Комнаты, конечно, дрянь, но лучше ты здесь все равно не найдешь.
— Спасибо, — сказал я, и он отвалил обратно в тень, потеряв ко мне всякий интерес.
Трактир оказался типичнейшим салуном, у него даже дверь была двустворчатая, распахивающаяся в обе стороны, через которую так удобно пролетать, покидая заведение спиной вперед. Внутри антураж тоже соответствовал — там было темно, накурено, половина столиком занята посетителями, накачивающимися местным алкоголем. А за дальним столиком сидела компания, играющая в карты, и кто-то, как водится, отчаянно ругался и блефовал.
Уровни у ребят были мои плюс-минус пятьдесят, так что гулливером среди лилипутов или великанов я себя не чувствовал и, как я надеялся, особо из толпы не выделялся.
Я взял себе кружку местного пива — благо, в Системе действовала единая платежная система, и искать пункт обмена валют в каждом новом мире необходимости не было — и уселся за столик, спиной к стене, лицом к двери. В незнакомых местах я всегда так сажусь.
Пиво оказалось очень так себе. Элронд и тот получше варил, хоть он и искусственный интеллект и параноик впридачу, и бизнесом этим занимался только в качестве прикрытия. Ополовинив кружку, я прислушался к своим ощущениям и обнаружил, что не прочь и поесть. Заказав у стойки жареного мяса (возможно, это будет мясо какого-нибудь очередного мутанта, поэтому лучше не спрашивать, из чего они готовят), я вернулся за столик и обнаружил, что у меня появилась компания.
Игрок, уровень двести с чем-то, очень похож на человека, только зрачки вертикальные и ушей нет. Ну, не серый орк, и на том спасибо.
— Тут не занято? — спросил он.
— В принципе, нет, — сказал я, окидывая взглядом зал, в котором пустовало с десяток столиков.
— Я просто не люблю пить один, — сказал он, считав мой намек.
— Так ты вроде ничего и не пьешь, — заметил я.
— Это поправимо, — он выудил из инвентаря бутылку и два стакана. — У меня все с собой.
— А что, так можно?
— Вообще-то, нельзя, — сказал он. — Но ко мне они уже привыкли. К тому же, понимают, что ничего лучше этого, — он поболтал бутылкой. — Тут не подают.
— И что это? — поинтересовался я.
— Самогон, — гордо возвестил он, откупоривая бутыль. — Дебафает, конечно, что надо, но это того стоит. Хочешь попробовать?
— Пожалуй, нет, — сказал я. Не знаю, как оно там дебафает, но пить неизвестное пойло, предложенное тебе незнакомым чуваком в месте, где ты вообще в первый раз, это так же далеко от благоразумия, как кролики далеки от воздержания.
— Как знаешь, — сказал он и набулькал себе полный стакан по заветам деда Егора. (— Сколько наливать-то? — А ты что, ек-макарек, краев не видишь?) — Питер, кстати.
— Василий, — сказал я.
Питер жахнул своего самогона, закусывать не стал, занюхивать рукавом тоже. То ли не такое уж крепкое пойло, то ли он уже привычный.
— Ты какими судьбами здесь?
— Проездом, — сказал я.
— И куда направляешься?
— Туда, — я неопределенно махнул рукой.
Он понимающе кивнул, но не отвял.
— Ты здесь недавно, да?
— Здесь — недавно, — согласился я.
— Новости слышал?
— Нет.
— Отца наконец-то завалили, — сказал он.
— А, эту слышал, — сказал я.
— Десять лет этот квест никто выполнить не мог, — сообщил мне Питер. — Его уже и брать перестали, потому как он считался непроходимым. Разве что какому-нибудь совсем новичку могли его впарить, но так, для проформы. И тут на тебе, завалил кто-то стервеца. А ведь обычно рейды именно отсюда идут, а тут — на тебе, рейда не было, а Отца кто-то прикончил.
— Так бывает, — философски сказал я.
— Интересно, много с него всякого ценного выпало?
— Не знаю, не лутал, — машинально ляпнул я.
— В смысле, не лутал? — и тут его глаза немного расширились от удивления. — Так это ты?
— У меня была компания, — сказал я. На самом деле, я уже пожалел о своих словах, но что уж теперь. То ли пиво тому виной, то ли усталость, а то ли я просто в очередной раз сказал, не подумав, и опять протупил. — И, пожалуйста, не надо извещать об этом вообще всех.
— За это я выпью, — сказал он, набулькал себе второй стакан и тут же его жахнул, отчего его глаза загорелись нездоровым энтузиазмом. — А тебе обязательно надо с мэром поговорить. Он тебе награду выдаст. Голова у тебя с собой?
— Только своя, — сказал я.
— Так ты что, голову его не прихватил? — удивился Питер и энтузиазм в его глазах начал гаснуть.
— Нет, — а у них тут точно цивилизация? Или законы цивилизованного мира не серых орков не распространяются? Как по мне, так отрезать врагам головы, это варварство какое-то.
Понятно, что у них тут непреходящий постапокалипсис, но зачем в средневековье-то сваливаться?
— Тогда не выдаст, — окончательно помрачнел Питер.
— Ну и черт с ней, — сказал я.
— Как это «черт с ней»? — не понял он. — Ты что, готов отказаться от заслуженной награды вот так легко?
— Готов, — сказал я.
— А зачем же тогда ты его…?
— Переговоры не задались.
Он как раз набулькал себе третий стакан и теперь вдумчиво и неторопливо его поглощал, но при моих словах поперхнулся и принялся кашлять, Мне даже пришлось привстать и по спине его похлопать.
— Переговоры? — уточнил он. — Я не ослышался, ты на самом деле сказал, что у вас переговоры не задались?
— Так и было, — сказал я.
— То есть, ты явился к вождю племени серых орков, десяток лет терроризирующих всю округу, собирающих ожерелья из выступающих частей тела разумных, совершающих набеги на близлежащие города и убивающих ради забавы, для того, чтобы провести переговоры?
— Такой был план.
— И о чем же ты хотел с ними договориться?
— Теперь это уже не важно, — сказал я.
— Нет, — сказал он, нетвердо поднимаясь на ноги. — И не проси меня молчать. Я просто обязан кому-то об этом рассказать.
— Не стоит, — сказал я.
— Может, и не стоит, — согласился он, усаживаясь обратно. — Но очень же хочется.
— Народу не нужны нездоровые сенсации, — твердо сказал я.
И тут, повинуясь непреодолимым законам вселенского свинства, дверь салуна распахнулась от мощного удара ногой, и на пороге нарисовался бешеный зомби, на этот раз хотя бы без дробовика. Он обвел взглядом зал, безошибочно выцепил им мой столик и возопил на все заведение:
— А вот и он! Здорово, Чапай!
— Привет, — я вяло помахал ему рукой.
— Чапай, я должен тебе сказать, что ты никакой, сука, не физрук! — продолжал вопить Виталик. — Ты, сука, мясник! Но я все равно рад тебя видеть!
Глава 21
Я тоже был рад его видеть,
