Пониже опустив козырек бейсболки — шлем болтался на рюкзаке — я ненадолго задержался рядом с группкой бодрых несмотря на жару стариков. Они жевали листья, пуская по морщинистым подбородкам зеленые ручейки и были готовы общаться на любую тему, если я отвечу и на их вопросы. Ну да — в этом возрасте новости подобны живительной воде и главной наркоте. Скупиться я не стал, быстро и четко рассказав о причинах задержки каравана и о том, что произошло в лесу ревунов. Переварив мои слова, старики покивали и в ответ дали мне нужную информацию, заодно дав пару вариантов и указав нужное направление. Я выбрал тот, что показался мне самым многообещающим и уже через десять минут через узкую дверь входил в большой полутемный зал. Усевшись за ближайший столик, я огляделся.
Снаружи здание представляло собой что-то вроде сборной коробки из тронутых ржавчиной листов гофрированного металла. Внутри отделка была точной такой же — листы уже много где дырявого металла, широкие щели, каркас из толстого старого бруса. С потолочных балок свисало несколько ламп, питаемых солнечными батареями. Там же лениво крутилось три скрипящих вентилятора, давая возможность мухам и ящерицам покататься на карусели. В теплом сумраке просматривалась не слишком длинная стойка, рядом с которой находилась ведущая вверх железная лестница, заканчивающаяся у широкого и заставленного двухъярусными койками балкона, тянущегося вдоль всей стены. С балкона доносился заливистый храп и наигранные женские стоны с подрагивающей кровати в другом конце. Заведение называлось «Комида Абунданте» и по заверением все знающего старичья являлось третьесортной таверной и ночлежкой. Из веселья тут был только ром и ежевечерние выступления марьячи.
Сонная от жары девушка с собранными в пучок волосами, в желтой футболке и короткой синей юбке подошла почти сразу, вопросительно на меня уставившись.
— Пожрать и выпить — коротко ответил я, вытягивая ноги под столом.
Выбранный мной стол ничем не отличался от остальных и не имел ни малейшего тактического преимущества. Стены тут можно хером прошибить, от пуль угол не укроет, стол из тонких досок, а с балкона прекрасно простреливается весь зал. В каждой стене по двери ради сквозняка. Так что я не прогадал.
— Есть жареные с томатами и луком острые бобы — проинформировала меня девушка — Есть еще целая сковорода — тетушка Манни только что пожарила. Будете?
— Ага.
— Порцию?
— Всю сковороду — ответил я, улыбаясь максимально аккуратно и скупо, чтобы улыбка не превратилась в прилипшую ко мне кривую усмешку — Еще хлеба, воды и кофе.
— Ром?
— Позже — на этот раз я улыбнулся чуть уверенней — Еще лепешек.
Она кивнула, затем ненадолго уставилась на потолок, выискивая там что-то видимое лишь ей, пошевелила губами и наконец озвучила:
— Три серебряных дублона, сеньор.
Выложив монеты, я глазами указал на балкон:
— Есть свободные места в вашем люксе?
— Койки есть. Треть дублона за сутки.
Я добавил еще одну монету. Сгребая деньги, она добавила:
— На третью слева на ложитесь. Старый Пью снова обделался по полной и все протекло сверху донизу. Убрать убрали, но…
— Я лягу подальше справа — кивнул я.
Девушка покачала головой и, понизив голос, сказала:
— Туда тоже не стоит. Справа койки самые чистые, но там обитает Туч Торо и лучше не оказываться с ним рядом, когда он пьян или с похмелья. А пьет он каждый вечер и считай до самого утра…
— Учту — кивнул я.
Покосившись на мои стволы, девушка напомнила то, о чем я сразу же услышал от стариков:
— В городе хвататься за оружие нельзя. Даже за нож.
— Учту — повторил я и выложил на стол еще монету — Где тут можно помыться так, чтобы вещи были под приглядом?
Она ответила мгновенно:
— Купальня тетушки Летти. Шагов сто вон в ту сторону. Три трейлера стоят большой буквой П вокруг бассейна. Или я могу наносить воды в большое корыто в задней комнате…
— Большое корыто подойдет — ответил я.
