и красивый, фраза же была произнесена на геянском новоязе. – Кто вы?
– Добрые самаритяне, – вежливо, с ироническими нотками, ответил Влад по-русски.
– Земляне? Как интересно! – воскликнула серебристокудрая воительница, переходя на русский язык, хотя говорила она на нём с акцентом. – Меня зовут Истома Милич.
– Я Влад Велич.
– Здорово! – обрадовалась девушка. – Я Дочь Горана Милича, отец направил меня к вам. Вы меня не помните?
Влад в замешательстве пригладил волосы на затылке.
– Я не встречался с твоим отцом двенадцать лет. Ты тогда была…
Девушка рассмеялась.
– Тише воды, ниже травы. Отец называл меня воробышком. По-моему, на Земле водились такие птицы. – Она перевела взгляд на Ясена. – А это ваш телохран? На вас похож.
– Это мой сын Ясен.
– О! – Дочь Горана Милича заинтересованно оглядела Ясена, в свою очередь разглядывающего её. – Отец говорил, что у вас сын. Какая удивительная встреча, правда? Не ожидала встретить вас так далеко от вашего нома. И вообще мы могли разойтись и не увидеться.
– Он почувствовал вас, – кивнул Влад на сына, – поэтому мы свернули с пути. Иначе действительно не увиделись бы.
– Правда? Он интраморф?
Влад сдержал усмешку.
– Проверь.
Девушка сузила вспыхнувшие глаза, и Ясен вдруг почувствовал охватившую кожу на лбу странную вибрацию, повеяло холодком, в голове зачирикали птичьи голоса.
Оба замерли.
– Он… и в самом деле… светится…
К разговаривающим подскакали разгорячённые боем дружинники.
– Треть халатоносцев ушла, – доложил Димитр. – Остальные здесь. У наших царапины и перелом ноги у Тихона.
– Помогите монголайцам.
Дружинники кинулись к горящим куполовидным домикам, возле которых метались их владельцы.
Влад мысленно позвал сына, Ясен очнулся, удивлённый и смущённый. Девушка владела сенсингом, и он уловил её зов.
– Давайте и мы поможем беднягам, – предложил Влад. – Через час соберёмся за деревней и поговорим.
– Хорошо, – согласилась среброкудрая.
Влад поскакал к горящему строению, и Ясен присоединился к нему, чувствуя спиной взгляд Истомы (Какой необычный разрез глаз у неё! и улыбка! и вообще она энергичная!). В голове то и дело искорками вспыхивали световые вуальки, начинали щебетать тоненькие голоса, и не чувствовать весь этот поток внимания мог только глухонемой.
Но я же не глухонемой? – возразил он сам себе.
Больше часа ушло на сбор убитых монголайских крестьян, тушение пожаров и разбор завалов. После этого Ясен с Пилипом объехали деревню в поисках уцелевших бандитов.
– Как тебе девчонки? – весело поинтересовался разведчик. – Ничего себе, да? Эта, главная, на тебя так смотрела!
– Не говори ерунды, – буркнул Ясен.
– Не, правда, я видел. Оружие у них прикольное, да? А машины! Они называют их мотоциклами или супербайками. Вот бы нам такие!
– У нас кони неплохие.
– Кони-то кони, а самобеглые коляски – другое дело.
Ясен не стал возражать, ему тоже хотелось покататься на двухколёсных мотоциклах, которыми заправски управляли девушки из геянских поселений. Вспомнился недавний разговор с отцом об устройстве общественной жизни вокруг Геи-Горы. У них матриархат, сказал отец. Похоже, у них действительно всем заправляют женщины, если они и в опасный поход отправили не мужчин, а девчонок.
Когда суета в деревне улеглась, Влад собрал дружину на окраине селения.
– Обеспечить разведку, охранение и отдых. Мы скоро вернёмся. – Он глянул на Ясена, развернул коня.
Ясен понял, что они едут на переговоры с посланницами Геи, которые остались в деревне.
Скакали молча, погружённые каждый в свои думы. В какой-то момент Ясен почувствовал на себе взгляд, буквально макушкой, поднял голову и увидел кружащего над деревней орлана.
– Отец!
Влад остановился, посмотрел вверх.
Орлан начал снижаться, издал клич и спикировал на протянутую старостой руку.
Влад погладил птицу по голове, снял с её лапы небольшой почтовый цилиндрик, развернул письмо. Лицо его закаменело.
– Что случилось? – подъехал Ясен.
– Тартарианин.
– Что?! – Перехватило дыхание. – Мама?! Учитель?!
– С ними всё в порядке. Ему нужен ты.
– Почему я? – удивился молодой человек.
– Базил каким-то образом побеседовал с тартарианином. Тот ищёт тебя и остановился за Бряницей. Что будет дальше, неизвестно.
Ясен посмотрел на исхудавшую нахохлившуюся птицу.
– Бедный орланчик… как ему удалось найти нас? Когда пришёл тартарианин?
– Письмо написано четыре дня назад.
– Возвращаемся?
Влад опустил голову, гоняя желваки на щеках.
Конь под ними перебрал ногами.
Орлан распустил крылья, заорал.
Ашва под Ясеном тоже вздрогнул, по его коже прокатилась конвульсия волны.
Ясен почувствовал толчок в голову, и тотчас же из-под земли раздался знакомый затихающий стон.
Влад очнулся.
– Ладно, сначала поговорим с геянками.
– Что ты решил?
– Я вернусь, ты пойдёшь дальше. – Влад пришпорил коня.
Ясен не сразу понял, что сказал отец, догнал его возле уцелевших домиков монголайской деревни.
– Ты серьёзно?
