Ищите его, и да ниспошлет вам Аргиум, покровитель хитрецов, удачу.
Награда: 2000 тенриев золотом».
Далее следовало примерное изображение разыскиваемого лица: широкополая шляпа с обрезанными в одном месте полями, ремнем с квадратной пряжкой на тулье и длинным алым пером. Черная борода и длинный шрам, пересекающий левую щеку, являлись особыми приметами…
Была ночь, а из окон грязной харчевни в предместье Гортена лились свет и веселый шум застолья. Там крестьяне тратили свои последние серебреники, оттуда раздавались звуки виолы и лютни, совсем не слаженные, а порой даже противоречащие друг другу и создающие ужасную какофонию.
«Эй, в погреб музыкантов!»
Шулера и карманники зарабатывали свои нелегкие деньги, кто мошенничая в «кости», а кто – подрезая у зазевавшихся или слишком пьяных, чтобы хоть что-нибудь кругом себя замечать, посетителей кошельки.
«Эй, держите его!»
Там было тепло и уютно, а здесь, на заднем дворе таверны, холодно и сыро. Хотелось поскорее вернуться туда, ощутить себя частью веселого праздника и испробовать щедрый ужин.
Невзрачный человек, худой как щепка и почти полностью лысый не отрываясь смотрел на дрожащее под ветром длинное алое перо. Он знал о сеньоре Прево предостаточно и все же каждый раз, встречаясь с ним, трясся как осиновый лист. Поговаривали, что где-то в одеждах Черного Пса спрятана припасенная на всякий случай висельная петля, а к седлу его коня приторочен самый что ни на есть настоящий палаческий топор.
– Что ты можешь поведать нового? – сухо обратился к нему чернобородый.
За его спиной выстроились агенты тайной стражи. В ночи можно было различить лишь их силуэты, да и то если долго вглядываться. Но, как говорится, если слишком пристально любоваться ищейками сеньора Прево, то можно и ослепнуть.
– Сеньор, вы знаете некоего сотника армии Его величества Логнира Арвеста? – перешел к делу человек.
Его руки крепко сжимали пояс, чтобы не выдать дрожи, настойчиво поселившейся в пальцах. Он крепко взвешивал слова, прежде чем губы произносили их, – в разговоре с Прево лучше не заикаться и не ошибаться – это все знали.
– Да, – задумавшись на мгновение, кивнул Бриар Каземат, – это один из трех командиров застав, кто погиб при эльфийской атаке на северные заставы еще тринадцатого числа.
– Все не так! Он жив-живехонек и со всеми потрохами продался, собака, эльфам! – клятвенно заверил осведомитель, срываясь на крик.
– Что за чушь ты несешь? – усмехнулся сеньор Прево. – Какие эльфы? Да они, почитай, ни с кем и не говорили. Говорят, просто выпускали стрелу за стрелой…
– Сотник Арвест продался лесному народу, клянусь вам! Сначала он открыл им ворота, в результате чего застава и была полностью уничтожена. Он получил много золота за предательство! Теперь же он идет по восточному тракту из Дайкана в Гортен. Эльфы придумали коварный план, они хотят убить нашего короля!
Прево задумался: эта история казалась настолько дикой, что поверить в нее было трудновато, и в то же время именно это и настораживало – невозможность. Тем более что осведомитель этот – парень проверенный. Уши из того места, как говорится, растут…
– Ты же должен понимать, что если сведения окажутся ложными, то твои пятки испробуют настоящих угольев, – посулил сеньор Прево.
Осведомитель задрожал еще больше, но упорно продолжал твердить то же самое.
– Значит, предатель… – Каземат опустил в протянутую руку осведомителя небольшой мешочек с золотом. – Никогда бы не подумал.
Воины тайной стражи сели на коней. Черный Пес, не прощаясь с осведомителем, вскочил в седло, взял наперевес арбалет, другой рукой – повод и повернул скакуна в сторону тракта.
– На восток! – приказал Бриар Каземат и пришпорил коня.
Агенты тайной стражи, в своих черных плащах походящие на неуловимых призраков, поспешили за ним.
Осведомитель в тот же миг перестал дрожать, убрал с лица выражение деланого страха, криво усмехнулся и поспешил вернуться в харчевню.
– Он поверил? – спросил его человек в плаще, к которому он подсел за стол. Из-под капюшона выбивались длинные белые волосы и был виден бледный точеный подбородок.
– А как же! – Осведомитель поднял кружку.
– Вот и отлично, – усмехнулся его собеседник, и вдруг в зале погасли все свечи.
Раздались крики, поднялся переполох. Пользуясь случаем, в чью-то спину ударилась и разлетелась на куски расстроенная и жутко визгливая лютня. Народ требовал немедленно осветить помещение. Кто-то не мог продолжить прерванную игру в кости и даже промахнулся куском куропатки мимо рта!
Когда свечи снова зажгли, все увидели человека, навалившегося на стол. Щекой он упирался в тарелку, а подле покачивалась на боку перевернутая кружка. Могло показаться, что он спит. Могло, если бы не кинжал, торчащий из спины. Кровь растеклась по одеждам, впитываясь в грязную рубаху. Кто-то закричал… Убитым был наш незадачливый осведомитель, как это обычно бывает, пытавшийся служить одновременно двум господам и зарабатывать вдвойне. Настоящие шпионы и мастера лицедейства знают цену таким любителям – тот самый кинжал в спине.
Беловолосый же незаметно выскользнул из таверны, словно тень, прокрался на задний двор, оглянулся по сторонам – не видит ли кто? – склонился к земле и прочертил на ней кончиком пальца длинную прямую линию. За какие-то мгновения из того места начала подниматься ровная полоса тени, ограниченная краями линии. После она стала расти, приобретая форму широкой двери и наливаясь чернотой. Непроглядный провал мрака был темнее окружающей ночи, из него повеяло могильным холодом. Эта беспросветная дверь манила своей пустотой и тягучей, выливающейся из нее наружу неизвестностью. Некромант вошел в портал и исчез. Колдовской дверной проем развеялся на ветру в тот же миг.
Южнее, милях в тридцати от Гортена, прямо в воздухе открылась точно такая же дверь. Чернокнижник даже не успел налюбоваться всеми мрачными и отталкивающими прелестями сумрачного коридора, когда уже шагнул под звездное небо на твердую землю.
В стороне чернели пологи шатров, неподалеку стояли груженные различным скарбом телеги. Белая Смерть оказался в лагере некромантов. На большом камне сидел человек. Его темные одежды шелестели на ветру. Полная луна осветила узкое лицо с двумя нарисованными полосами через глаза.
– Ну что, Коррин? Все получилось? – спросил он.
– Пес спущен с цепи, – отозвался Коррин. – Не бывать союзу Ронстрада и Конкра. Посланцы не дойдут до Гортена, в этом, Магнус, можешь быть уверен.
– Но кто же рассказал тебе о том, что этот сотник с девкой будут посланы за Чашей? – полюбопытствовал Сероглаз.
