировали коридор. Смена, судя по их бодрому виду, произошла недавно — никто не клевал носом, не облокачивался на стены.
Профессионалы, мать их…
Перекидываясь с ними парой малозначащих фраз, уточняя, как попасть в винный погреб и найти «нормальное пойло вместо южной кислятины» я чуть потянул время и запомнил кое-что.
Один из стражников прошёл мимо лестницы на третий этаж через сорок семь секунд после того, как за углом скрылся второй стражник. Значит, у меня есть почти минута, чтобы пересечь этот коридор, пока патруль не вернулся… Сомневаюсь, что ночью тут другой распорядок…
Я поблагодарил стражников, развернулся и пошёл обратно, вниз, к шуму, свету и фальшивым улыбкам бала.
На лестнице я нос к носу столкнулся с Элианом. Он поднимался наверх, я спускался вниз, и на мгновение мы замерли друг напротив друга.
— Княжич Адар, — он улыбнулся, но глаза остались холодными, — Заблудились?
— Ищу уединения, — ответил я, изображая лёгкое смущение, — И выпивки покрепче. В зале слишком душно, ваши сады… впечатляют, но там холодно. Решил поискать винный погреб или кухню, но слегка заплутал.
— Понимаю, — кивнул младший сын Гаррана, — Родовое гнездо порой давит даже на нас, хозяев — что уж говорить о гостях? Но будьте осторожны, здесь и правда легко заблудиться. Коридоров много, а слуги не всегда успевают предупредить о том, где сейчас можно пройти, а где — не стоит.
Последние слова он выделил голосом чуть заметно, но достаточно, чтобы я понял: меня заметили. Или, по крайней мере, запомнили.
Ничего, я не замышляю ничего плохого… Не сейчас, хе-хе…
— Благодарю за заботу, — поклонился я, — Пожалуй, и правда вернусь в зал. Танцы, кажется, в самом разгаре.
— Танцы, — повторил он с лёгкой усмешкой, — Да, конечно. Приятного вечера, княжич. Попросите кого-нибудь из слуг принести вам рома — я распоряжусь, чтобы его не жалели.
Мы разошлись. Я спускался вниз и чувствовал спиной его взгляд — тяжёлый, изучающий и опасный.
Лани ждала меня у входа в гостевой зал, делая вид, что поправляет причёску перед огромным зеркалом в позолоченной раме.
— Где тебя носило? — прошипела она, не поворачивая головы, — Я уже думала, тебя поймали!
— Почти, — ответил я, вставая рядом и тоже разглядывая своё отражение. — Я случайно забрёл на второй этаж, но меня не пустили. А на первом настоящий лабиринт — аж мурашки по коже. Выпивки я так и не нашёл.
Лани прекрасно поняла меня, и покачала головой.
— Но где её взять, ты узнал?
— О да…
В зале грянула музыка, и толпа закружилась в новом танце. Мы переглянулись и, как по команде, изобразили на лицах светские улыбки.
Маски были надеты снова, и представление продолжалось.
Я собирался войти обратно в этот серпентарий, когда вдруг увидел человека, стоящего у противоположного конца зала, ровно на том же месте у колонны, где часом ранее стоял я сам.
Прислонившись плечом к мрамору, с бокалом в руке, он лениво рассматривал потолок. Чёрный камзол, серебряная вышивка, идеально уложенные волосы, холёная физиономия человека, которому в этой жизни всё по плечу.
Рив.
Это был, мать его, Рив!
Глава 23
Старый враг
Я смотрел на колонну — и тут пара разодетых аристократов прошли передо мной, перекрыв вид…
Пусто.
Рив исчез,
