Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 64
– Зачем так утрировать?! Это – совсем иное… Это же… кошмар!..
– Вот и я так в его глазах буду выглядеть с этими синяками.
– Так не надо было по дому во время боя бегать! – прикрикнул на нее Круке-Кре. – Кто тебе разрешал выходить?
В ответ понеслись всхлипывания.
Кремон слышал весь этот разговор. Он уже проснулся, но вот ни пошевелиться, ни поднять веки у него не получалось. Тогда он начал менять ритм дыхания, чтобы привлечь к себе внимание.
– О! Мой пациент уже и сам проснулся от наших криков, – было бы удивительно, если бы лучший врач этого не заметил. – Сейчас я последний этап лечения проведу.
А сам жестами указал принцу на Ягушу: мол, лечи быстрей, чего время тянешь. Минут пять в комнатке было сравнительно тихо. Разве что врачи перекидывались короткими медицинскими терминами, непонятными для остальных смертных. Опухоль на лице конклатерры заметно спала, самая густая синева и краснота исчезла, и им на смену пришла бледность. Лучший целитель, оглянувшись, похвалил своего высокопоставленного ученика:
– Отлично!.. Для военного времени… – Затем вернулся взглядом к пациенту: – Эй! Можешь подниматься, Кремон. Ну что, ничего не колет и не жмет? Не надо сразу тянуться за кошельком! Не надо! Потом о плате поговорим… И давай приводи свою даму на завтрак. Только учти, ночью здесь был бой, мятежники напали… Кое-что разрушено, так что не удивляйся. Твоя женщина покинула комнату и пострадала… слегка… Четыре перелома да разные мелочи… Так что ей вредно делать резкие движения. Только – еле-еле. Все, догоняйте!
Кремон сел на кровати и уставился на Ягушу:
– Красавица моя, ну и куда тебя ночью понесло? Вместо того чтобы охранять мое сонное тело, ты отправилась на поиски другого принца? Я тебе уже надоел? И убери руки от лица. Что, стыдно в глаза мне посмотреть?
Эль-Митолана на крохах своих сил сотворила минимальный морок в виде вуали и прикрывала им лицо. Не видя себя в зеркало, она опасалась, что ее вид может отпугнуть и самого непритязательного мужчину. А тут целый принц. Да еще и наследный! И еще не до конца прирученный!
Но в то же время шутливый тон, ласковые нотки в голосе и добрая улыбка Кремона позволили ей вздохнуть более спокойно и выровнять собственный голос:
– Мне просто не повезло… слишком издалека начала атаку. Надо было в упор и сразу добавить мечом…
– Вот именно! А где мой меч?
– Где-то там… потерялся… нечаянно…
– Надо было в комнате забаррикадироваться и сидеть в засаде, – стал поучать ее мужчина, уже нависая над ней и не зная, с какой стороны взяться, чтобы помочь встать на ноги. – Ты колдунья в торговле, а не в боевой магии! Ну, говори, как удобней?.. Или лучше-ка я принесу завтрак тебе прямо сюда!
– Нет! Я иду с тобой! – Она здоровой рукой ухватилась за его подставленный локоть и, потихонечку встав, призналась: – Немножко голова кружится, но уже лучше.
Дойдя до столовой, они поняли, что поступили правильно. Большинство сентегов если и имели магические силы в резерве, находясь возле принца, не имели права их тратить на лечения пустячных ран. Но в то же время в доме оказалась масса соседей, которые стекались в поместье после ночного сражения. Уж они-то сразу откликнулись на просьбы местной конклатерры подлечить ее отважную коллегу, которая вступила в бой, невзирая на свои предыдущие раны. Три сентега поделились с ней магическими силами, набив личный резерв Ягуши до максимума, а еще двое прямо у стола залечили в «первом касании» перелом на руке. Так что повысившееся настроение Ягуши и совершенно не мешающийся морок на лице отогнали печальные мысли о нагрянувшем уродстве.
За столом, по просьбе Кремона, командир «порушников» живописал ночное сражение во всех подробностях. Перечислил количество пленных, убитых и собранные трофеи. Рассказал, как ведутся допросы и что интересного удалось узнать. Похвастался, что обе керечесы остались целы, а собранных артефактов хватит для вооружения солидной дружины.
Ну и напоследок сообщил, что на тракте ждут отправленных в столицу посланников. Потому что по общей связи до сих пор передаются прежние приказы: оставаться на местах и вести аресты мятежников. Так что завтрак плавно перетек в этакое совещание на тему: переждать еще одни сутки в поместье или, даже не дождавшись возвращения посыльных, отправляться в столицу? Положение усугублялось отныне еще и тем, что теперь каждый шейтар в округе знал, что в данном поместье прячется пусть и самый младший, но все-таки сын императора.
