— Ты рассказала мне не все?
— Угу. Этот Динсмен направился в космопорт, огрел железкой по голове полицейского, который охранял космояхту одного богача. И стартовал через пару минут.
— Где Динсмен научился управлять космическими кораблями?
— Э-э, капитан, вы прослужили в армии так долго, что совсем оторвались от жизни. Эти яхты построены для людей, у которых денег больше, чем мозгов. Необходимо только одно — сунуть в щель компьютера карточку с указанием маршрута, а уж электроника позаботится обо всем остальном. Таким образом, и в этом случае электроника позаботилась обо всем остальном, и Динсмен благополучно оказался в космосе.
— Замечательное свинство.
— Согласна. Но мне известно еще кое-что. В том числе и то, куда этот Динсмен направился.
— Так почему же ты мрачнее тучи? — спросил Стэн.
— Да, я мрачнее тучи. Стэн, у меня по-настоящему поганая новость. Вначале предыстория. Когда я стала следователем в отделе убийств, мне подумалось, что рано или поздно мне захочется записать в свой компьютер что-либо действительно секретное. Поэтому я закодировала вход в память моего компьютера. Однако на случай, если кто-то все же прорвется через код, я установила ловушечку. Уж если кто и вломится в память моего электронного дружка, я, по крайней мере, буду знать, что в ней побывали незваные гости.
— Язви вашу душу! — ругнулся Стэн. Он уже догадался, что произошло, и вскочил.
— Налей и мне. Хватит. Спасибо. Так вот, кто-то влез в мой компьютер. И приобщился ко всему, что мне известно. — Хейнз горестно вздохнула и залпом выпила содержимое своего стакана. — Но и это еще не самое плохое, дорогой мой. Мне удалось частично проследить, откуда производился взлом. Капитан, тот, кто украл мою информацию, действовал с терминала в императорском дворце!
— Этого мне только не хватало, — произнес вечный император достаточно спокойным тоном.
— Так точно, ваше величество, — поддакнул Стэн.
— Поздравляю, капитан. Вы отменно поработали. Мне чертовски жаль, что я дал вам это поручение… Ладно, продолжайте расследование. По дыму, который вы учуяли, я предполагаю тут большой огонь — что-то похуже просто шпиона в моем дворце.
— Так точно, ваше величество. Этот Динсмен летел на яхте, пока не кончилось горючее, а потом бросил ее.
— У вас есть его след?
— В докладе лейтенанта Хейнз указано, что Динсмен пересел с яхты на трамп, на который он завербовался в одном космопорте. Если быть точным, в Холлистере.
— Каким образом, черт возьми, этот субъект завербовался на грузовой корабль? Разве не вы говорили, что у него нет ни малейшего опыта работы на межзвездных линиях?!
— Ни малейшего. Однако, согласно реестру Ллойда, это межзвездный танкер, перевозящий легковоспламеняющиеся сорта горючего. Охотников работать на нем маловато, так что в команду набирают кого попало.
— М-да… Продолжайте.
— В настоящее время трамп направляется с грузом на Хиз, ваше величество. Разовая перевозка.
— Да-а, капитан Стэн, вы пришли с букетом радостных новостей. — (Планета Хиз была метрополией таанских миров.) — Уже пили, капитан?
— Нет, ваше величество. Еще не успел.
— Ну так начнем.
Император налил две порции из своей фляги со спиртом и без промедления опрокинул себе в рот стаканчик.
— Капитан, позвольте, я введу вас в святая святых и дам образчик мышления вечного императора. Итак, или (пункт А) Таанский союз на самом деле несет ответственность за ликвидацию Алэна… — тут тон императора несколько изменился, — и за некоторые другие… мерзости, или же (пункт Б) вся эта история превращается в невиданный кошмар, в котором концов не сыщешь.
— Видимо, так, ваше величество. Не могу знать, ваше величество.
— Эх вы, горе-помощник!.. Ладно, капитан, все в порядке, в полном порядке. Налейте себе еще стаканчик, да не вытягивайтесь по стойке «смирно», просто побудьте рядом, покуда я решаю касательно плана действий. Начнем с гипотезы, что вы достойны моего полного доверия. Вы дьявольски молоды, еще не слишком высоко поднялись по служебной лестнице, на службе у меня совсем недавно и не успели ни с кем снюхаться. Я доверяю гуркам. Кстати, как вам нравится старший субудар? Его зовут, кажется, Лимбу?
— Отличный парень.
— Передайте командование гурками ему. Я направляю вас в командировку. Приказ сформулируем предельно четко — помнится мне, когда вы служили в отряде богомолов, то порой отличались… скажем так, несколько вольным толкованием приказов вышестоящих. Итак, вы летите на поиски Динсмена. Доставьте его сюда живым и невредимым. Он должен быть в форме, чтобы ответить на все вопросы, которые мне будет угодно задать. Вы все поняли, капитан?
— Так точно, ваше величество, — отчеканил Стэн. Отпив глоток спирта, он добавил: — Мне потребуется поддержка, ваше величество.
— Капитан Стэн, думайте только о том, как лучше выполнить мой приказ. В вашем распоряжении все, что пожелаете, — вплоть до передачи под ваше командование гвардейского полка, если вы сочтете это целесообразным. Но только доставьте, доставьте мне этого Динсмена!
Двери сомкнулись за спиной Тарпи. Инстинктивно он прислонился спиной к стене, пока глаза привыкали к полумраку. Его зрачки расширились — он различил над собой светящиеся точки: звезды и космические корабли.
Место действия в зале, который, подобно планетарию, имел форму полусферы, резко изменилось — стало светло как днем, потому что одна из звезд приблизилась и разрослась в размерах — имперская десантная флотилия находилась «под» этой звездой и «над» планетой, которая казалась пятнышком побольше. В центре комнаты, возле проектора, луч света которого веером охватывал полусферу потолка, Тарпи различил в кресле фигуру Хаконе.
Тем временем место действия снова изменилось. Теперь боевые машины и транспортные корабли десантников плыли над поверхностью планеты, которая проецировалась на пол, так что Хаконе видел ее словно из кресла пилота, сидящего в одном из боевых кораблей. Легкие корабли-истребители метались из стороны в сторону, ведя дальний бой с защищающими планету спутниками.
— Это ты?
Тарпи не потрудился ответить. Чего ради попусту сотрясать воздух — ведь он единственный из слуг Хаконе имеет доступ в зал сражений. Стало быть, войти мог только он, и нечего попусту спрашивать.
— Этот человек удрал в Таанский союз, — сказал Хаконе.
Тарпи криво усмехнулся.
— Ему там будет нелегко залечь на дно и затаиться.
— Бери все, что тебе потребуется. Без ограничений. Если сочтешь нужным, прихвати с собой несколько наших преторианцев-дезертиров — для поддержки.
— Важно ли, каким образом я его уберу?
— Нет. Это проходимец мелкого пошиба, которого занесло в общество, где насилие — привычное дело. Никто не станет тщательно разбираться, что с ним приключилось.
Тарпи коснулся кнопки, и створки двери разошлись.
— Кстати… знайте, что император также направил своего человека на розыски.
Старший сержант Алекс Килгур, откомандированный на спецзадание штабом отряда богомолов — подразделения Первой дивизии императорской гвардии, унылым взглядом окинул свой безвкусный крикливый наряд — фиолетово-зеленую рубаху и цветастые свободные штаны, характерную одежду местных профессиональных сутенеров — и стал смотреть через мощеную улицу на школьный двор. Там пожилой таанский отставник в офицерской форме преподавал строевую подготовку детишкам лет восьми.
«И этот небось талдычит малявкам: трудно в учении, легко в бою», — подумал Алекс и поморщился от скуки. Впрочем, ему было глубоко наплевать на то, как маршируют малолетки. У него была куча других малоприятных забот, которые он принялся перебирать в голове, поджидая Стэна.
Ничего плохого в том, что его откомандировали выполнять спецзадание. В глубине души Алекс не мог не признавать, что так проявляет себя суровая неизбежность. Он прослужил в отряде богомолов достаточно, чтобы с ясностью понимать: часы рано или поздно остановятся. Лишь в самое последнее время таймер, отмеряющий его жизнь, чуточку подзамедлил ход. И вот опять — в самое пекло.
«Смерти я не боюсь, нет, — страстно запротестовал Алекс, — так что не в этом главная причина того, что я не в своей тарелке. Я поступил служить императору солдатом и знаю свой солдатский долг. Сейчас судьба забросила меня в какой-то кретинский мир и вырядила в шутовской наряд. Да, в ближайшую тысячу лет — может, когда выйду в отставку, — я просто обязан поведать императору, что я пережил на службе его величеству. Бедняга небось и знать не знает, чего мы тут, служа ему, переживаем, в какие передряги попадаем!»
