вес своего оружия в руке и пошел по травянистой земле к холмам.
2
Тебе нужен товарищ. Предпочтительнее весь взвод, но, если взвода нет, хотя бы еще кто-то один из пехтуры. Вот что позволяло переносить тяготы войны. Один солдат без товарищей оказывался в невыгодном положении. Ему требовались глаза на затылке. Если никого не оставалось на вахте, то ты и уснуть толком не мог. Не с кем поговорить – никто не даст тебе совета, не выскажет своего суждения, не расскажет о собственном опыте. А все твои планы без этого будут хромать. Когда ты один, твои риски повышаются. Но когда у тебя нет выбора, тебе приходится рисковать.
– Эй, Гэв, постой-ка! Эта малышка весит тонну!
Гэврил резко развернулся с оружием наизготовку.
В нескольких ярдах от него шел другой солдат, держал в руках здоровенную совершенно убойную стрелялку. Это была пехтура женского рода, хорошего сложения, светловолосая, судя по ее виду, знающая толк в войне, облаченная в такую же униформу – синюю с зеленым, – что и Гэврил. На ее нарукавном ярлычке было напечатано «БЕЙНБРИДЖ», но эта фамилия ничего ему не говорила.
Гэврил повеселел при виде товарища, которого ему не хватало; эта женщина материализовалась из одних его пожеланий и нужды́, пусть он и не знал ее. Гэврил поспешил к ней навстречу.
– Дай-ка я тебе помогу – понесу эту хрень, а то ты, я вижу, еле тащишься.
Женщина передала ему оружие. Оно и в самом деле было тяжелым, и Гэврил недоумевал, как она и сюда-то дошла.
– Ух, спасибо. Леталка вышла из строя милях в трех отсюда, но пушку я не могла оставить. Я знала, что она нам понадобится.
– Конечно, понадобится. Тут за холмом пара дюжин Массивов свили себе гнездышко.
– За каким холмом?
Гэврил повернулся. Гребень, на который он нацелился, выйдя из деревни людей с глазами-блюдцами, исчез. Осталась только плоская земля, на которой росли редкие деревья с пурпурного цвета листьями.
– Я… мне сказали…
– Слушай, не бери в голову. В Самотеке все перемешалось. Я уверена, мы идем в верном направлении. Доверяйся своему чутью. Массив – он повсюду, верно? Рано или поздно мы на них выйдем. И тогда они попляшут!
Гэврил попытался собраться с мыслями.
– Ты права. Идем.
Через час ходьбы по неменяющейся местности Гэврил остановился у маленького ручейка.
– Тут вода. Похоже, чистая. Передохнем. У тебя есть что-нибудь съестное? Я пустой.
Женщина скосила глаза на Гэврила.
– У тебя на поясе целая упаковка нутрипасты из каракатицы. На двоих хватит.
Гэврил опустил глаза и, к собственному удивлению, увидел у себя на поясе упаковку.
– Ух ты, я и забыл. Ну хорошо, присядем тут в тенечке.
Они поели, запили пасту водой. Сразу же уходить из этого привлекательного оазиса не хотелось, и они принялись неторопливо говорить о войне, обмениваться историями героизма, переменчивости удачи, самых их умных и важнейших прыжков, побед, вырванных из челюстей поражения, обычным набором комических, трагических и абсурдных анекдотов, полных всяких солдатских унижений, радостей, веры.
Наконец, Гэврил почувствовал, что больше не может сдерживать своего любопытства.
– Послушай, не пойми меня неправильно, но я не знаю, как тебя зовут.
Женщина улыбнулась, положила грубую ладонь на его щеку.
– Гэврил, это я, Тина, твоя мать.
3
Подкравшись сзади, Гэврил запустил руку под подбородок слабо сопротивляющегося, хватающего ртом воздух клона Массива. Он вонзил нож в спину клона, жестко крутанул лезвие в теле для вящей уверенности, потом вытащил и быстро отпрыгнул в сторону, чтобы ручьи крови не попали на него. Он никогда не смог бы свалить такого мощного противника, если бы клон действовал оптимальным образом. В схватке один на один клон против человека победа в большинстве случаев оставалась за клоном. Но все гнездо было ослаблено эффективным и смелым использованием пушки Тиной, тем более что они застали невооруженного врага врасплох – артиллерия Массива не произвела ни одного выстрела, только попугала их лазерным лучом. Ошарашенные клоны Массива были слабым противником, и Гэврил, перебил всех из двух своих автоматических пистолетов, а когда патроны кончились, он пустил в ход нож. Он видел, что Тина орудует с не меньшим убийственным изяществом.
Последний клон упал на окровавленную землю, и Гэврил оглянулся в поисках Тины.
Но Тины нигде не было – она не стояла нигде в рост, не лежала на земле среди убитых. И он запаниковал.
– Тина! Тина!
– Здесь… Помоги… – услышал Гэврил слабый голос из-за дерева и поспешил туда.
Крупный человек, рыжеволосый, с бородой цвета ржавчины, облаченный в форму кощеев марсианского батальона, лежал на земле, как поверженный титан. Он прижимал руку к боку, из-под пальцев у него сочилась кровь.
Гэврил совсем забыл о Тине.
– Ты… я тебя знаю. Твое имя…
Раненый ухмыльнулся с демонстративным пренебрежением к смерти.
– Вардис Солтхаус, крупнейший сукин сын под небесами и бессмертный ада. Впрочем, похоже, теперь этот ярлык не очень подходит ко мне. И может быть, я еще был первым кощеем? Не уверен, но мне нравится так думать. Но какой хер может быть уверен здесь, в Самотеке? Все истории перепутываются и теряются в лабиринте, верно? Более того, они увядают, как призраки…
Гэврил опустился на колени рядом с солдатом.
– Где твоя аптечка, Вардис? Мы должны тебя залатать.
– Аптечка пропала в Самотеке, сынок. Как ты и я.
Вардис закашлялся, поперхнувшись кровью, и замолчал, чтобы сохранить тот остаток сил, что еще был в нем. Но казалось, он еще не был готов исчезнуть.
В голову Гэврила пришла одна мысль, одновременно знакомая и далекая.
– Вэнга! Свяжись с Вэнгой! Мы выпрыгнем из этой временно́й шкалы туда, где все в порядке. Целые и невредимые в новых телах. Мы даже можем прыгнуть тандемом, Вардис, ты и я. Может быть, прямо в какую-нибудь восстановительную зону, спокойное место. Женщины и пьянка – все, что тебе надо. Отдохнем. Если Вэнга одобрит, конечно. Но мы заслужили немного отдыха, правда, приятель? Сколько мы уже сражаемся, Вардис?
– Всю нашу жизнь, я думаю. Но боюсь, что выхода отсюда нет, малыш. Ты пытался в последнее время связаться с королевой? Она надолго ушла в офлайн.
– В офлайн? Нет, это невозможно. Разве что временно, ненадолго. Она мне обещала! – Гэврил уставил взгляд в небеса, словно мог увидеть там Облако Оорта в шестнадцати с половиной световых часах отсюда. Он закричал сразу мозгом и голосом:
– Вэнга! Вэнга! Ты нам нужна! Помоги! Покажи нам пути отсюда. Что угодно.
Но Вэнга никак не проявила себя.
Гэврил опустил глаза.
Солтхаус,
