— Тебя, наверное, ищут, — сказал я. — но здесь не найдут.
— И даже если найдут, что они мне сделают? Придут сюда забирать меня? Они придурки, но не идиоты. Теперь я среди «рассветных», и меня тоже будут защищать, как и любого другого. Альбинос — человек принципиальный!
Разговаривая со мной, она не переставала делать массаж.
Мы поболтали еще несколько минут, она сказала, что случайно встретилась на улице с одним из офицеров «рассветных», и тот, догадавшись, что ей некуда идти, пригласил ее в их подземелье. Ей предложили пойти в медицинскую службу, пока что в массажистки, потому что она сейчас в медицине не разбирается.
Ира согласилась, и осталась очень довольна.
— Изучаю медицину и делаю массаж офицерам. Мне нравится.
Она засмеялась.
— Я поняла, чего мне так не хватала в деревне. Мужского тела в моих руках.
— Не пристают к тебе? — я задал давно вертевшийся на языке вопрос.
— Нет, тут дисциплина. Не знаю, как ведут себя маратовские бандиты, сюда они не приходят. У них свой спортзал и своя жизнь. Ко мне пристают… только те, кто мне нравится.
Я услышал шуршание ткани. Кто-то снимал с себя одежду. А если учесть, что в комнате нас было двое, а я был к тому же голый…
Я перевернулся на спину. Ира, сбросив с себя все, стояла рядом и улыбалась.
— Ты правильно понял. Я соскучилась по тебе.
…Потом мы сидели в маленькой комнате, примыкавшей к этой, и разговаривали.
— Я мало что знаю, — говорила Ира. — я здесь только что появилась. Что тут происходит — могу только догадываться. Альбиноса я видела всего несколько раз. Марата часто. Его здесь почти все не любят и боятся.
— Он такой страшный?
— Люди из его бригады считаются лучшими бойцами среди рассветных. Он запрещает им тренироваться вместе со всеми и выступать на соревнованиях — тут, кстати, иногда они проводятся. Говорят, что он поит их какими-то отварами, чтоб те стали сильнее и бесстрашнее. Правда, кто-то от них умер — не рассчитал дозу или зелье было не то.
Антон, сказала она, в спортзале почти не появляется. Только иногда, глубокой ночью, когда знает, что тут никого нет. Его инженеры обходят зал стороной. О втором заместителе Альбиноса, Петре, она ничего сказать не могла, кроме того, что на нем очень много работы — по сути все, чем занимаются «рассветные», и он по коридорам почти что не ходит, а бегает.
Ира с радостью согласилась мне помогать, то есть сообщать все, что она узнает. Я сказал, что меня пригласил Антон, а Марату это не понравилось, и мне надо понять, как вести себя. Про задание «водных», я ей, разумеется, не сообщил.
В одиночестве ей было все-таки неуютно, а с ней мы уже кое-какие испытания прошли и доверие друг к другу появилось. Мы договорились, что будем с ней встречаться в массажном кабинете (лучше места для общения не отыскать), а потом сможем поговорить в этом кабинетике, где нас никто не подслушает.
Если для меня будет какая-то важная информация, она повесит около двери в душевую полотенце — на него никто не обратит внимания, а я буду знать, что нам надо срочно встретиться.
На этом мы и расстались. Я пошел домой, по дороге заглянув на берег. Побродив у воды и полюбовавшись закатом, я вернулся к себе и лег спать, вспоминая сегодняшний массаж и его продолжение.
…Следующим утром я, как обычно, зашел к Антону, отметился о приходе на работу, и отправился в спортзал, надеясь, что сегодня не придется воевать ни с кем из маратовых головорезов.
Они действительно отсутствовали, но я не успел даже размяться. В зал вошли двое — их я никогда не видел, но, как я понял, офицеры (это слово по отношению к начальникам контрабандистов мне резало слух, но поскольку его использовали все, ничего не остается, кроме как привыкать).
— Александр? — спросил один из них, и, услышав подтверждающий ответ, сказал, что мне нужно пройти с ними на совещание.
— На какое совещание? — удивился я.
— Руководства, — последовал короткий ответ.
— Может, надо сказать Антону?
— Он уже там, — сказали мне.
