угодно, вы – мои гости.
Потом они вышли, несмотря на протест Джесс, желающей немедленно окунуться в воду, и, вернувшись в холл, поднялись на второй этаж. Там было четыре спальни и два санузла, один из которых с настоящей ванной!
– Вы же не используете воду для гигиены! – удивился Айк. – А тут я вижу и бассейн, и ванну, и паровую баню!
– Это всё моя личная прихоть, редко можно встретить такое в других домах. Хотя частные бассейны вполне распространены… среди тех, кто может себе позволить, – ага, значит, всё же заплатили ему хорошо!
Как сказал Вол-Си, две спальни были его и Тамош, а две – для их будущих детей, но сейчас их оборудовали для гостей. Так как они были большими, Вол-Си предложил занять их парам, то есть ей с Айком и Шану с Джесс. Потом все поднялись на третий этаж.
Его центр занимал огромный холл с малым числом окон, но с большим числом кресел, парой диванчиков и журнальных столиков.
– Комната развлечений. Тут можно смотреть наш аналог фильмов, слушать музыку, даже устраивать вечеринки, хотя это бывает редко, – объяснил Вол-Си. – Я предлагаю сегодня здесь послушать музыку, которую вам подарили Ццуш, и посмотреть один приключенческий фильм про защитников Согласия.
Само собой, предложение было встречено радостно. Двери из помещения вели в четыре спальни уже меньшего размера и два санузла, на этот раз простые, без ванн. Итан, Генрих и Пётр разместились в трёх спальнях этого этажа.
* * *
Пока на улице был день, они сходили на озеро и поплавали там. Точнее, купались все, кроме Вол-Си, Григорьева и Ланге, которые сидели на берегу в теньке и пили какие-то коктейли. Удобные купальные костюмы, достаточно плотно облегавшие всё тело, не то что раздельные бикини на Земле, им выдал очередной умный агрегат прямо на пляже. Озеро казалось удивительно земным, а вот купальник был не так прост: стоило Рашми с разбегу нырнуть в воду с головой, как костюм сформировал вокруг её лица небольшой пузырь воздуха, непонятно как держащийся и замещающий углекислый газ на кислород. Эту функцию оказалось возможным отключить – с непривычки она скорее раздражала, чем помогала.
К удивлению и гордости Раш, выяснилось, что Айк очень круто плавает. Правда, среди Кен-Шо, с радостью бросившихся соревноваться с ним, нашёлся один рослый юнец, сумевший обогнать её мужчину. Но всего один! Да и тот профессиональный спортсмен, как он признался. И озеро, по сравнению со вчерашним бассейном, воспринималось как бассейн по сравнению с душем в санузле на Марсе – невообразимо круто. Заряд эмоций. Восторг.
При этом на них никто не смотрел как на диковинных зверюшек, примерно как если бы индианка приехала в Нью-Йорк. Люди пытались общаться с ними, правда, в таких случаях приходилось подходить к Вол-Си Гошу – только у него мысле-переводчик знал английский и другие земные языки. После пяти или шести визитов весёлой мокрой толпы Вол-Си пообещал, что этим же вечером, как он выразился, «зальёт все данные о языках Земли в центральную базу, чтобы все устройства Согласия получили необходимый навык».
Пробыв полтора часа «на природе», полные позитива они вернулись к нему домой и тут же, словно и не купались, бросились в сауну. Пока все заходили погреться и выходили остыть, Григорьев не вылезал из сауны час, жалуясь, что температура слишком низкая – хоть спать тут ложись. Однако, когда он в итоге вышел, это был красный и счастливый старик-философ, с воплем прыгнувший в бассейн и заставивший Раш и Джесс, лежащих рядом, дружно взвизгнуть. Абсолютно невероятный день после полутора лет в космосе и на Марсе. Атмосфера. Планета. Озеро. Дом. Но самое крутое ожидало их вечером.
После ужина, за которым они решились заказать алкоголь и отметить первый день на Ос-Чи, Вол-Си Гош, кстати, тоже принявший что-то спиртосодержащее под названием «Кош-Ни-Зош» – «продукт долгого брожения и настаивания злаков и фруктов с большой долей сахара», пригласил их на третий этаж для камерного прослушивания музыки Ццуш. Взяв с собой выпивку и поднявшись, они дружно уселись на креслах и диванчиках вокруг пары столиков. Для начала Вол-Си полностью приглушил свет и уже потом, когда все замолкли в предвкушении, положил руку на шарик, подаренный им расой Ццуш, и началось…
Тихая, как журчащий ручеёк, музыка полилась со всех сторон. Изначально какая-то печальная и медленная, перекатываясь между октавами, заменяя один незнакомый инструмент на другой, мелодия набирала силу и темп. И вот уже словно буря, словно ураган, она ворвалась в помещение, заставив сердце сжаться, а глаза, несмотря на темноту, закрыться. Торжественность горя, величие вечности, боль утраты сменялись на ощущения всеобъемлющего счастья, радости, любви. Где-то на максимуме эмоций и звучания возникло чувство, что буря прошла, что это рёв водопада, песнь диких животных, бой барабанов на празднике где-то в Африке, гул дискотеки ночного города и крики играющих детей – всё переплелось и заставляло одновременно плакать и смеяться, бояться и ликовать, сопереживать и веселиться. Завершаясь, музыка перешла в тихий, но весёлый ритм какой-то невероятной смеси струнных и духовых, вещающих о спокойном и вечном будущем. Затем она как-то незаметно, расслабляюще закончилась.
– Боже… – произнесла Джесс, всхлипывая в темноте, – это как… это как всё сразу.
– Казалось, что длилось несколько часов, а прошло только пять минут, – добавил Итан с придыханием.
– Я же говорил вам, что Ццуш – авторы лучшей музыки в Галактике! – сообщил Вол-Си. – Эта мелодия была подобрана под ваше настроение, она – про торжество жизни. А теперь, чтобы не смешивать эмоции от разных мелодий, я предлагаю посмотреть небольшой фильм!
Инопланетянин что-то сделал, и они… оказались в другом месте. Прямо в креслах и диванах их перенесло на какую-то огромную поляну с цветами, чей медовый аромат проникал, казалось, прямо под кожу. Стояла весна, по ощущениям только что прошёл дождь. Огромные корабли, раз в десять или сто больше того, на котором они летели на Ос-Чи, висели высоко над ними, а по кругу, в отдалении, располагались величественные здания. Мимо шли трое и разговаривали о чём-то. В голове возникал перевод, они обсуждали напряжённость в каком-то секторе – у союзников по Согласию.
– Где мы? – удивился Григорьев, которого теперь было видно, но не так ясно, как всё остальное вокруг – словно земляне оставались в сильной тени. И тут Раш поняла, где они. Там же, где и были.
– Мы в моём доме, Пётр Григорьев. Вокруг нас – фильм. Вы можете смотреть во все стороны, позиция будет смещаться вслед за повествованием, – ответил ему Вол-Си.
Пётр понимающе крякнул, и они вернулись к просмотру. По сюжету трое друзей, выпускников академии, любят одну и ту же девушку, и двое должны лететь в бой,
