Ознакомительная версия. Доступно 31 страниц из 205
За спиной у сержанта появился стражник помоложе. Он уставился на Ваэлина с благоговейным выражением, которое того изрядно нервировало.
– Э-э, сержант…
– Но время уже позднее, а я сегодня добрый!
Сержант надвигался на Ваэлина, стиснув кулаки, и его седые брови гневно хмурились, суля взбучку.
– Так что я просто надаю тебе по ушам и отправлю восвояси!
– Сержант! – настойчиво повторил молодой, хватая начальника за локоть. – Это же он самый!
Сержант бросил взгляд на молодого, потом снова на Ваэлина, смерил его глазами…
– Точно?
– Ну а кто сегодня в Кругу дежурил, как не я? Это точно он!
Сержант разжал кулаки, но хмуриться не перестал.
– Что у тебя за дело к королю?
– Это только для королевских ушей. Он меня примет, если ему доложат, что я здесь. А если до него дойдет, что меня прогнали прочь, он будет недоволен.
«Ну и здоров ты врать!» – поздравил он сам себя. На самом деле Ваэлин был вовсе не уверен, что король вообще захочет его видеть.
Сержант задумался. Его шрамы говорили о многолетней суровой службе, и Ваэлин сообразил, что сержанту совсем не хочется рисковать своей честно заслуженной пенсией.
– Передай капитану мои извинения, – сказал сержант молодому стражнику. – Разбуди его и доложи о нашем госте.
Молодой стражник убежал, торопливо отперев калитку, вделанную в громадные дубовые ворота, а Ваэлин с сержантом остались стоять молча, опасливо меряя друг друга взглядом.
– Я слыхал, ты одолел пятерых подосланных отрицателями убийц в ночь резни аспектов, – буркнул наконец сержант.
– Их было пятьдесят.
Казалось, миновала целая вечность, прежде чем калитка снова открылась и молодой стражник вернулся с подтянутым молодым человеком, одетым в безукоризненную форму капитана королевской конной стражи. Он коротко, оценивающе взглянул на Ваэлина и протянул ему руку.
– Здравствуйте, брат Ваэлин, – сказал он с легким ренфаэльским акцентом. – Капитан Нирка Смолен, к вашим услугам.
– Прошу прощения, что пришлось вас разбудить, капитан, – сказал Ваэлин, слегка выбитый из колеи безупречным внешним видом молодого человека. Все, от блеска сапог до аккуратно подстриженных усиков, говорило о внимании к деталям. Капитан уж точно не был похож на человека, которого только что вытащили из постели.
– Ничего-ничего! – капитан Смолен указал на открытую калитку. – Идемте?
Детские воспоминания Ваэлина о блеске и роскоши не имели ничего общего с интерьерами восточного крыла дворца. Миновав небольшой дворик, он очутился в лабиринте коридоров, заставленных разнообразными пыльными сундуками и картинами, занавешенными холстиной.
– Это крыло используется в основном как кладовая, – пояснил капитан Смолен, видя его озадаченное лицо. – Король получает немало подарков.
Ваэлин шел вслед за капитаном через множество коридоров и комнат, пока, наконец, они не очутились в просторном зале с полом в клеточку и несколькими величественными картинами на стенах. Картины тотчас же привлекли внимание Ваэлина: каждая из них была минимум футов семь в поперечнике и изображала какую-нибудь батальную сцену. Сцены были разные, но центральная фигура оставалась одной и той же: красивый мужчина с огненно-рыжими волосами, верхом на белом скакуне, с мечом, вскинутым над головой. «Король Янус…» Короля Ваэлин помнил смутно, однако не припоминал, чтобы у него была такая квадратная челюсть и такие широкие плечи.
– Шесть битв, воссоединивших Королевство, – пояснил капитан Смолен. – Кисти мастера Бенрила Лениаля. Он писал их более трех лет!
Ваэлин вспомнил рисунки мастера Бенрила в комнатах аспекта Элеры: как подробно все было прорисовано, как вывороченные наружу внутренности, казалось, выпирают из бумаги. Тут подобной отчетливости не было и в помине. Краски были яркие, но не живые, сражающиеся воины выписаны тщательно, но выглядели как-то скованно, как будто они и не сражались, а просто застыли в нужной позе.
– Не лучшие его работы, верно? – заметил капитан Смолен. – Понимаете, он их писал по приказу. Не думаю, что его особенно интересовала эта тема. А видели ли вы его фреску в Большой библиотеке, в память о жертвах «красной руки»? Вот где дух захватывает!
– Я никогда не бывал в Большой библиотеке, – ответил Ваэлин, подумав, что у капитана Смолена, похоже, много общего с Каэнисом.
– А зря. Это подлинная гордость Королевства. Сдайте, пожалуйста, ваше оружие.
Ваэлин расстегнул и снял плащ с четырьмя метательными ножами, закрепленными в его складках, отстегнул свой меч, снял с пояса охотничий нож и вынул из левого сапога кинжал с узким лезвием.
– Хорош! – сказал капитан Смолен, любуясь кинжалом. – Альпиранский?
– Не знаю. Я снял его с убитого.
– Оно будет вас ждать здесь.
Смолен сложил оружие на стоящий рядом столик.
– К нему никто не притронется.
С этими словами он подошел к пустому участку стены и толкнул. Кусок стены отворился внутрь, за ним открылась темная лестница.
– Ступайте по лестнице на самый верх.
– Он там? – спросил Ваэлин. Он-то рассчитывал, что его проведут в тронный зал или какую-нибудь приемную.
– Конечно. И лучше не заставлять его ждать.
Ваэлин кивул в знак благодарности и начал подниматься по лестнице. Масляные лампы, развешанные по стенам, слабо освещали ступени. Смолен захлопнул дверь у него за спиной, и на лестнице сделалось еще темнее. Ваэлин, как и было велено, поднимался по лестнице, звук его шагов по каменным ступеням гулко отдавался в замкнутом пространстве. Дверь наверху была слегка приоткрыта и четко обрисована ярким светом из комнаты за дверью. Когда Ваэлин ее отворил, дверь громко заскрипела, однако человек, сидящий за столом напротив, даже не поднял головы. Он склонился над свитком и скрипел по нему пером, выводя мелкие буквы. Человек был стар, уже за шестьдесят, но по-прежнему широкоплеч. Длинные волосы падали ему на лицо. Некогда рыжие, теперь они поседели, но до сих пор слегка отливали медью. На человеке была простая белая рубаха, с рукавами, выпачканными в чернилах, и единственным украшением на нем был золотой перстень с печаткой на среднем пальце правой руки. На печатке был изображен конь, вставший на дыбы.
– Ваше величество… – начал Ваэлин, опустившись на одно колено.
Король вскинул левую руку, подал Ваэлину знак встать и указал на стоявшее поблизости кресло. Все это – не прекращая писать. Подойдя к креслу, Ваэлин обнаружил, что оно завалено книгами и бумагами. Поколебавшись, он бережно сгреб их, положил на пол и сел.
Ознакомительная версия. Доступно 31 страниц из 205