Настаивал на глухой обороне только Медиальт. Да и то делал это уже не так категорически, как вчера. Принц занимал нейтральную позицию, перекладывая принятие решения на более знающих. Ему в принципе было везде интересно, тем более что, поглядывая частенько на Кремона, он явно мечтал послушать новые рассказы о большом мире.
Полковник Кулри-Заг настаивал на немедленном выезде двумя малыми группами. Кажется, он отчаянно радовался, что пусть и с ужасными потерями в его сотне, но вновь появилась возможность выполнить приказ императора. В его понимании каждая минута задержки только увеличивала риск нападения мятежников.
Ну и в конце концов три сентега уставились на Кремона. Мол, твой голос решающий. Что весьма и весьма удивило Ягушу. Она уже совсем иным взглядом посмотрела на мужчину, словно спрашивая: «Они тоже знают, что ты принц?!»
Но выбирать энормианину не пришлось. Потому что примчавшийся с тракта воин из «порушников» сообщил:
– Нас опознал на тракте Медиальт Ветеран! Он и его коллега Хооз-Дер уже направляются сюда!
Встреча с Ветераном проходила весьма бурно, если не сказать с восторгом. Радовались встрече старые друзья, оказалось, что приезжий и с принцем был знаком, но больше всего старец обрадовался живому Кремону. И только каким-то чудом, скашивая глаза на Ягушу и делая незаметные жесты, удалось удержать его от восклицаний, разоблачающих трюк с иллюзией женщины.
Он вопросительно уставился на гостя с севера и на девушку, после чего ему скороговоркой была рассказана отредактированная версия событий. Мол, Риона умчалась в столицу со своим любовником, а это брат любовника, которому удалось спасти матрону от безумного, бежавшего из ссылки сентега. Этой ночью был жуткий бой, Кремон спал в лечебном сне, а женщина успела повоевать.
Что примечательно, такая запутанность ситуации очень не понравилась Ветерану, и тот стал разрешать ее самым кардинальным образом:
– Значит, так, Ягуша! Твой хозяин довольно серьезно ранен. Ему оторвало ногу ниже колена и полностью размочалило взрывом кисть. Из тюрьмы его уже забрали, и Медиальты Селестии начали отращивание новых конечностей нашему другу, но твое присутствие, как ты сама понимаешь, возле пострадавшего обязательно.
– А вот и нет! – воскликнула та, напичканная под завязку силами и готовая сражаться за свое счастье. – Я сама тяжело ранена и в сиделки не гожусь. Тем более что ваши коллеги его гораздо лучше вылечат, чем я. Мне самой нужна постоянная опека и надлежащий защитник. Поэтому никуда отлучаться от Кремона больше чем на пять минут я не собираюсь! А так как он странным образом вдруг стал нужен всем и в его компании все собираются отправляться в столицу, то и я отправляюсь с вами. Тем более что мой хозяин, которого я скорей за отца родного считаю, давал мне конкретные задания именно для столицы. И не надо на меня так смотреть! Я уверена, что Ду-Грайт меня к себе не звал!
После такого спича с минуту царила полная тишина, которую прервал язвительным тоном главный целитель империи.
– Шуин-Шан! – он впервые во всеуслышание назвал старца его настоящим именем. – Вот тебе хороший повод для того, чтобы как можно скорей покончить с рабством в нашей империи. Иначе эти конклатерры вскоре заставят нас ходить строем и делать все только по их командам.
Но его коллега рассердился и обратился к Кремону с неожиданным вопросом:
– Она тебе так дорога?
– Конечно, – ответил тот с некоторым вызовом и опасением. – Только…
– Только надо признаваться во всех недомолвках и раскрывать всю правду, а это трудно? – вопрошал Шуин-Шан. – Но твоей-то вины в этом нет! Это все мои распоряжения виноваты. И наши дурацкие споры с Хооз-Дером. Так что можешь смело признаваться ей в том, что вынужден был недоговаривать. Вся вина за ложь лежит на мне! И быстро! Полчаса времени на сборы! Если после этого она передумает и отправится к своему «папочке» Ду-Грайту, я только обрадуюсь, в столице она будет явно мешаться у нас под ногами.
С тяжелыми сомнениями энормианин повел свою симпатию в отведенную им комнатку. Уходя, они услышали, как Круке-Кре спросил у Ветерана:
– Настаиваешь на немедленном выезде?
Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 64
