«чулан бывшего патриарха».
— Чулан, значит. Тринадцатый, значит. Почтенный. Но ты же фиксируешь источники беспроводного канала сервисных модулей сервов, ведь так?
— Точно так, среди прочего груза фиксируется по меньше мере двадцати шести сервов. Точная номенклатура моделей неизвестна…
Примерно в это же время изнутри постучали. Глухо так, кулаком по двери. Стук-стук.
— Кто там? — спросил я.
В ответ — тишина. А затем — снова стук.
— Никого нет дома! Родители ушли за хлебом и запретили открывать посторонним! — ответил я.
Снова стук.
— Так, шутки в сторону. «Прозерпина», Октавия у меня сейчас занята, и ты — самая умная девочка в классе, разберись-ка, что за товарищи сейчас ломятся наружу. И давай-ка пока не разберёшься — не будешь открывать дверь…
— Всё бы хорошо, только младшие инженеры Шевченко и Дружинин уже практически подобрали хэш закрытого ключа от замка на данной двери, я посчитала, что вам будет любопытно это видеть, и поэтому не стала им в этом мешать…
Как раз и Октавия проснулась:
«Господин адмирал! Я сузила круг подозреваемых во взломе киберактрис театра кабаре до четырёх человек. Двое из них предположительно находятся рядом с вами…»
— Не утруждай себя, дорогая, — усмехнулся я. — Я уже сузил круг подозреваемых с четырёх до двух человек. Завершай задачу, спасибо за выполнение.
Снова постучали. Тут-то я заметил в руке одного из инженеров маленький цифровой девайс с тонкими проводами, идущими под пластиковую панель цифрового замка на косяке.
И как только заметил — экранчик на этом девайсе сменился с красного на зелёный, как и голограмма доступа на дверном проёме. Цифровой замок щёлкнул, и дверь открылась.
И из неё попёрли сервы.
Женщины. Механические. Их было двадцать шесть. Они лежали в складе полсотни лет, в пыли и уродстве. Пищей их батареям служили паразитные токи проводки и магнитные резонансы при выходе из подпространства. И они были абсолютно голые.
И при этом вполне себе прекрасные, несмотря на пыль, налёт и свалявшиеся волосы. Светленькие, тёмненькие, высокие и миниатюрные, худые и грудастые. Даже рыженькие имелись. В общем, кибернетические проститутки это были, высшего разряда, и наверняка какой-то несертифицированной мануфактуры. И пареньки эти, явно знали, куда шли.
Только вот вряд ли могли предположить, что вместо жарких объятий голые механические девки вцепятся руками в горло юнцам, а те ничего не смогут сделать.
— Чумка… — захрипел не то Дружинин, не то Шевченко, а затем его буквально погребло под туловищами и конечностями двух или трёх волооких девиц.
Да, наверняка что-то подобное они и хотели устроить. Возможно, даже в подобных позициях и с таким количеством действующих лиц. Осуждаю, конечно, хотя осуждать их за такое было уже поздно. Явно на грубости и членовредительство подобное ребята не подписывались.
Второй мигом метнулся по узкой лестнице наверх. А барышни попёрли на меня.
— Прозерпина, закрой дверь! — рявкнул я.
— Не могу, адмирал, — проворковал разум корабля. — Эти умники заблокировали замок в открытом положении. — Более того, я вынуждена сейчас заблокировать офицерский отсек для предотвращения распространения угрозы другим сервам на корабле.
Вот так вот я и оказался заперт один в тесном помещении с по меньшей мере восемнадцатью заражёнными кибердевами.
Глава 13
Самая идиотская идея за последние сто лет
Эх, раззудись рука, разомнись плечо. Ведь только что говорил, что я не бью женщин! Ну, надо же спасать непутёвого инженеришку. Да и не женщины это вовсе, и даже не кибердамы — просто ходячие вирусные манекены с дорогостоящими туловищами.
Надо, Саша, сказал я себе. Тяжко! Очень тяжело, понимаю.
Я пошёл на двоих, разбросал их по стенам тесного коридора, затем метнул силовое копьё прямо в гущу, в верхнюю часть упругих механических тел, сплетающихся над парнем.
У пары киберпроституток посрывало башню, поразрывало искрящиеся конечности, они беззвучно забились в конвульсиях. Жуткое, надо сказать, завораживающее зрелище. Раскидал их, освободив незадачливого казанову.
И тут заражённые сервы поняли, что основная угроза исходит от меня. Инженер тем временем на время освободился, отдышался. Одежда была порвана, на руках виднелись укусы. Чёрт, они ещё и кусаются! Его спасло только то, что чулан, очевидно, был бронированным. И аккумуляторы в режиме ожидания не у всех сервов были заряжены, потому и мышечный захват был слабый.
Но проблема была в том, что, будучи выпущены и запущены, они медленно, но верно заряжались. Кто, как Октавия, от Энергии Большого Взрыва через встроенный гейзерберговский контур, кто — через штатную беспроводную зарядку для бортовых сервов и дроидов, которая находилась в каждом коридоре. И начали меня окружать, обходя вдоль стен.
— Зови подмогу! — крикнул я второму, отбивая одну механическую тварь за другой.
Тяжко это было! Очень тяжко! Ведь они были такие красивые. Но вслед за сломанными пёрли новые и новые, и вариантов особо не оставалось.
«Господин рыцарь! — пришло радостное сообщение от Октавии. — Задачу можно считать завершённой! Агата Кристицына готова к соитию! Направить её к вам?»
— Дах ты ж ёшкин-матрёшкин! — выругался я. — К чёрту Кристицыну. Тут у нас соитие посерьёзней намечается. Дуй сюда, разве не видишь, что тут происходит?
А сам прикинул — Октавия будет «дуть сюда» примерно минуты три. За это время они парня окончательно в фарш разомнут, да и меня поколечат.
Пока я отвлекался, паренёк попытался отползти в мою сторону, но тут же особо-крупная механическая девица схватила за ногу и потащили в свой тёмный киберпроституточный чулан, словно голодный муравьиный лев.
Опять надо решать проблемы самому.
Ну, и недолго думая, я попросту прыгнул в этот бушующий океан заражённых киберпроституток.
Действовал преимущественно наощупь. Подобрал конечность, оставшуюся после моего удара силовым копьём. Вырванным суставом ноги вмазывал в затылки, в место, где обычно расположен сервисный модуль — иногда помогало. Раскидал первый ряд, разметал девиц прямо у входа в незабвенный чулан. Наконец, нашёл в хитросплетениях тел инженеришку и потащил в коридор.
А парень-то не двигался. Ну, отлично. Самое время, блин. На время поставил щит, растянув на весь коридорчик. Пощупал пульс — его не было. Да и внутренний экран тут же подсказал: «Диагностируется смерть». Прикрыл пальцами мечевидный отросток грудины, затем нанёс прекардиальный удар.
Вероятность успеха была крайне низкой. Проводил я подобную операцию, наверное, в третий раз в жизни — от силы. Причём два раза — в Пантеоне, потренировали меня, значит. И получилось. Сперва появился пульс, а затем захрипел, закашлялся инженеришка, ожил. Ну, я тоже
