его убить.
Причем, довольно странным образом. Вместо того, чтобы отоварить англичанина запасным веслом по голове, абориген попытался вцепиться в него зубами.
Гарри в последний момент успел отдернуть руку, на которую нацелился местный, и ногами оттолкнулся от борта лодки, отплывая на относительно безопасное расстояние. Лодочник злобно оскалился и спрыгнул в воду. Не нырнул, как, по идее, должны были бы нырять аборигены, всю свою жизнь проводящие на берегу океана, а именно спрыгнул, некрасиво, неэлегантно, поднимая фонтан брызг.
Рефлексы англичанина сработали сами. Лодочник успел сделать только один гребок, как гарпун из ружб Гарри вонзился ему в левый глаз. Лодочник взмахнул руками и пошел ко дну. Разумеется, вместе с гарпуном, но это не беда, в лодке был запасной.
Гарри перевалил через борт, отстегнул акваланг, снял ласты и первым делом перезарядил ружье. Какая бы ерунда ни творилась вокруг, ружье лучше держать заряженным и под рукой.
Нацепив солнцезащитные очки, Гарри запустил мотор лодки и направил ее к берегу.
На берегу кто-то кого-то жрал. Сначала Гарри не поверил собственным глазам, а потом поверил. С тех пор, как он побывал в (секретная информация, о которой даже думать нельзя) и ему там показали (см. предыдущую скобку), он уже ничему не удивлялся.
А было это чертовски давно.
Рассмотреть, кто там кого жрет, пока не представлялось возможным. Гадать о причинах столь странного поведения Гарри тоже не стал. Может быть, это вирус, может быть, массовое помешательство, может быть, кто-то просто сильно проголодался, а может быть, планеты совпали таким образом, что аборигенам пришлось вспомнить о своем старом добром каннибальском прошлом.
Лодка мягко ткнулась носом в песок, и Гарри выпрыгнул в полосу прибоя. Он уже успел рассмотреть, что метрах в ста какой-то абориген жрет какого-то другого аборигена, и решил не вмешиваться. Проблемы туземцев Бордена сейчас не интересовали.
Ему хотелось побыстрее добраться до своего бунгало.
Из-за угла вывернул Райан, еще один британский турист. Райану было за шестьдесят, он был мелким чиновником в министерстве иностранных дел и любил сбрызнуть свой организм алкоголем. Гарри уже собрался поинтересоваться у него, какого черта тут происходит, как Райан разорвал на себе футболку и бросился в атаку.
Рефлексы снова не подвели. Пожилой дипломат упал на песок с гарпуном в голове, Гарри наклонился над ним, чтобы вернуть себе снаряд, и вдруг у него перед глазами появилась надпись, предлагающая сделать ружье для подводной охоты его постоянным оружием.
Удивившись нелепости этого предложения, Гарри сморгнул табличку влево и сразу же был атакован двумя туземцами. А вернуть себе гарпун он еще не успел.
По счастью, при погружениях у Гарри всегда был при себе нож на случай встречи с акулой или водолазом из Аль-каиды. Сорвав оружие с бедра, Гарри вступил в бой.
Удары в корпус туземцам вредили мало, кровь из ран текла какая-то черная и, на взгляд профессионала, умеющего ее пускать, слишком густая. Сделав выводы из произошедшего с лодочником и дипломатом, Гарри красиво выпрыгнул вверх и уложил одного из туземцев ударом ножа в голову. Узрев гибель своего напарника, второй умудрился не растерять энтузиазма и продолжил атаковать, впрочем, больше одной атаки Гарри ему не позволил.
Обтерев лезвие о шорты дипломата, Гарри, в плавках, темных очках и с ножом в руке, отправился домой, где его должна была ждать Линда.
Линда была очередной девушкой Бордена, одной из многочисленного племени. Девушек у Гарри было много, но отношения обычно заканчивались весьма скоротечно, большей частью потому, что Гарри им не перезванивал. Как правило, это случалось не из-за его черствости и равнодушия, а потому что правительство частенько посылало его в такие места, откуда в Англию не особо-то и позвонишь, что создавало огромные бреши в легенде стоматолога, которую Гарри использовал при знакомстве.
Когда-то он пытался говорить девушкам правду, рассказывал, что он секретный агент с лицензией на убийство, что работает на правительство и королева дважды удостаивала его своей аудиенции, но в ответ девушки почему-то смеялись и просили не травить эти байки хотя бы при посторонних.
Гарри ворвался в бунгало, аренда которого была проплачена еще на две недели вперед, и обнаружил Линду, кувыркающуюся в постели с туземным пареньком, у которого они покупали рыбу на ужин в те дни, когда Гарри не удосуживался чего-нибудь подстрелить.
Впрочем, Гарри сразу понял, что это не секс. По крайней мере, не секс в том смысле, который он обычно вкладывал в это слово. Линда оседлала местного паренька, уже почти не трепыхающегося, и зубами выдирала куски плоти из его груди. Разумеется, и постель и оба обнаженных участника сего действа были вымазаны кровью. Зрелище сильно на любителя, и Гарри таковым любителем не был.
Поскольку Гарри официально был не на службе, большого арсенала он с собой не возил. Но под фальшивым дном большого дорожного чемодана прятались два пистолета и четыре запасные обоймы, и первым делом Гарри вооружился.
Заряженные пистолеты в его руках придавали миру упорядоченности. Гарри выдохнул.
И этим наконец-то привлек внимание Линда.
Все еще сидя верхом на бедолаге-аборигене, она обернулась и посмотрела на Гарри, и кровь стекала с ее подбородка.
— Знаешь, – сказал Гарри. – Я не думал, что придется говорить это тебе так рано и при таких странных обстоятельствах, но мне кажется, что наши отношения зашли в тупик.
Она зарычала.
— Понимаешь, они не развиваются, – сказал Гарри. — Может быть, так происходит потому что у нас практически нет общих интересов. Возьмем, к примеру, хотя бы сегодняшнее утро. Я погружаюсь с аквалангом, а ты купаешься в крови аборигенов. И дело даже не в том, что я осуждаю такие развлечения, хотя я их, конечно же, осуждаю. Дело в том…
Линда не стала дослушивать, где именно кроется проблема их зашедших тупик взаимоотношений, спрыгнула с кровати и бросилась на него. Пуля в лоб стала жирной точкой в их скоротечном романе.
Второй пулей Гарри прекратил мучения аборигена. Перед его глазами снова появилась табличка, на этот раз предлагающая забить в качестве основного оружия пистолеты.
Против пистолетов Гарри ничего не умел, поэтому согласился.
На улице было жарко, но рассекать по творящемуся безумию в шортах или, тем более, в плавках, Гарри посчитал неуместным и облачился в походные штаны со множеством карманов, в которые он тут же запихал запасные обоймы. Натянул футболку, носки и тяжелые ботинки, прихваченные с собой на случай вылазки в джунгли. Поправил на переносице темные очки.
Больше в бунгало делать было нечего.
— Прощай, Линда, — сказал Гарри
