лбу резко выделялась недавно появившаяся седая прядь.
– Если хотите отстроить Академию, нужно выбрать другое место – более устойчивое, без пустот под землей. И желательно как можно дальше отсюда.
Древний Денитал отчаянно затряс головой:
– Академию неспроста возвели именно на этом месте! Оно уникально. Где еще вы найдете колодец с аклумерой и хранилище, которое непроницаемо для любого магического воздействия, прежде всего недоступного для обнаружения извне?
– Говорю вам, мы должны остаться, – снова вмешался Карбад. – Уверен, наш непревзойденный мастер инженерного дела сумеет найти способ, как добраться до Проклятого хранилища, не подвергнув опасности ни целостность артефактов, ни человеческие жизни.
– Даже если и так, – рассерженно рявкнул Мурлах, – мне понадобится как минимум сотня рабочих. А у нас их нет.
– Но мы можем их найти. – Щеки Карбада пылали лихорадочным румянцем. – Пойдем в Банок, Лукуру, найдем людей и заставим их нам помочь! Переселим сюда фермеров с их семьями и начнем…
– Ты спятил.
Все разом уставились на Аога, мастера наказаний. Несмотря на внешность – высокая мощная фигура, суровое, словно вырезанное из камня, лицо, – Аог слыл скромным молчуном, предпочитающим одиночество. Со своими обязанностями палача он справлялся чрезвычайно умело и бесстрастно. За все эти несколько дней он не произнес ни слова, и Эдра был искренне рад, что неразговорчивый мастер наказаний решил высказаться именно сейчас.
Карбад запнулся, собираясь возразить, но так и замер с раскрытым ртом. Эдра улыбнулся: у прихвостня Тосана вдруг пропал дар речи, и виной тому оказался вечный тихоня Аог. Неслыханно!
– Человек не живет без головы. – Аог мотнул головой в сторону руин. – Без Тосана Академия мертва.
– Но я могу заменить Тосана! При нем я управлял делами Академии и всей деревни, а до этого целых десять лет был помощником старейшего Винзора!
Денитал, презрительно хмыкнув, поднялся со своего места:
– Ты не старейший из древних, Карбад. Да что там – ты даже не древний. Если кто и может заменить Тосана, так это я.
Эдра раздраженно сплюнул в огонь. Разговор тут же замер, и все повернулись к мастеру оружия. Тот машинально схватился за меч, висевший на поясе.
– Хватит этой пустой болтовни, – проговорил Эдра, заставив себя отпустить рукоять меча. Он почувствовал, как вздуваются вены на шее и напрягается нижняя челюсть, и попытался расслабиться. Его тело жаждало боя, но не драться же ему с этими людьми, в конце концов. – Мы уже два дня кряду спорим, а толку никакого. Ты, Дэн, – он ткнул пальцем в скрюченного Денитала, – старше Тосана на двадцать лет и в два раза старше любого из нас. Ты получил титул древнего, потому что ты алхимик. Ты не лидер. Никто за тобой не пойдет. Так что занимайся своими зельями и прекрати тешить себя надеждой, будто нам не плевать на твое мнение.
Денитал возмущенно закудахтал и принялся хлопать себя ладонями по мантии, словно пытался найти в ее складках нечто такое, что могло бы опровергнуть слова Эдры. Но Эдра был прав, и все это знали.
Эдра повернулся к Карбаду и, увидев, что тот самодовольно ухмыляется, ударил его по лицу. Глаза Карбада округлились, рука метнулась к разбитым губам.
– Да как ты смеешь?..
Эдра ударил еще раз. Карбад захлопнул рот, сверля мастера оружия ненавидящим взглядом. Эдра кивнул:
– Аог прав. Академия мертва. А ты, Карбад, идиот. Мы не сможем отстроить все заново. Мы даже не можем достать из Хранилища артефакты. Да если бы и могли – что бы мы с ними делали? Обменивали на еду и золото магические предметы, которые всю свою жизнь собирали по всей Империи и берегли как зеницу ока? – Эдра шумно вздохнул. – Здесь нам делать нечего. Брайан правильно сделал, что ушел в Лукуру, жаль, что у меня не хватило ума отправиться вместе с ним.
Он окинул взглядом шестерых мужчин, топтавшихся у костра: Дэр, Атэр и Мурлах согласно качали головами. Аог лишь почесал бритую макушку, выражая свое согласие, как обычно, молчанием.
– Значит, решено.
– Не спешите.
Эдра, удивленно вскинув брови, обернулся на голос. Из руин Академии выбралась какая-то фигура в длинном одеянии цвета пепла и грозового неба; поверх был накинут черный плащ, а глаза скрывала плотная повязка. На шее и руках, затянутых в перчатки, блестело множество причудливых украшений. Одно из них – золотой амулет с рубином – особенно приковывало взгляд. Человек медленно приближался. В его облике было что-то неуловимое, до боли знакомое…
– Тосан, это ты? – неуверенно спросил Эдра и шагнул ему навстречу.
Человек уже выбрался из завалов и теперь шел к ним, освещаемый последними лучами заходящего солнца.
– Кентон?
Юный мастер проклятий поднял голову, уставив на него скрытые под повязкой глаза. Эдру прошиб холодный пот. Он несколько раз моргнул, пытаясь сбросить внезапно охватившее его оцепенение, и произнес:
– Мы думали, ты погиб. Мы спускались в развалины, искали выживших, но…
– Но меня вы не нашли.
Кентон остановился перед Эдрой и окинул его внимательным взглядом, как будто прекрасно видел сквозь непроницаемую ткань.
Эдра задрожал. Почему этот мальчик стал выше ростом? Когда он успел стать таким грозным и властным? И что случилось с его глазами?
– Не нашли, – медленно повторил мастер оружия. – Два дня прошло… мы уже начали думать, что, кроме нас, никто не выжил. Мы как раз решаем, что делать дальше.
– Значит, вот уже два дня, – Кентон оглядел поочередно остальных, – вы только и делаете, что сидите тут и чешете языками?
Карбад выскочил вперед, горя желанием выместить на ком-нибудь гнев за недавно пережитое унижение.
– Кем ты себя возомнил, щенок? Еще пару дней назад ты был всего лишь служителем, а миссию во дворце Янака тебе доверили лишь потому, что настоящие мастера упились медовухой. Но ты все равно опростоволосился. Вот Тосан и назначил тебя, бездарность, мастером проклятий, чтобы ты ему лишний раз глаза не мозолил! – Внезапно он осекся. – Так вот откуда у тебя эта одежда и украшения? Ты вынес их из Хранилища?
Эдра думал о том же. Если мальчишка и правда с ног до головы увешан артефактами – тогда и подумать страшно, насколько он опасен.
Словно прочитав его мысли, Кентон аккуратно снял с головы шарф. Эдра изумленно ахнул, Карбад отпрянул и чуть не упал, запутавшись в мантии. Из глазниц мастера проклятий вырывались языки радужного пламени, придавая ему вид демонического и в то же время божественного существа. Две огненные сферы, заменявшие человеческие глаза, смотрели на Эдру, проникая в самую его душу.
«Кеос, – подумал он, до боли прикусив щеку, чтобы не выругаться вслух. – Этот мальчишка – призрак… или демон? Он из
