Мир-Цирк [Авторский сборник] - Барри Лонгиер

главной карусели — сначала быстрым шагом, а затем рысью. Выкрикивая команды и работая стеком, Здоровяк помог слонихе обойти ее мертвых сородичей. Работая головой, хоботом и бивнями, Минг убрала с пути испуганных слонов. Кто-то из них попытался было дать ей отпор, и Здоровяк почувствовал, как чей-то бивень впился ему в икру.

— Черт! А ты пошевеливайся!

На другом конце трубы дым все еще стоял плотной завесой.

— Стоять. Припаркуйся здесь, а я пока нащупаю дверную ручку.

Слониха остановилась, а Здоровяк попытался разглядеть, что же творится вокруг.

— И где эта ручка, черт бы ее побрал?! — Здоровяк покачал головой, но от этого она только сильнее разболелась, а видимости ничуть не прибавилось.

— Черт! — Здоровяк наклонился вправо, свесился вниз и похлопал слониху по груди. — А теперь, милочка, опустись на колени. Вот так. Дай-ка мне слезть вниз.

Слониха медленно подогнула передние ноги, и Здоровяк соскользнул на раскаленный пол нижнего отсека. Его левая нога тотчас стала как ватная, и Здоровяку ничего не оставалось, как подползти к двери на четвереньках. Найдя заветную кнопку, он с силой ударил по ней кулаком. Дверь с шипением отворилась. По другую ее сторону две слонихи, вырвавшиеся из трубы № 4, носились по коридору, который вел к главному люку. Раскаленная сторона карусели светилась в темноте оранжевым светом. Рядом с одной из стен виднелись растоптанные человеческие тела. Понятно, почему Рыжий Пони так и не сумел вызвать подмогу из кормового отсека.

Здоровяк отшатнулся от стены и рухнул на пол. Он посмотрел на слониху. Та терпеливо дожидалась дальнейших указаний. Здоровяку показалось, что на мгновение он потерял сознание, но, к счастью, быстро очнулся, когда ногу, тело и голову пронзила острая боль. Вскоре боль слегка отпустила, и он выкрикнул:

— Минг! Я не могу! Выбей дверь и выпусти нас отсюда! Дрессировщик постучал стеком по полу:

— Давай, вперед.

Слониха подвинулась вправо и посмотрела на распростертую на полу фигуру своего повелителя. Затем встала на задние ноги и протрубила. Здоровяк понял, что у нее на уме. Понял, потому что однажды уже пережил это.

— Минг, это я, Здоровяк. Неужели ты не узнаешь меня, моя красавица?

Слониха только фыркнула и принялась раскачиваться взад и вперед.

Это было раньше, в другом месте! Не сейчас! Много лет назад. А это я, Здоровяк!

Он поднял стек с позолоченным наконечником.

Здоровяк.

Минг на какое-то время застыла, опустив голову и подняв хобот вверх. Затем осторожно просунула бивни под тело Здоровяка. Тот отвел руку, в которой был зажат стек, — слониха должна все время видеть его.

— Это я, Минг. Если ты поранишь меня, то загубишь все на свете! Осторожнее!

Обвив талию своего повелителя хоботом, слониха подняла голову.

— Молодец, моя крошка. А теперь уйдем отсюда, и чем скорее, тем лучше!

Минг развернулась к главному люку. Две обезумевших слонихи двинулись в ее сторону.

— Давай, милая. Подними меня поближе к этой чертовой кнопке.

Минг остановилась перед мощной дверью главного люка. От сильного удара о землю та выгнулась, и открыть ее можно было, разве что одновременно выбив все болты.

— Потихоньку, милая. Пододвинь меня поближе.

Слониха пододвинула дрессировщика вправо. Здоровяк подался вперед и снял крышку с аварийного крана. Он потянул вниз красную ручку, но уже в следующее мгновение снова потерял сознание — как раз в тот момент, когда двести болтов вылетели из своих гнезд, а на Минг набросилась одна из разъяренных слоних.

Здоровяк вновь открыл глаза оттого, что все тело его сотрясалось — это Минг мчалась вперед по высоким травяным зарослям незнакомой планеты. Сзади раздавались чьи-то голоса, но Минг на них не обращала внимания.

— Минг! Минг!

Слониха перешла на рысь, а затем двинулась шагом.

— Полегче, милая. А теперь отпусти меня.

Огромное животное вздрогнуло, опустило голову и положило Здоровяка в траву. Затем подняла голову и застыла на месте, пофыркивая и похлопывая ушами.

— Умница. Молодчина. Ты у меня молодчина.

И снова голоса. На этот раз ближе и громче. Топот человеческих ног. Кто-то бежит в высокой траве. Здоровяк открыл глаза и посмотрел на ясное голубое небо. Погода как раз для открытия сезона. Черт, денек выдался просто на славу. Затем над ним появилось лицо Паки Дерна — погонщик пытался удостовериться, жив ли дрессировщик слонов. Здоровяк ощутил, как ему что-то положили под голову, кто-то сжимал ему левую ногу. Еще чьи-то руки, чьи-то лица… Вако-Вако, Дот Пот, Муллиган, Рыжий Пони, Молл…

На лице Паки появилась улыбка.

— Ну, Здоровяк, чего ты там натворил?

— Немножко того, немножко этого. Здоровяк почувствовал, как ему в руку впилась острая игла. Паки кивнул:

— Похоже, ты неплохо повеселился.

— Сам знаешь, Паки, что в таких случаях говорят. Когда работаешь в цирке, вся твоя жизнь — нескончаемое веселье.

* * *

Голубое небо вдруг сделалось черным. Лицо Паки расплылось и померкло, а резкая боль сменилась убаюкивающим покачиванием, похожим на морской прибой.

Он смутно ощутил чье-то прикосновение, услышал невнятные голоса и даже узнал один из них, исполнявший песню «Слоновий детский сад». Пела Ким. Молодец девчонка. Шаттл разбился, где мы сейчас — одному Богу известно, теперь нас вовек никому не найти. Неизвестно, добудем ли мы хоть какую-нибудь еду. Главное — не терять присутствия духа. Но ведь кое-что осталось. Я все еще здесь…

А жизнь? Такая же, что и всегда — жизнь с цирком, нескончаемое веселье…

Эй, почтеннейшая публика!

Заходите к нам полюбоваться на диковинных животных с планеты Земля. Взгляните на наших удивительных серых гигантов!

— Вот я и говорю, кто вы там, сэр или мадам, серых гигантов.

— Правильно, их так и зовут, сынок.

Всего за четвертак, за двадцать пять процентов