мир у них. Дать нам новую жизнь…
Кадмус смотрел с на меня с дикой болью в глазах. И одновременно с надеждой. А я с ужасом прислушивался к эху его слов.
«Ты сейчас уже мёртв… Когда ты умер там… Они забрали твоё тело… Теперь ты лишь здесь…» – монотонно повторялось в сознании.
– Кто такой ОН? Почему они ЕГО боятся?
– Наш лидер. Он очень силён. И эти твари не имеют над ним никакой власти и поэтому так опасаются.
– Но кто мне тогда помогал? Зачем им давать мне столько всего? Все эти задания, оружие…
– Твой отец, – сказал Кадмус тихо.
– Что? – хрипло отозвался я.
– Тебе помогал твой отец. Он управлял огоньком. Этой камерой. Он был за нас… За тебя…
– Был?!
Он промолчал, опустив голову, дав понять всё самому. Затем глубоко вздохнул и поднял глаза, полные слёз и безумного отчаяния.
– Мы должны лишить их власти. Должны выгнать из мира, ставшего нам родным. Домом… Ты и Лидер… Вы так похожи… – Кадмус вытер рукавом глаза и достал из-за пазухи ярко-алый, будто пылающий значок в виде буквы «а», перечёркнутой сверху. Он и правда горел. По-настоящему. Но видимого урона руке не наносил.
Я подошёл к нему вплотную.
Он прикрепил значок к моей груди слева. Мелькнуло. Мой ник окрасился в красный.
– Теперь ты один из нас. – Он посмотрел на меня исподлобья. Решительно и с выражением стали. – Мы «Аурус».
– А, а!
– Что с тобой?
* * *
Кроваво-красное небо. Чёрная земля.
– Ты разговаривал с ней… Ты говорил с богиней…
– Да.
– Это оружие… Что она сказала, когда дала его тебе?
Айон опустил голову. Затем медленно поднял её и посмотрел другу в глаза.
– Ты изменишь этот мир. Вот что она сказала мне, Кадмус…
Дворф посмотрел вниз.
– Вот оно как, значит… – пробормотал он, медленно положив ладонь на рукоять молота, искрящегося холодом.
Айон горестно вздохнул.
– Кадмус, мы через столько прошли… Нет нужды в этом… – говоря, дракс начал медленно отходить назад.
Дворф, по-прежнему смотря вниз, покачал головой и сделал шаг. Потом снова, начиная ускорять ход.
Дракс поднял мушкеты.
– Я не хочу этого!
Но Кадмус не слушал. Он быстро сближался со своим другом, занося молот для удара.
Молодой дракс закричал и спустил курки.
– Ну зачем… – заплакал он и рухнул на колени перед ещё живым напарником.
Вздрагивания и всхлипы юного дракса смешивались с тяжёлыми смешками дворфа, уходящего из жизни.
– Кхэ… А я ведь мог… Кхэ… Тебя достать… Ха… И кто тут герой… – Последняя ухмылка застыла на его бородатом грубом лице, а глаза остекленели, глядя в небо.
Айон положил руку на грудь другу. Слёзы монотонно капали на нагрудник напарника, ставшего ему чуть ли не братом.
– Да… – прошептал дракс. – Я знаю…
Эпилог
– Я же говорил, – самодовольно заявил Ди, поправляя пенсне. – На крайний случай у меня есть план.
Эф промолчал.
Они находились всё в той же комнате для неформальных совещаний директоров компании. Богатые картины висели на стенах, отражая блики огня в камине своими золотыми рамками. Антикварный граммофон тихо проигрывал тоскливую пластинку, а за окном мелькали росчерки грозы.
Ди усмехнулся.
– Ты думал, что я не узнаю, да? Я видел тебя насквозь, старик, я всё знал… С самого начала. Но это ничего. Я предвидел именно этот крайний случай.
Парень на миг замолчал, пристально глядя в пламя.
– Откуда мог взяться уникальный класс? А такое редкое оружие? И какой игрок захочет помогать бесполезному драксу просто так? – нараспев задавал вопросы Ди. – Конечно же, тут замешан тот, кому не безразличен этот самый дракс. Тот, кто не менее одинок. И очень виноват перед своим… Сыном. Ты не зря перенёс столько пластических операций. Но неужели был настолько глуп, что надеялся на поддельную историю и документы, придя в нашу компанию. Даже хорошо, что сын не узнал тебя тогда в ресторане с той милой девушкой, что работает на «Аурус». Как её там? Хм… Кажется, Марина… Какое славное имя, будь оно настоящим. А так, очередной призрак, запертый в искусственном мире. Но я рад, что ты повидался с отпрыском. И насмотрелся на его альтер-эго через окно монитора. Это так трогательно… Но ты не учёл одного, глупенький старик. Я умнее. Я будущее данной организации. Я стал богом в одном мире. Стану всесилен и в этом!
Он слегка маниакально и звонко хихикнул и изобразил дирижёра, картинно взмахнув руками. С пальцев в стороны полетели алые капли.
Эф снова не ответил. Ведь, как известно, мертвецы умеют лишь молчать.