Деваться было некуда, и я пошел, думая, что это все может значить.
Пройдя по коридорам, мы оказались перед огромной дверью из черного дерева, рядом с которой стояло двое вооруженных охранников. Сопровождающий открыл дверь, пропуская меня вовнутрь, но сам в кабинет не зашел.
Но мне идти пришлось. Я перешагнул порог и оказался в большом полутемном помещении. Там были расставлены несколько столиков, за ними в глубоких кожаных креслах сидели Антон, Альбинос, Марат и Петр. То есть, все руководство контрабандистов.
Я сделал вид, что очень разволновался, хотя на самом деле меня охватила злость. Что они тут придумали на мой счет?
— Добрый день, — поздоровался я с легким поклоном.
— Добрый, добрый, — задумчиво кивнул Альбинос.
Повисла пауза. Альбинос сделал пару глотков из чашки и спросил меня:
— Ну как тебе у нас, нравится?
— Да, — ответил я, — очень! Я наконец-то успокоился. Понял в каком напряжении жил раньше. Здесь я могу тренироваться. И я знаю, что если вдруг случится неприятность, я нахожусь под защитой могущественной организации.
— Правильно ты говоришь, — снова закачал головой Альбинос. — Очень правильно. Ты умный парень. А чем бы ты хотел у нас заниматься?
— Я бы хотел помогать Антону в его разработках.
— А ты что, инженер? — хмыкнул Альбинос.
— Нет, но я быстро учусь. К тому же, я немного владею магией, и это наверняка может пригодиться.
— Интересная мысль, — протянул Альбинос, — но это дело будущего. Возможного будущего. А мы пока что живем в настоящем и видим перед собой первоклассного бойца, который побеждал всех, с кем встречался. К тому же он является сталкером-одиночкой, выживающим в проклятом мире «зоны». Если я ошибаюсь, поправь меня.
— Нет, вы абсолютно правы.
А что я еще мог сказать?
Еще по дороге сюда у меня появилось нехорошее предчувствие, а сейчас оно выросло до невероятных размеров. Похоже, что-то будет.
— Антон говорит, что ты нужен в его подразделении. Марат жалуется, что ты побил его бойца и заявляет, что такой талант не должен прозябать среди винтиков и чертежей. Кто же из них прав? Думаю, прав Петр, который молчит и не вмешивается в ситуацию. Поэтому я решил сделать так: ты формально остаешься у Антона, но будешь вместе с людьми Петра иногда сопровождать грузы и участвовать в опасных путешествиях. Шутки шутками, но в них мы часто теряем людей, а ты со своими умениями можешь спасти не одну жизнь. Вот такие у тебя сейчас задачи. Как будет дальше — посмотрим. Можешь идти.
Я поклонился и вышел за дверь.
Жизнь моя немного меняется. Спокойно теперь не потренируешься, меня ждут опасные приключения. Хотя, может, это и к лучшему. Но однозначно хорошо то, что я не попал к Марату. Какой же он интриган, однако. Если он жаловался Альбиносу на то, что я побил его бойца, и поэтому такого монстра нельзя оставлять в инженерах, значит, рыжего специально отправил ко мне на убой? А я, наивная душа, думал, чтоб тот набил мне морду и таким образом отомстил.
Какой же я наивный. Хотя попробуй разберись в этих хитросплетениях.
Я вернулся в кабинет Антона и стал ждать. Дверь была не закрыта, а инженер сказал, что Антон не против, если к нему заходят в его отсутствие.
Он появился только через полчаса, и вид у него был чернее тучи. Приземлился за стол, мрачно вздохнул и произнес:
— Понял все?
— Не знаю, все ли, но кое-что понял.
— Марат сходил к Альбиносу и попросил его приказать перевести тебя к нему. Альбинос вызвал меня и с улыбкой наблюдал, как мы ругались с Маратом, после чего принял решение «ни тебе, ни мне». Ты как бы остаешься у меня, но часто будешь ходить в море на подлодках. Охранять грузы и наводить порядок на наших островах.
— Островах?!
— Да, далеко в море у нас есть шахты на островах. Там мы добываем редкую руду, минералы и кое-что еще. Часть используем сами, часть продаем, в том числе и в другие страны.
