Не пугайся, детка! Ты - дочь василиска

– То есть, ты заставил меня убить родного отца?!

Нет, что-то я не то говорю.

– Клив мой отец?!

Шон неохотно повернул ко мне голову.

– Если бы мы не закрыли портал, то сгинули сами.

– Ты упоминал, что проходы на Ту Сторону доступны исключительно темным! Значит...

– Да, проходить и возвращаться без вреда для себя получается только у темных. Но что там случится с иномирянином-метаморфом я понятия не имею. – ответил он отстраненно.

Я уронила голову на руль. Шон был прав, конечно же. Другого выхода у нас не было. Но почему так мерзко на душе?

– Ты узнала его? – спросил он.

– Я не знала своего отца. Он бросил нас еще до моего рождения.

Видимо, сразу отправился благодетельствовать в Катану, подумала я, но вслух делиться своими подозрениями не стала. Молча завела артефакт и мы тронулись.

На заднем сиденье у меня лежал еще один пострадавший, какой-то местный в соломенной шляпе. Подобрала несчастного по дороге. И кто его так?

Пока мы добирались до поселка, погода быстро портилась. Вскоре небо совсем почернело, а ветер усилился. Моему удивлению не было предела, когда сверху посыпалась мелкая снежная крупа.

– Это что творится-то?! Шон, ты видел?

– Портал взбаламутил пространственный карман, – ответил он. – Надеюсь погодные изменения будут недолгими, чтобы завтра мы уже смогли вернуться в Каллин.

– А почему ты велел бросить его в портал? А вдруг бы не сработало?

Он задумчиво посмотрел на меня, немного подумал, а потом выдал:

– Вы – пришельцы, как вирус в ткани нашего мира. Вы, можно сказать, магически заряженное оружие. Потому, попав в портал, Клив сбил его настройки.

– Спасибо большое, что считаешь меня вирусом, – хмыкнула я. – Очень в твоем духе. Но меня все равно волнует, что я, возможно, уничтожила своего отца. Как бы ужасен он ни был.

– Я бы не был в этом так уверен, Катерина. Вирусы очень живучи, – процедила эта рыжая язва и отвернулась к окну.

И это он меня сейчас так успокоил, я полагаю?

Припарковавшись у дома, я выскочила из машины. Шон, покачиваясь, вылез с другой стороны. Может, руку ему подать? Очень уж его шатает. Но он вполне самостоятельно подполз к входным воротам и приложил ладонь к магической табличке, служившей тут замком.

Я с грустью глянула на своего, еле стоявшего на ногах, мужа. Наверное, гордость его была больно задета. Приблизившись, я обхватила Шона за плечи, скользнула взглядом к пыльным башмакам.

– Ой, а у тебя шнурки развязались, – вскрикнула я совершенно без задней мысли.

Но профессор вздрогнул, побелел, глянул вниз, и головой вперед нырнул в открывшийся проем, изящно распластавшись на плитке двора.

– Ну нельзя же быть таким максималистом, – с досадой протянула я.

Соскребай его сейчас с пола.