благородных былин я тоже вдоволь наслушалась, теперь нам предстоят первые практические занятия по курсу изучения повадок выходцев из могил, – резюмировала я и уже почти решилась ткнуться носом в плечо парня, когда за окошком раздался печальный стон.
Словно тоскующий ветер пронесся по саду. Будь я собакой, завыла бы в голос. Потусторонние звуки затихли и через один долгий миг повторились снова. Лакс вздрогнул, машинально прижал меня к себе. Так, в обнимку, мы и стали осторожно приподниматься, чтобы выглянуть из окна, как солдаты из окопа под обстрелом.
Темный силуэт грузного мужчины на фоне темного сада в слабом свете звезд нарисовался у подмеченной нами яблони. Рука создания коснулась коры дерева, будто пыталась вновь ощутить что-то из мира плоти, огладила топорщившуюся колом бороду. Призрак вновь простонал. Затем печальный покойничек сделал шаг, чтобы встать поровнее под яблоней. В тот же миг раздалось звучное жадное клацанье, и «призрак» истошно заорал! Вопль вперемешку с ругательствами самого прозаического свойства огласил ночной сад.
– Попался, голубчик! – злорадно завопила я, сиганув через открытое окно и на бегу метнув в мерзавца заготовленную заранее тройку рун, именуемую в пособиях по рунной магии весьма поэтично – «оковы врага». Враг резко заткнулся и как подкошенный рухнул в траву.
Мы с Лаксом и Кейр оказались у яблони практически одновременно. Ярина, использовавшая для выхода из дома дверь, припоздала на каких-то несколько секунд. Тяжело дыша не столько от физической нагрузки, сколько от возбуждения, мы окружили «призрака». Заправленная маслом лампа хозяйки и руна кано высветили могучего бородатого мужика, раззявившего рот в беззвучном из-за магического кляпа крике. Нога «выходца с того света» была надежно защелкнута челюстями капкана – одного из нескольких приспособлений, установленных нами под вечер в саду, очень прочных, но сделанных специально так, дабы не портить ценную шкуру зверя. Я нагнулась и стянула с башки «нежити» картуз.
– Так, проводим опознание. Ярина, знаком ли тебе этот человек?
– Фокма! – в удивлении ахнула крестьянка, всплеснув руками.
– Ты знала, что ее пугает человек? – усмехнулся мне Кейр.
– Нет, но решила на всякий случай перестраховаться, – скромно улыбнулась я. – Стало быть, этот твой родственник, Ярина. Очень интересно, какого же рожна он из себя привидение корчит? Уж не для того ли, чтоб ты хутор поскорее продать решилась?
– И на что только люди от жадности не идут! – резюмировал Лакс, малость разочарованный тем, что нежить оказалась самой натуральной «житью», не добавив ни капли к его личному опыту трансцендентального.
– Впрочем, не будем строить бездоказательных версий, давайте у нашего призрака обо всем спросим. Сейчас заклятие сниму, с капканом на ноге он далеко убежать не сможет, пусть дает показания, – решительно объявила я и устранила магические путы.
– Фокма, зачем? – Ярина спросила с жалобной беспомощностью преданного доверия. – Неужто все из-за землицы?
Крякнув, мужик сел, встать с капканом на ноге у него все одно не вышло бы, и глухо пробормотал, глядя в землю:
– Вишь ты, стыдобища какая вышла, а я ведь как лучше хотел. Только поверишь ли?
– Обвиняемый имеет право на оглашение своей версии происходящего, – заверила я его, поскольку крестьянка, кажется, временно потеряла дар речи. – Говори, мы выслушаем, а верить или нет, решим сами.
– Люблю я ее, – совершенно неожиданно признался Фокма, весь как-то сжавшись, что при его габаритах было затруднительно (видно, мальчик хорошо кушал, и не только морковку). – Сызмальства люблю, еще когда ребятенками вместе играли, думал – вырасту, непременно женюсь. А ее родители за Парама отдали, ничего слушать не хотели, потом и меня оженили. Так и жил, как без сердца, из груди вынутого, от ярмарки до ярмарки, где хоть увидеться мог, словечком перемолвиться. Как умерла женка моя, бобылем остался, а потом и Ярина своего мужика схоронила, я и решил, дурень, что еще смогу хоть напоследок счастье свое устроить. Намекал ей чуток, просил ко мне перебраться хоть как к родичу поначалу. Только она никак решиться не могла, вот я и скумекал чуток пугнуть. Пусть не ко мне, так от нежити прочь убраться захочет. А вишь ты, как оно обернулось.
– Н-да, – протянул Кейр, огладив подбородок. Воин был почти шокирован. Он мог ожидать выходок такого рода от сумасбродки- магевы, но не от крестьянина в летах.
– Амо́р, – задумчиво процитировала я, почесав нос, и глянула на Ярину. Несмотря на искусственное освещение, было совершенно очевидно, щеки предмета воздыхания Фокмы заливал совершенно девичий румянец, а глаза посверкивали так, будто крестьянка сбросила годков двадцать. Еще бы, готова поспорить, ничего столь романтичного, как этой ночкой, с ней за всю жизнь ни разу не приключилось. – Ну что, Ярина, тебе как жертве розыгрыша решать, что делать с этим Ромео будешь.
– Ох, Фокма. – Ни малейшего укора в голосе женщины не было, только томное, удивленное довольство. – Да кабы я знала…
– Ну теперь-то знаешь, – пробормотал себе под нос незадачливый влюбленный.
– Знаю, – кокетливо потупилась Ярина.
– Сними с него капкан, – уяснив ситуацию, попросила я Кейра, и воин играючи расщелкнул челюсти монстра, освобождая ногу мужика. – А дальше они сами разберутся, когда свадьбу назначить и кто к кому на хутор переезжать будет. Пошли, парни, им есть о чем наедине поговорить.
Мы уже собрались удалиться, чтоб оставить сладкую парочку в саду тет-а-тет, когда я резко развернулась и спросила:
– Да, Фокма, чуть не забыла, а каким образом ты стоны изображал?
– Да вот, дудочка. – Мужик прекратил растирать и ощупывать ногу, вытащил из глубин бороды тоненькую деревянную штуковину и протянул мне.
– Классная вещица, спасибо, – нахально поблагодарила я и сунула пугалку в карман. Никогда не узнаешь, в какой момент могут пригодиться такие приколы.
Поворачивая за угол дома, еще разок оглянулась и увидала идиллическую картинку. Ярина и Фокма сидели под яблоней рядком, целомудренно взявшись за руки, и о чем-то шептались.
– Да, Лакс, так нам и не удалось на нежить поохотиться. – Я цокнула языком. – Ну ничего, если очень захочется, устроим засаду на первом же попавшемся кладбище!
– Ты шутишь? – уточнил Кейр.
– Конечно, шучу, – ухмыльнулась я и сладко зевнула. – Никакие привидения не заставят меня сегодня отказаться от сна! Ну если только очень красивые привидения, – внесла я маленькое уточнение.
– Эльфийские, что ли? – поддел меня вор, открывая дверь в дом.
– Не-а, эльфийских не хочу! Ты же говорил, они слишком торжественные и возвышенные. Мне от патетики скулы с тоски сведет! – закапризничала я, сморщив нос, и неожиданно сладко зевнула.
– Ложись-ка спать, магева, – мягко, почти нежно, посоветовал телохранитель, подталкивая меня в сторону комнаты.
– Ага, чао, ребята! – Я даже не стала спорить. Сходила, вытащила спящего без задних ног, рук
