Гэв Торп - Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том 2

Чудовища выбросили свои когтистые ноги вперёд при приземлении, схватив рыцарей словно пикирующий хищник грызуна. Два бронированных воина были вырваны из сёдел и с криками унесены в воздух. Охотник на ведьм выстрелил из длинноствольного пистолета, отстрелив кусок бедра у самого большого из чудовищ. Серебряные пули последовали его примеру, их залп разорвал крылья одного варгейста и попали в тело другого. Кружащие существа завизжали и выпустили своих жертв, позволив им упасть в битву внизу.

Один из упавших рыцарей рухнул посреди Разорванных душ, смяв некоторых из них, когда они мчались на трупов, которые, шаркая, выходили из сломанных ворот города. Импульс атаки фанатиков уменьшился, когда в их рядах было посеяно смятение. Некоторые с поражённым трепетом смотрели на только что сломанные кости, другие взглянули на небеса, чтобы увидеть, как сам Зигмар бросает им вниз подкрепление.

В считанных ярдах от них орда трупов вырвалась из ворот, как будто ими двигала какая-то невидимая сила, скрежеща перекошенными челюстями и вытянув сломанные руки. Разорванные души заревели от восторга, выкрикивая что-то об умерщвлении плоти и конце света. Несколько из них с криком бросились в толпу трупов, повалив несколько тел на землю. Их животы и спины были вскрыты когтями нежити, которая толпилась сзади, мученики умирали в кровавой агонии. Воспользовавшись этим отвлекающим манёвром, передние ряды Разорванных душ раскрутили свои цепы над головой и обрушили их с сокрушительной силой, раскраивая головы и отсекая конечности от тел.

Тем не менее мёртвые продолжали идти, собираясь в толпу. Пожелтевшие зубы погружались в татуированную плоть, сельскохозяйственные инструменты судорожно кололи, хлестала кровь верующих.

— Я Святой червь Зигмара! — закричал Герхардт с горящими от безумия глазами. — Зарылся в могилу и вышел с другой стороны! — он бил локтями и коленями, зацепил босой ногой упавший цеп и швырнул его в лицо трупа. — Зарылся, чтоб тебя! — закричал он, погружая пальцы в молочно-белые глаза другого скрежещущего зубами трупа и отрывая его голову в хлещущих во все стороны потоках трупных жидкостей. Он использовал оторванную голову, чтобы снести с плеч голову другого трупа-марионетки. — Зарылся как червь!

Спокойно перезаряжая пистолеты на правом фланге, фон Корден оценивал погром, разворачивающийся вокруг него. Слева он увидел, как из тумана появилась толпа ходячих скелетов и бросилась на Молот ведьм, подняв ржавые клинки. Экипаж боевой машины доблестно защищал свою пушку за мгновение до того, чтобы отступить в лес, непреднамеренно открыв фланг Сынов. Мечники, которых он оставил для того, чтобы сблизиться с Горстом, были слишком заняты, чтобы заметить это, отчаянно сражаясь с нескладными волками, которые каким-то образом собрались обратно и атаковали с удвоенной энергией.

В небе служащие вампиру варгейсты снова пикировали на поклоняющихся солнцу мирмидианцев в странной вертикальной битве, для которой рыцари подходили очень плохо. Через поваленные ворота границы города ещё больше трупов, пошатываясь, направлялась к ним сквозь туман. Вся битва висела на волоске, но именно от сцены у боевого алтаря у фон Кордена к горлу подступила желчь.

Боевая машина Зигмаритов пропахала себе путь в орде трупов настолько далеко, что практически утонула в нежити, её колёса заклинили от перепутанных конечностей и мёртвой плоти. Хуже того, вампир фон Карштайн оставил своего бестелесного скакуна и запрыгнул на кафедру огромной колесницы. Он согнулся в дуэльной стойке в менее чем нескольких футах от Волкмара. Фон Корден с недоверием наблюдал, как тварь превратилась в движущееся размытое пятно, его сияющий меч описал восьмёрку, вырвав священный молот старика из его рук. Вампир выпрямился в полный рост, будто раздувшись от тёмной силы, когда крылья тьмы расцвели у него за спиной. Фон Корден дотронулся пистолетами до символа Зигмаритов, висящего у него на шее, и хорошенько прицелился.

Кулаки Волкмара вспыхнули белым, когда он с рёвом бросился вперёд, сшибая тварь взрывом чистой веры, выкрикивая Первый катехизис изгнания. Маннфред упал, оружие выпало из его трясущихся рук. Плащ графа из кричащих душ метнулся в лицо Верховного теогониста, отгоняя его прочь. Фон Корден воспользовался шансом, сверкнуло горячее серебро, когда он выстрелил из обоих пистолетов одновременно. Метнувшись вниз, вампир пригнулся за аналоем алтаря, зацепившись когтями за верхний край. Однако выстрел подарил Волкмару время. Когда неживой граф вскарабкался наверх, чтобы снова атаковать, Волкмар схватил литой золотой череп с полки аналоя и обрушил его на лысую голову Маннфреда.

Завизжав, вампир почти свалился с боевого алтаря, но успел ухватиться за балюстраду и превратить импульс своего падение в размашистый прыжок. Он перемахнул через амвон и ударил Волкмара коленом, отбросив его к золотому грифону боевого алтаря одним молниеносным выпадом. Безоружный фон Карштайн одной рукой вырвал длинную железную раму из древесины амвона боевого алтаря, подняв её над головой, чтобы прикончить Верховного теогониста.

Внезапно сотни криков донеслись с востока долины, заставляя кровь застыть в жилах, хотя и находились на самой границе слышимости. Маннфред посмотрел на варгравийские горы на горизонте с выражением неподдельного шока, прежде чем спрыгнуть с амвона. Он приземлился с невозможным изяществом, пригнувшись как стриганский всадник в седле своего бессмертного скакуна.

Оживший жеребец встал на дыбы, замолотив в воздухе копытами, прежде чем помчаться на восток со скоростью, с которой не могла соперничать ни одна смертная лошадь. В мутном тумане над полем боя варгейсты прекратили своё кровавое преследование рыцарей Блейза и улетели в ночь вслед за своим хозяином.

— Вперёд! — отчаянно прокричал Волкмар, закашлявшись и поднимаясь на ноги. — Не дайте им сбежать!

Его люди издали оглушительный рёв и бросились в атаку с удвоенной силой, разрубая осевшие тела их внезапно лишившихся жизни врагов. Меньше чем через минуту от армии нежити не осталось ничего, что не было покрыто доходившего до щиколоток туманом.

Но всё было напрасно. Маннфред ушёл.

Крестовый поход Зигмаритов тянулся по торфяной дороге, ведущей к Замку Штернист, его увечья, стоны и общий забрызганный кровью вид придавал ему жутковатое сходство с армией нежити, которую он едва преодолел у Шварцхафена. Боевой алтарь катился во главе похода, Волкмар стоял, опираясь на аналой, и бормотал слова из одного из священных томов. В нескольких ярдах впереди находился фон Корден, согнувшийся практически пополам, высматривая отчётливые следы копыт, оставленных в земле через большие интервалы. Маннфред с огромной скоростью двигался на восток, но никто из них не знал почему.