спрыгнула на пол отсека, сделала два шага, сказала отчетливо: «Конечно, помню, кретин!» – и влепила Карачене звонкую пощечину.
В отсеке наступила тишина.
Оторопевший Левон отшатнулся, прикрывая щеку ладонью, его телохранители бросились было к Ванессе, но он остановил их взмахом руки. Проговорил сдавленным голосом:
– Вынужден задержать вас, мадам. Мое начальство будет весьма обрадовано возможностью поговорить с Ванессой Дарьяловой и ее загадочным спутником, сорвавшим важную операцию в акватории Русского Сверкающего океана полгода назад. А за эту пощечину, – Караченя ощерился, – ты ответишь мне лично! Прошу следовать за мной!
– Обойдешься, козел поганый, – презрительно проговорила Ванесса, доставая булавку удостоверения. – Вот это ты видел? Попробуй задержать. Вылетишь из своей поганой комиссии в два счета!
Булавка в руке геянки превратилась в красно-черную, с двумя золотыми полосками, карту особых полномочий.
Караченя сглотнул слюну, протянул руку, чтобы взять удостоверение, глядя на него расширенными глазами, но Ванесса поднесла карту к его глазам и тут же убрала в карман.
– А теперь пошел вон со своими псами! Не то я вызову своих «собак».
Она села в кабину птерана рядом с молча глядевшим на эту сцену Владом и бросила:
– Поехали!
Влад поднял машину в воздух, повел ее к выходу из пещеры мимо остолбеневшего, потерявшего дар речи Карачени.
– Чао! – помахала ему рукой Ванесса.
Птеран вырвался из полумрака пещеры в вечный день Земли, поднялся над гребнем плато, обрывающегося в океан, повернул носом на север.
«Откуда у тебя карт-бланш?» – поинтересовался Влад.
«Горан дал, а ему советник, – сказала Ванесса, глядя вниз; засмеялась: – Какое у него было выражение на физиономии! Убил бы, если бы мог! Я так рада, что исполнила свою мечту – дать по морде этому подонку».
«Зачем тебе понадобилось делать из него врага? Он же теперь будет искать случая поквитаться».
«Одним врагом больше, одним меньше – какая разница? – Ванесса снова засмеялась. – Зато я получила огромное удовольствие. Эх, и перекосило господина Караченю! Долго будет помнить Ванессу Дарьялову. Кстати, куда это ты направился? Нам, по-моему, в другую сторону».
«Сначала я навещу родителей. Потом отправимся в точку рандеву с группой обеспечения. Если хочешь, я заброшу тебя туда, подождешь меня там».
Ванесса удивленно подняла брови.
«Ты серьезно? Ведь нам запретили самовольничать».
«Я должен повидать отца и маму, мне это жизненно необходимо, поверь. Это не отнимет у нас много времени, всего три-четыре часа».
«Хорошо, летим. – Ванесса покачала головой. – Я обязана тебя слушаться. Но добром это не кончится. Не знала, что ты волюнтарист. У нас за такое выгоняют со службы».
Влад промолчал.
Птеран увеличил скорость, взобрался на «потолок» – максимальную для аппарата этого класса высоту. Небо над головой потемнело, приобрело глубину и плотность, хотя давление за бортом аппарата упало втрое. Сверкающая, как лист серебра, поверхность океана отдалилась, но была видна еще долго, пока аппарат пересекал воздушное пространство над горной страной с гигантскими каньонами и диким хаосом скал и вставших дыбом пластов горных пород. Слева эта страна постепенно понижалась, превращаясь в пустыню с пятнами солончаков, справа открылся необычный ландшафт: усеянное тысячами больших и малых кратеров плато с дымящимися до сих пор провалами и ущельями – сюда около тысячи лет назад воткнулся поток метеоритов и астероидов, представлявший собой остатки разбившейся о нагуали части Венеры.
«Ты бы не форсировал движок, – вспомнила Ванесса о наличии в атмосфере Земли одиночных, плохо видимых «колючек», способных легко пробить корпус аппарата и тело человека. – Нам только травм не хватало».
«Я хорошо знаю эту дорогу, – успокоил ее Влад, – и вижу нагуали. Долетим без приключений».
Ванесса вдруг поежилась, оглянулась.
«Ничего не чувствуешь? Мне кажется, нас кто-то преследует. Неужели Караченя опомнился и послал погоню?»
«Разве твой карт-бланш липовый?»
«Нет, настоящий».
Влад тоже оглянулся, хотя и так хорошо ориентировался в пространстве, оперируя потоком Сил. Знакомый «взгляд с высоты» включился, как только они вышли из метро, но теперь молодой человек знал, что это влияние какого-то земного эгрегора, ориентированного на поиск индивидуальной пси-сферы, принадлежавшей кладоискателю. Лидером этого эгрегора скорее всего был староста Дебрянской долины Терентий Леваш, но эту догадку надо было проверить, убедиться в служении Терентия неизвестным силам, преследовавшим кладоискателя на Земле, и попытаться определить, что это за силы. Именно из-за этого и отважился Влад не послушаться приказа Бодрова, решив посетить деревню, хотя и свидание с близкими играло немаловажную роль. Влад давно знал, что его родители – приемные, но никогда не поднимал этого вопроса, считая, что когда-нибудь все разъяснится; теперь же ему захотелось узнать правду – кто его настоящие родители и что с ними сталось.
«Что молчишь? – напомнила о себе Ванесса. – За нами летит какая-то небольшая посудина, внутри двое…»
«Над горами всегда кто-нибудь летает, – философски заметил Влад. – Связь между общинами поддерживается постоянно».
«Ты думаешь, это случайный попутчик?»
«Уверен».
«А какая община располагается рядом с вашей?»
«Хеймская… на севере и Синайзийская на западе. Разве ты не изучала нашу географию? Пограничник должен знать контролируемый объект».
«Изучала, конечно, но моя обойма контролировала только вашу Райсейскую общину с ее Дебрянской и Мурман-долинами и горным Уралтаем. Всего двадцать пять деревень, так?»
«Двадцать шесть плюс сорок хуторов».
«Я помню только двадцать пять. Столица общины – Красень, управляет ею агемон, выбранный сходом старейшин. Староста твоей деревни
