просто чтобы что-то сказать, чем действительно интересуясь.
Джул начала перечислять, но тут раздался звонок на пару и мужчина спешно засобирался:
— Давай договорим вечером? У меня две лекции и потом несколько кафедральных дел.
— Пришлёшь призрака, как освободишься, — кивнула девушка.
— Выйдешь, запри дверь и сунь ключ за табличку с номером кабинета, — напутствовал некромант и сбежал.
Целительница осталась одна посреди лаборантской со шкафами, разумеется, заполненными материалам для практик, читай упокоенной нежитью, и с закипающим чайником.
Наверное, стоило бы просто тот выключить и уйти, но вместо этого она плеснула кипятка в чашку со сколом, в которую собеседник уже успел налить заварку, и опустилась на стул. Сначала она посидит и дождётся, когда немного схлынет адреналин от произошедшего, а малыш-баньши точно уберётся восвояси. Ну или туда, где они с личем остановились.
За всю дорогу до дома со служебными квартирами Инар не проронил ни слова. Даже на предложение зайти за пирогом в таверну только пожал плечами. Юджин уже начал беспокоиться, не обидел ли его ненароком проректор МАН.
— И как тебе экскурсия по академии? — поинтересовался он, когда они вошли в квартиру, переоделись и лич поставил греться суп.
— Много нежити. Очень, — парень поёжился. — Она там просто везде!
Юджин обозвал себя идиотом. Стоило подумать об этом прежде чем отпускать его с ир Вильосом. Но пока они просто шли по МАН и потом беседовали о делах, учебнике и прочем, Инар не выказывал беспокойства, он и расслабился.
— Ты в порядке?
— Да. Просто это жутко. Понимаешь, что потеряешь контроль и… всё.
— Но ты же удержался? — попытался подбодрить воспитанника лич.
— Если б нет, проректор бы точно молчать не стал. Но вот в кое-чём в другом, похоже, я прокололся. И я почти уверен, он понял, кто я. Только почему-то не спросил. Почему, дед? — мальчишка выглядел растерянным.
Путём нехитрых расспросов ир Сармати выяснил всю последовательность событий, но это озадачило ещё больше. Вот чего, а наличия в академии взрослой баньши он не ожидал. И ведь, судя по всему, проректор о ней знал, оттого и такая реакция…
— Я поговорю с ним о ней, — пообещал лич. — Что до того, почему не спросил, думаю, всё очевидно: не захотел выдавать тебя архимагу. Возможно, из-за той баньши, возможно, ещё по какой-то причине. Но тебе явно стоит с ней пообщаться, я давно хотел найти для тебя кого-то из взрослых сородичей, они явно лучше меня смогут объяснить, как управляться с даром. Глупо не воспользоваться шансом.
— Она страшная. Ну, ощущается страшной. Сильная очень.
— Тогда зачем ты к ней понёсся?
— Сам не знаю. Просто вдруг почувствовал, что должен найти и узнать. Это знаешь, как когда идёшь ночью в холод по лесу, а потом вдали видишь огонёк и понимаешь, что там тепло.
— Аналогия понятна, ситуация нет. Но мы с этим разберёмся.
До Джул в этот день проректор так и не дошёл: под вечер навалились дела, какие-то бумаги, все как одна срочные, а потом ир Арвею вздумалось именно сегодня испытать свою идею с верёвкой между окнами башен. То, что этот вопрос надо как-то решать ир Вильос был согласен — бегать по лестницам и ему, и ректору, и их секретарям давно уже надоело, на почтовых призраков резерва не напасёшься, а заводить ради этого высшего духа как-то глупо.
Но магистр некромантии думал о каком-то ином способе, не настолько… детском. Вот только ректор явно был настроен его испытать. Даже где-то нашёл веревку нужной длины. Оставалось её натянуть, привязать, а затем протестировать и доработать этот способ транспортировки, чтобы тот был безопасен: корзина, если натянуть неровно, вполне могла и вышибить стекло, и перевернуться, хорошо если просто на крышу, а не кому-то на голову… В общем вечер прошёл за контролем зомби-птиц, скелетов-верхолазов и наладкой собственно процесса переправки корзинки.
Теоретик даже продумал как сделать, чтобы веревкой можно было управлять, а корзинка не переворачивалась. Для этого правда потребовалась большая длина и в итоге веревка оказалась просто жутко длинной. Настолько, что, кажется, можно было спустить с башни и достать до земли так, чтобы ещё осталось. И ведь не тоненькая. Хорошо ещё в качестве птиц-носильщиков ир Арвей выбрал несколько хищных, способных такое в принципе поднять. Но вот веревка замерла около окон, ир Вильос переключился на скелета и им накинул петлю на штырь для всяких растяжек, протянул лебедку в окно и закрепил на вешалке. Ректор тем временем связал и магией срастил концы. С небольшим запасом, чтобы можно было отрегулировать.
А вот дальше начались сложности: ровно натянуть не выходило. Некроманты уже замерили высоту от подоконника и договорились о той, но всё равно наклон оставался. То ли башни были чуть разной высоты, то ли сказывался рельеф местности, то ли просто окна вставили не симметрично… В итоге корзинка, стоило её отпустить, устремлялась по наклонной прямо в окно проректора.
Зашедшая за мужем супруга, пронаблюдав очередную попытку наладить сообщение, давясь смехом, посоветовала привязать верёвку ещё чуть выше.
— И она просто вынесет мне уже эту часть стекла, — мрачно предрёк проректор, но поманил скелет. — А секретарь будет прыгать.
— Тебе уже всё равно менять стекло целиком. Что до секретаря, то это всё же лучше, чем штурмовать башни.
— Тоже верно, — и снова настроился на контроль скелета.
Закрепил на другой штырь, благо тех вбито было с хорошим запасом, привязал, заставил нежить забраться обратно в приёмную и тогда уже посмотрел на едва ли не сползшую на пол Аделию.
— Что теперь-то не так⁈
— Надо… было… снять корзинку! — сквозь истерический смех указали ему на противоположную башню. Сейчас наклон, видимо, шёл в пользу проректора. Корзинка, улетевшая по веревке, закрывала дыру в окне уже ректорской башни.
— Вот демоны!
— Попросите хозяйственников, чтобы сделали нормально.
— Да что мы сами какую-то веревку не привяжем?.. — и магистр некромантии снова переключился на управление скелетом.
Алхимик вздохнула, вытерла выступившие от смеха слёзы и… пошла за хозяйственниками. Опыт подсказывал, что если она хочет сейчас пойти домой не одна, а с мужем, тому стоит привести более квалифицированную помощь.
Из искомых на месте был только завхоз, но может оно и к лучшему, больше влияния, чем у рядовых исполнителей. Ему хватило одного взгляда на результаты трудов начальства, чтобы заявить, что завтра вопросом займутся его подчиненные «пока
