Последние слова Эссси произносил, уже за спиной у девушки. Цепочка с легким щелчком соединилась позади шеи, подвеска, подмигивая хозяйке своими гранями, устроилась на груди королевы, накрыв ее теплой волной уверенности и ледяным спокойствием. Сейчас в свете зарниц и вспышек молний, что казалось, возжелали истратить все электрические запасы грозы в эту десятку, так интенсивно они рассекали темное небо за окном, Эллис сияла не меньше своего подарка, и мертвенно бледный свет молний лишь подчеркивал это сияние, вопреки всем законам восприятия добавляя жизни образу девушки. Она уже запаслась амулетами и прочими магическими вещичками почти на все случаи жизнь, но только сейчас, слегка склонив голову и рассматривая подарок на своей груди, королева понимала насколько им далеко до работы повелителя драконов.
- Спасибо, - Эллис быстро развернулась к все еще стоящему позади Эссси, и чмокнула его в щечку, в порыве лучших чувств. Но не успела она до конца отстраниться, как на этот раз лицо дракона стремительно приблизилось к ее лицу, и их губы слились в поцелуе. Страсть, желание, нежность, забота просто переполняли всегда невозмутимого и спокойного повелителя. Он не узнавал себя, не узнавал мир, в котором появилось это необычное создание, он разрывался перед долгом и собственными непонятно откуда вот так иногда берущимися чувствами. Такое случалось с ним прежде, в далекой молодости - печальной молодости. Но сейчас эти непривычные для дракона порывы выглядели более чем странно.
Он легко забывал о королеве, стоило ей исчезнуть из поля его зрения, и возвращался к ней мыслями, лишь обдумывая очередной расклад сил и ее роль в будущих играх. Но рядом с ней все переворачивалось с ног на голову. Сначала ему казалось, что им руководит любопытство, интерес, а справится ли она с очередной попыткой обольщения, сможет ли он подточить ее уверенность в выбранном пути. Потом какая-то неуловимая похожесть, желание вновь отдаться былому чувству, как тогда на пляже. Но тогда же что-то неуловимо изменилось, загорелось в сердце искрой нового чувства.
В первое мгновение ее величество замерла от удивления, во второе попыталась вырваться из крепких объятий дракона, а потом ее поглотила страсть поцелуя, и стало все равно. Так Эллис еще никто не целовал, казалось, в поцелуе слились воедино всепоглощающая страсть, трепетная нежность, бескрайняя любовь и щемящая сердце боль. Королева вновь парила в облаках, в бескрайних просторах неба, обдуваемая теплыми ветрами, и преисполненная ощущения столь сладостной свободы. Сейчас отдавая всю себя поцелую, она была свободна как никогда, и больше всего хотела, чтобы мгновение счастья превратилось в вечность. Но вот, где-то на просторах уже овладевшим ею состоянием бесконечной вечности, она перестала чувствовать нежные и сильные губы дракона, и поняла, что вновь стоит на земле, в своей комнате.
- Останься со мной! - прошептал сапфировый дракон севшим голосом, внимательно глядя в глаза королевы, и недоумевая, как он вообще смог озвучить такое предложение. А ей хотелось крикнуть да, бросится в объятия этого тысячелетнего красавца и остаться в них навсегда. Но память услужливо подкинула картины из бедных кварталов столицы: уставшие лица людей, вынужденных бороться за свое существование, маленьких детей, почти всегда голодных и почти разучившихся смеяться, разговоры, надежды, на то, что избранница Первых сможет изменить жизнь к лучшему.
- Нет, ваше величество, я не могу предать их надежды, - королева продолжала смотреть в глаза дракона, хотя в этот момент ей больше всего хотелось отвернуться и не видеть, как в прекрасных сапфировых глазах, смешались столь неподходящая для них боль с уважением и восхищением.
- Простите Эллис, вы правы, вы не можете поступить по-другому, иначе это будет уже не та Эллис, которую… - Эссси замолчал, так и не закончив мысль, потому что не знал, как описать свои чувства, что шквалом обрушиваются на него в присутствии девушки. Ведь это все же не любовь, скорее воспоминание о ней, о лазурной голубизне глаз, что однажды уже смотрели так на него. Немного подумав, он продолжил: - И простите за то что, зная, что нам никогда не быть вместе, я из любопытства наполнил ваше сердце запретным чувством.
- Не вините себя, даже такие чувства по-своему прекрасны. Я справлюсь Эссси, - королева впервые назвала его этим именем. И от голоса, мягкого и нежного, наполненного теплотой и непоколебимой уверенностью в собственных словах, дракону стало еще печальнее. Эссси прозвучавшее из ее уст, до боли похожим ласковым весенним ветром ворвалось в его сердце, разжигая огонь в уже давно потухшем костре. - Надеюсь, несмотря на чувства, мы сможем остаться друзьями? Вы слишком нужны мне, чтобы, отказавшись от любви, я потеряла еще и друга.
- Конечно, - твердым голосом заверил ее дракон, стремясь скрыть свою неуверенность. - Но нам уже пора. Мы до утра закроем вас от любых наблюдателей, собирайте вещи и возвращайтесь во дворец, раз вы выбрали этот путь.
- Спасибо, ваше величество! - дракон лишь улыбнулся в ответ, сосредоточенно посмотрел на нее и бесшумно скрылся за дверью.
Эллис без сил упала на кровать, и бросила все силы на борьбу с подступившим к горлу комом слез. А гроза за окном и не думала прекращаться, наверняка решив обрушить на город все свои запасы воды и электрических зарядов, столь долго и бережно ею накапливаемых. Дождь с прежней силой и монотонностью барабанил по крышам, ручьями стекал по водостокам, превращал улицы в полноводные реки. Раскаты грома вторили ярким вспышкам молний, в хаотичном беспорядке мечущимся по всей туче. До утра и думать не стоит покинуть теплое и уютное помещение.
Снаружи на улице ее охватил прохладный серо-голубой рассвет. Дождь давно прекратился, но с крыш и водостоков все еще срывались в ритме весенней капели остатки влаги. Полноводные реки улиц повсеместно сменились слегка подмороженными небольшими озерцами, порой не оставляющими возможности их обойти иначе как вплавь. Кругом ни души, дома стояли тихо и скромно, в почти трогательной невинности. Казалось, дождь смыл с них всю гордость и тщеславное притворство, и угрожающий вид. Тщательно выбирая наиболее сухой путь, она, не замедляя шага, направлялась к ближайшему тайному ходу. Покупки оттягивали плечи, но это мелочи по сравнению с будущей независимостью от обстоятельств, которую сулили ей приобретения. Она шла спокойно, не таясь и не скрываясь, уверенная в наложенной защите. А уже через час проснется ее иллюзия и после непродолжительных сборов тронется с караваном в путь.
Дворец встретил королеву предрассветной тишиной, даже слуги не успели проснуться и приступить к своим непосредственным обязанностям. Да и тайный проход вывел королеву в нежилую часть дворца, преисполненную спокойствия, даже когда весь остальной дворец наполняется звуками нового дня. Королева, все еще прибывающая в облике полукровки, направилась в библиотеку.
