позволят мне применять эти ритуалы, тем более подобная сфера – не совсем схожа с моей. Однако, я вполне могу поделиться своими знаниями с другими лекарями или жрецами, которых мы можем встретить в городе.
– Это единственные хорошие новости за последние много дней, – улыбнулся заклинатель деревьев. Рэйара хотела поддержать брата, но отсутствие Эйэ сказывалось на ее настроении.
– Еще рано радоваться. Сначала надо убедиться, что это в самом деле проклятие и узнать, как с ним лучше бороться, – Фэйэн был настроен в высшей степени пессимистично, – Что это еще может быть, Ал?
– Все что угодно, – вздохнул Алорэ.
За разговором время пролетело незаметно. Рэйара не сразу обратила внимание, что баржа причалила к небольшому деревянному пирсу. Здоровяк-помощник хозяина судна, в первую очередь, бросился перекидывать деревянный трап, чтобы свэты смогли сойти на берег. Наверное, надеялся, что проклятые поскорее оставят его в покое. К тому же, по условиям договора, команда обязалась на время остановки отвести в конюшни и отдать конюшему на попечение лошадей – животным пора было размяться и отдохнуть от сплава.
Капитан сверлил свэтов взглядом, пока они собирали вещи, которые могли бы им потребоваться и те, что не желали оставлять с малознакомыми людьми. Ни книг Эйэ, ни причудливых пучков трав и камней, которыми пользовался при призывах и обрядах Таэль на барже не было. От предводителя с призывателем не осталось ничего, запах, и тот, понемногу выветривался. Казалось, что скоро отряд сможет лишь вспоминать их, как Жужа.
– Эй, добрые путники, – когда компания покинула судно, а помощник повел лошадей в конюшни, капитан обратился к свэтам, – Уж простите, что отвлекаю от важных дел, но… У меня есть к вам деловое предложение. Соизволите выслушать меня?
Мужчина с предками-зэмэсками продолжал стоять на барже, в то время как остальные уже спустились. Он переводил взгляд с одного путника на другого, ни на ком не задерживаясь.
– Отчего ж не выслушать? Спускайся, капитан, – Алорэ кивнул хозяину баржи. Как бы там Фэ и Таэль ни спорили за право зваться лидером, как бы они ни надеялись занять место Эйэ и ни убеждали всех, что станут отличными предводителями, в любой ситуации, хорошая ли она, плохая ли, но первым всегда реагировал лекарь. Он же держал себя в руках, был способен обдумывать происходящее. Ал предпочитал не вступать ни с кем в споры, никому ничего не доказывал, и при этом умудрялся, если требовалось, затыкать за пояс даже Эйэ. Быть может именно потому, что ему не нужно было никакое лидердство, у ему наилучшим образом и поддавалась роль главаря? – Мы с удовольствием выслушаем твои предложения. Спускайся-спускайся, не будем же мы о делах всю округу оповещать?
Полукровка-зэмэск помедлил, посмотрел по сторонам, и, наконец спустился. Рэйара почуяла страх, он был столь сильным, что ей захотелось, как когда-то в детстве, попугать капитана как забредших на территорию стаи путников. Пожалуй, только строгий взгляд Алорэ, который каким-то чудом уловил настроение сестры, остановил ее от необдуманного поступка.
– Я ж это… Я к вам с выгодным предложением, – начал хозяин баржи. Он мял руками край кафтана, – Нынче путешествие по каналам дорогое, да еще ежели кормить надо попутчиков, поить, лошадей их, опять-таки. Да и убирать за зверьем, понимаете ли, тоже дело непростое и неприятное. Накладно это для путников…
– Вы не учли какие-то расходы и теперь хотите доплату? – Фэйэн прищурился, криво улыбаясь, – Мы ж обо всем заранее договаривались.
Алорэ же молча нахмурился.
– Нет-нет, уважаемые, вы неверно меня поняли. Я предлагаю нам разойтись миром. Я верну вам все ваши средства, в том числе и те дополнительные, за лошадей и ожидание и… За все. Выгрузим аккуратненько ваши вещички, лошадок уже на конюшни отвели. Я с вас ни медяка не возьму, и сам за их простой заплачу, из своих, кровных. Подарок будет вам, так сказать, от всего сердца. Сейчас все верну вам, и мы отправимся дальше. Мне стоять невыгодно, а вам-то вон как выгодно получилось! Вы, считайте, больше половины пути бесплатно преодолели, а уж дальше вас кто-нибудь обязательно подкинет, да еще и дешевле, небось, чем я.
– Не понимаю, о чем мы толкуем? – поинтересовался лекарь, – Уж не о том ли, чтобы разорвать контракт?
– Ох, да, о том, добрый господин. На взаимовыгодных условиях, да, – подтвердил догадку Алорэ капитан.
– Нет.
– Это ж как это нет? Вы подумайте еще, я ведь не жулик какой. Я вам предлагаю все по-честному, как положено, даже не…
– Нет.
– Так я ж даже платы с вас брать не стану!
– Нет, – невозмутимо продолжал среброволосый свэт. Он не отвлекался на то, чтобы интересоваться мнением семьи, потому что и без того понимал, стоит ли соглашаться.
– Я понимаю, наверное, это из-за неудобства какого, или вы боитесь, что никого не встретите и… Никогда б такого никому не предложил, но вам, исключительно из уважения, – полу-зэмэск понизил голос, надеясь выглядеть как заговорщик, – Два золотых сверху дам!
– Нет.
– Пять. Эх, ладно, десять! Вам с такой доплатой не только баржу найдут, но и на руках всю дорогу носить будут и с рук кормить!
– Все равно нет. Нам это не подходит. Поглядите сюда, уважаемый, – Алорэ достал пергамент, на котором был написан договор и перечислены в столбец его условия. Он произнес «подписи» и на листе появились отпечатки рук и подписи лекаря и его спутников, а также капитана и его помощника.
Кроме того, в углу стояла магическая печать в виде трех монет – медной, серебренной и золотой – которая означала, что договор подписан в том числе и при помощи волшебства, а значит, разорвать его в одностороннем порядке не выйдет ни в коем случае. Наказание за подобное, равно как и за невыполнение условий, могло быть весьма неприятным, и, главное, никто не мог знать, когда эта расплата придет.
– Но я ведь предлагаю вам выгодное расторжение. Обоюдное!
– Нас оно не устраивает.
– У меня нет времени ждать вас, у меня товары, дела, мне срочно необходимо уплыть.
– Именно на такой случай мы подписываем договор и закрепляем магической печатью, – лекарь говорил очень вежливо и улыбался. Рэйара уже давно бы нарычала или накричала на хозяина баржи, по лицу Фэйэна было понятно, что и его преследовали подобные желания. Наэм тронул сереброволосого за рукав, древесный волшебник не любил ругаться и спорить и скорее бы уступил после первых же попыток продавить. Лекарь