На этом наш диалог закончился. Пока она шла к стойке, нарочито сильно покачивая бедрами и пару раз оглянувшись, я помассировал щеки — оказывается, я разучился улыбаться. А ведь умел когда-то…
Девушки не было довольно долго. Но вернулась она красива. Здоровенную и еще горячую сковородку поставила прямо на стол, наверняка добавив к многочисленным подпалинам столешницы еще одну. Рядом брякнула миску с лепешками и десятком стручков зеленого перца. Стоило запаху достигнуть моих ноздрей и я, еще даже не шевельнувшись, разом понял, что это тот самый почти уникальный случай настоящей еды. Той, что готовится с минимальным перечнем простейших ингредиентов, но при этом имеет максимальный вкус. Та самая обожаемая гоблинами вроде меня дешевая вкусная жрачка. Раньше такое можно было получить только с очень редких уличных лотков на полузатопленных улицах умирающего города. И я знал каждое такое местечко…
Взяв ложку с деревянной темной ручкой, я зачерпнул из сковороду, пару раз дунул, сунул в рот, жеванул и… ненадолго замер, впитывая в себя невероятный вкус. Проглотив, поднял глаза на снова подошедшую девушку и хрипло произнес:
— Повар дельный.
— Пиво от заведения — на стол встал глиняный кувшин — В благодарность.
— За что?
— В благодарность за караван. За то что метко стрелял.
— Стреляли все.
— Но ты был лучшим. Так говорят — ответила она, наливая пиво в высокий помутневший от времени стеклянный бокал — Еще говорят ты спас многих не только выстрелами, но и приказами.
— Кто говорит? — поинтересовался я, отрывая от теплой лепешки солидный кусок и зачерпывая им бобы прямо из сковороды.
Прожевав, я сделал глоток пива и одобрительно кивнул — свежее, прохладное, вкусное.
— Тебя не Тринити зовут? — неожиданно спросила девушка, проигнорировав мой вопрос.
Я удивленно посмотрел на нее:
— Тринити?
— Да я шучу… вспомнила просто один старый фильм про крутых мужиков. Говорят, тому фильму уже лет пятьсот, а судя по статистике нашей электронной фильмотеки его берут чуть ли не чаще всех остальных. Хотя у старого дона Содро всего-то шестьдесят три фильма, и я посмотрела каждый по несколько раз.
Хмыкнув, я допил бокал, и она снова долила его доверху. Подумав, я глянул на рюкзак, где скрывался мой планшет, куда умельцы Окси загрузили немало разного, и пожал плечами:
— У меня тоже есть с десяток древних фильмов. Может больше.
— Правда?! — с ее лица исчезли остатки сонливости — Поделишься?! Наша община будет благодарна.
— Поделюсь и без благодарности — буркнул я, возвращаясь к еде — Пришли ко мне того самого старого дона Содро. Я угощу его пивом. Если он захочет пива… и если вообще захочет прийти.
— Не захочет — я его силой притащу! А у тебя есть фильмы про рухнувший старый мир? Про огромные города с миллионами жителей? Про небесные башни? Про Эпоху Заката, когда все уже рушилось и пылало? Про падающие с небес летающие острова и пылающие дирижабли? Про знаменитый лунный мятеж и взрыв реактора в одном из купольных городов? Есть такое? И чтобы с кровью и гноем…
— А хрен его знает — ответил я, опять пожимая плечами и изо всех сил стараясь поддерживать этот столь трудный для меня обычный разговор ни о чем. Неплохая тренировка. — Ваш дон Содро и посмотрит.
— Когда можно его позвать?
— Через пару часов — отозвался я — Так кто там говорит обо мне?
— За таверной пара тенистых деревьев. Там всегда толчет свободный от работы или калечный народ. Там же подрабатывают мелкие ремесленники. Там же поят животных. И пиво мы туда подаем.
— Ясно — кивнул я.
— Могу поговорить с хозяином и тебя разместят не на балконе сверху, а в отдельном малом трейлера там за таверной. Доплачивать не придется.
Прикинув все за и против, я кивнул:
— Хорошо. Ночью. Тогда же и помывка. А отдохну пока на балконе.
— Зачем? — она искренне удивилась.
Я не ответил. С хрустом откусив половину жгучего перца, я торопливо запихнул в рот полную ложку бобов и сосредоточился на пережевывании. Обидчиво фыркнув, девушка пошла к стойке, на ходу бросив:
