ладонью.
Вэйми забралась с ногами в кресло и колдовала над декой и блокнотом, время от времени поглядывая на врача и её пациентку. Бус сбавил обороты, теперь его урчание было едва слышным, ушло на совсем низкие тона и воспринималось скорее телом, чем слухом, но неприятных ощущений не вызывало.
Каюта качнулась — корабль тронулся с места. Здесь ничего не происходило, звуков снаружи не доносилось, но напряжение повисло невидимой пеленой: ожидание, когда точно знаешь, что за бортом — бой, очень трудно выдерживать…
— Может быть, потанцуем? — неожиданно предложила летанка. — Время быстрее пройдёт…
«Началось…» — подумала Шер, удержавшись за край койки
— Рик решил попробовать полетать, — усмехнулась Шер. Губы в этот раз послушались плохо. Усмешка получилась деревянной, а предложение потанцевать… Шер перевела дыхание и взглянула на летанку. И поняла — девушка всё чувствует. И звенящее напряжение в пространстве, и напряжение Буса, и её тревогу.
— А давай! — решительно сказала док. — Потанцуем! — и вышла на середину каюты, стараясь не оборачиваться на Буса. Наверное, чтобы не видеть его окраски.
Вэйми включила на деке запись музыки — лёгкий, игривый ритм, которому так просто следовать, вскочила, блеснув повлажневшими глазами, лекку приподнялись и сплелись в задорном жесте. Ей отчаянно не хватало этого — и музыка, и танец были частью её жизни, без которой существование становилось совсем невесёлым. У рабыни не так-то много способов доставить самой себе радость. Это была одна из таких возможностей…
Вэйми танцевала всем существом: не оставалось ничего, что не участвовало бы в танце. Лекку, руки, ноги, взгляд, выражение лица, движение…
Приоткрыв один глаз, кушибанин наблюдал за происходящим в каюте. И молчал.
Шер сначала стояла, не двигаясь. От одной мысли, что она будет танцевать в такой момент, внутри все сжалось. Но вот она подняла руку вверх, бусины браслета мягко стукнули друг о друга, соскользнув с запястья к локтю. Шер закрыла глаза. Номер "Приюта". Ник, сидящий на кресле. Рука сломалась в локте, зато вверх взлетела другая. И то же самое — резко выставленные локти. Угловато выставленные. Высокий выпад… острое колено. Это был танец-бой. Танец-боль, мало напоминающий танец Вэйми… Беспомощно падающая рука, застывшие глаза… руки, взлетающие, парящие, как крыло над бездной, ищущие ответа, а потом водоворот сладкого забвенья, но только на несколько мгновений… И снова летящие руки, снова скрещённые, как лезвия двух мечей… И молитва, как умирание…
Когда Шер открыла глаза, она поняла, что музыка, которая звучит, и та, под которую танцевала она — две разные мелодии…
Её встретил взгляд кушибанина: ясный и острый. Вэйми тоже прекратила танец — послышался сигнал вызова и голос капитана. Лекку на мгновение обняли плечи летанки, и она оглянулась на врача.
— Вам помочь?
— Он сказал — тойдарианец? Больше никого не назвал? — переспросила Шер, ещё не веря. Она быстро закрыла кейс, забросила его на плечо и кивнула девушке. — Весьма возможно, Вэйми… Бус, пожалуйста побудьте с Шай… — это она договаривала уже на ходу. — Вэйми, прошу вас, называйте меня на «ты».
Её сердце обгоняло её, потому что летело куда быстрее, чем лифт…
Кушибанин молча закрыл глаза и продолжил тихо урчать. Тви'лекка поспешила за врачом — раз на борту раненый, значит. предчувствия не обманули, и что-то будет. Может быть, что-то плохое… Но она успела выплеснуть в танце то, что угнетало её, и теперь выглядела совсем не так, как до него — глаза светятся, даже осанка изменилась…
Лариус заводила машину в трюм без показательных кульбитов — чётко и быстро прошла створ, пролетела до дальней стенки и остановилась там, тут же выскочив наружу и распахнув заднюю дверцу. Ник подбежал следом, помогая ей вытащить бесчувственное тельце с вывернутыми крыльями.
— Ссс… — ругательство он проглотил — почувствовал, а потом и увидел появление Шер в сопровождении летанки.
— Я подержу, — Лариус отобрала у него алиена, без видимых усилий удерживая на вытянутых руках.
Глаза Шер, почти чёрные из-за расширившихся от волнения зрачков, просияли, увидев Ника. Ресницы опустились и снова взлетели. Внутри отпускало, и получилось глубоко вздохнуть. Холодный ком, давивший на сердце растаял. "Жив…"
Чего нельзя было сказать о щупленьком тойдарианине, один взгляд, на которого заставил Шер озабоченно нахмурить брови и броситься к нему.
— В свободную каюту, — коротко сказала она, вынимая из кейса биоанализатор и на ходу прикладывая его к коже крылатого алиена.
Штурман шагнул вперёд, открывая им дверь и придерживая, чтобы женщины с раненым могли пройти. Потом почти бегом устремился в рубку — ещё ничего не кончилось, расслабляться можно будет, только когда "Случай" уйдёт в прыжок. А этого может и не произойти — "Черное Солнце" не пропустит мимо внимания настолько серьёзный беспредел…
Глава 69
Группировка Троя собиралась мстить за лидера по всем правилам военного искусства. Ещё на подлёте глубоко ушедшая в Силу Лариус вскинула кисть руки с тремя поднятыми пальцами. Ник кивнул и поднял ещё два. Наёмница усмехнулась, подбросила на ладони гранатку глопа, Ник перебросил ей ещё одну и прибавил скорости. На пустырь машина вылетела так, словно за ней гнались все копы Галактики, а в багажнике было под завязку контрабандного рилла.
— Рискуешь, — обронила Лариус, активируя первую гранату и выбирая цель.
— Их учил "коллега", — процедил штурман. Серые глаза горели хищным азартом, он и не пытался скрывать, насколько захвачен предстоящим.
— Это плохо или хорошо? — уточнила наёмница, готовясь к броску.
— Они сделают ту же ошибку, какую я бы сделал на их месте, — Ник ударил по тормозам, микроавтобус в очередной раз занесло, и первая ионка отработала мимо цели. Очень удачно отработала — на другой стороне пустыря подавилась очередью переносная турель. Ник бросил спидер в сторону, спустя мгновение среди развалин позади вспухло облачко взрыва.
— Торопятся… — выдохнул штурман, устремляясь к полуразрушенному подвалу. — Это хорошо…
— Ошибки противника — всегда хорошо… — граната глопа, которой придали ускорение Силой, накрыла бомбардира. Холмик кипенно-белой пены обозначил обезвреженную огневую позицию. — Пушки всё.
— Отлично… — Ник направил микроавтобус под развалины арки, сбросив ход. — Прыгаем на счёт три. Раз… два…
На "три" дверцы распахнулись, и две фигурки кувырком ушли под прикрытие развалин. Машина с лязгом вошла носом в просвет и застряла там. Неуловимые взглядом размытые силуэты метнулись ко входу в подвал…
Время на Ускорении становится тягучим, как густая патока. Трой отлично вышколил своих бойцов — они успели отреагировать на появление форсов, они даже начали разворачиваться и вскидывать оружие — но так, словно делали это глубоко под водой. В центре, привязанный к обломку, где недавно сгорел Трой, висел на
