А. Смолин, ведьмак - Андрей Александрович Васильев

— Раз дело зашло в тупик, то попросим Марусеньку нам помочь, — весело сообщил приунывшим нам Дэн. — Она добрая, не откажется.

— С Жанной разобрались, теперь осталось только узнать, кто такая Марусенька, — хмыкнул Стас. — Ой, блин!

Последние слова он сопроводил вскакиванием с земли и отбеганием в сторону. Оно и неудивительно — когда из рукава человека, сидящего рядом с тобой, вдруг появляется голова змеи, причем однозначно ядовитой, тут любой струхнет. Мне и то не по себе стало.

— Ты ее все время с собой таскаешь? — уточнил Николай, сглотнув слюну.

— Конечно, — подтвердил Дэн. — Разве что только когда к девкам иду, ее дома оставляю. Она, понимаете ли, ревнует, может глупостей наделать. Потом жалеть станет, а уже все, девку не вернешь, от яда Марусеньки спасения нет.

— А на вид — обычная гадюка, — произнес чуть подуспокоившийся Стас. — Среднерусская. Они вроде бы не до смерти кусают, если не в шею или лицо.

— Обычная, да необычная, — возразил ему Дэн. — Саня, глянь на нее повнимательней, ничего не замечаешь? Друзья твои точно ничего не увидят, а вот ты — сможешь.

Змея тем временем полностью выползла из рукава и теперь лежала у ног Дэна. Как она у него под курткой помещалась? Тело, поди, обвивала. Брр…

— Замечаю. — Я тоже поднялся на ноги. — А как же. Это та самая красавица, что по весне в мой деревенский дом визит нанесла. Да, сразу хочу перед ней извиниться за поведение своего домового. Он не знал, что к нам пожаловала гостья, вот и позволил себе лишнее.

Марусенька раскрыла пасть, и между острых, чуть загнутых клычков мелькнул раздвоенный язычок. В этот миг на змею упал луч солнца, пробившийся сквозь качнувшуюся от ветерка листву, и я явственно различил блеск малюсенькой золотой короны, венчавшей прямоугольную головку.

— Заметил, — удовлетворенно сообщил всем Дэн, внимательно наблюдающий за мной. — Да?

— А кто она? — заинтересовался я и объяснил своим не менее заинтригованным приятелям: — У нее на голове корона, прикиньте?

— Марусенька ведет свой род от тех змей, что в незапамятные времена служили богине Деване, дочери Перуна и Додолы, — пояснил Дэн. — Она, если можно так выразиться, гадючья царевна. Главными помощниками Деваны были два волка, но к особо разошедшимся охотникам, тем, что меры да совести в лесу не знали, она посылала как раз пращуров Марусеньки. От ее яда нет спасения. Королевские кобры по сравнению с ней — ужики.

— Лихо, — проникся я. — Теперь мне за моего Антипку совсем стыдно стало. С веником — и на царевну.

— Она не обидчива, — рассмеялся Дэн. — Марусенька, помоги нам, будь любезна. Вон там, за оврагом — дом. Сползай, глянь, что там внутри, есть ли люди, сколько их, кто они? И будь осторожна, там свил гнездо потомок Кощея. Он силен, хитер, если увидит тебя, то распознать может.

Змея зашипела, язычок снова метнулся туда-сюда.

— И еще. — Дэн приблизил к ней свое лицо. — Там имеется подвал, в нем спрятан Олег. Ты помнишь Олега? Хорошо. Если он там один и Кощеевича рядом нет, то дай ему о себе знать, пусть наш друг поймет, что мы рядом. Ступай, милая.

Черная длинная молния скользнула в кусты, и только мы ее видели.

— Она не любит Кощеево племя, — пояснил Дэн, растягиваясь на травке. — Старые дрязги. Девана не ладила с его бывшей женой, Мораной, оттуда все пошло.

Ой-ой. А если эта царевна учует, кому я служу?

Или она учуяла, да виду не подала? Минус на плюс дал плюс, и моя дружба с Дэном в ее глазах пересилила давнюю вражду богинь?

— Обалдеть. — Стас снова плюхнулся рядом с нами. — Это же, по сути, идеальное оружие!

— В определенном смысле — да, — признал Дэн. — Но я ее никогда для подобных целей не использую, Марусенька — мой друг, а не киллер на жалованьи. Хотя для сегодняшнего дня я бы сделал исключение. Жаль только, что Кощеева потомка ей не убить, он не просто человек, яд его немного ослабит, но не прикончит.

— Жаль, — согласились с ним все мы.

Марусеньки не было еще дольше, чем перед тем наших друзей. Час с лишним прошел, мы даже нервничать начали. Все, кроме Дэна, который знай лежал на травке, грыз стебелек тимофеевки луговой да что-то насвистывал.

Когда и как его приятельница вынырнула из кустов и вползла ему на грудь, никто не заметил даже. Вот ее не было — и вот она есть.

— Ну, милая моя, рассказывай, — безмятежно обратился к гадюке Дэн. — Что видела, что слышала?

Как видно, и вправду есть змеиный язык, потому что из шипения и посвистывания, которое издавала Марусенька, наш приятель уяснил многое.

— Первое — колдуна там сейчас нет, — не вставая с земли, сообщил нам ведьмак. — Он еще утром уехал, обещался быть к вечеру. Она потому так долго и не возвращалась, что слушала разговоры трех его прислужников. Те телевизор смотрят в комнате, что недалеко от входа, и между собой разное всякое обсуждают. Больше в здании никого нет, кроме, разумеется, Олега, тот на самом деле сидит в большом подвале. Очень большом, размером с верхний этаж. Марусеньке там не понравилось, говорит, что очень в нем смертью пахнет, муками и кровью. О нас она дала ему знать, Олег сразу после этого велел передать, что колдун не просто так все это затеял. Ему нужна власть над ведьмами, он какое-то очень дрянное дело замышляет. И у него среди них есть помощница.

— Бинго, — хлопнул в ладоши Николай. — Имени он, конечно, не знает?

— Или не назвал, — подтвердил Дэн. — Да, еще он просил передать тебе, Саня, вот что: «Не дури и не подставляйся. Один фиг он меня убьет». Узнаю Олега, он весь в этом.

— Алле, Стелла? — Николай, оказывается, уже успел позвонить Воронецкой. — Это Нифонтов. Скажи, а кто посоветовал выбрать местом встречи со Смолиным Кусково? Ты же была при этой беседе? Нет, я хочу не слишком много. Нет, мне неинтересно, какого цвета на тебе трусики и надела ли ты их вообще. Стелла, это серьезный вопрос. Ага, ясно. А теперь вот что — мне надо встретиться с Марфой как можно скорее. Причем об этой встрече не должен знать никто, кроме нее и тебя. Нет, Воронецкая, я не рехнулся. Ты хочешь пролезть на вершину конклава? Вот и давай, шевелись, делай для этого что-то. А чтобы Марфа тебя сразу не послала, скажи ей, что на встрече со мной она узнает,